Ту ёль, — громыхнул простуженным басом Есаул и начал неуклюже залезать на большой стул. В набитой всяческой всячиной разгрузке такое простое действо отнимало некоторое время. Бармен покосился на вооруженных людей, затем кивнул и потянулся за высокими бокалами. Он даже не спросил какого пива русским наливать.

— Эй, военный, ты почему сейчас в баре, а не на службе?

Трофейщики оглянулись в недоумении. Кто это такой наглый решил на них наехать? Рядом со стойкой возникли ниоткуда два высоких мужика с наглыми отъетыми мордами. На шевроне стоящего чуть впереди молодца был нарисован странный зверь с оскаленной пастью. Напористые взгляды военных полицаев внимательно ощупывали разгрузки гостей заведения.

— Тебе то что за дело, пиздюк накрахмаленный?

Есаул был нынче не в настроении и выражений особо не выбирал.

— Звание быстро и номер части!

— Иди в жопу, залупа ментовская!

У стоявшего впереди мордатого бычары буквально налилось кровью лицо, а руки заходили ходуном. Далее он сделал огромную ошибку, стоившую ему в другой обстановке самой жизни. Полицай сначала скосил глаза в сторону набедренной кобуры и только затем потянулся за оружием. Не был этот полицейский правильно обучен.

— Руки на месте держи, парень, и главное — не дергайся.

Филин говорил нарочито мягко, левой рукой осаживая зашедшегося в горячке командира за плечо. В лоб обоим полицейским синхронно уставились дула двух пистолетов зарубежных моделей. Ловкость, с которой трофейщики выхватили оружие, произвела на нежданных гостей впечатление. Особенно на бармена, тут же нырнувшего куда-то под стойку. Видимо, он не раз становился свидетелем лихих конфликтов.

Краска моментально покинуло лицо мордатого полицейского, но он все еще стоял, упрямо набычившись:

— Охренели в атаке, бойцы? Это же подсудное дело оружием тыкать в военную полицию.

— Ты нам что, каким-то боком представился? — Есаул аккуратно бочком соскочил со стула и с потаённым вздохом скосился на бокалы полные пива, затем тыкнул трофейным Глок 35 прямо в переносицу бывшему менту. — Не пугай пуганых, мальчик! Не тебе тут командовать, сыкло тыловое.

— Э, мужики, хорош! — стоявший сзади второй полицейский нарочито миролюбиво поднял руки. — Непонятки вышли, вы уж звиняйте!

— Непонятки у тебя в штанах, вояки недоделанные. Чего вы тут в баре ошиваетесь и к людям пристаете?

— Ну а ты сам чем лучше?

Мордатый полицай даже с пистолетом у лба продолжал корчить из себя крутого.

— Во-первых, вы. Я все-таки старший сержант, а ты младший. Во-вторых, у вас машина там брошена на улице одна, да еще в чужом прифронтовом городе. И оружие валяется где попало. А это серьезный косяк и соответственно, конкретный залет. Ты мой шлем хорошо видишь? В нем встроена тактическая камера, которая моему командованию уже все передала. Вопросы еще есть?

Пока командир разговаривал с «крутым» полицаем, Филин успел взять на прицел третьего полицейского, так и оставшегося сидеть, да заодно забрать там висевшие на спинках стульев пистолет-пулеметы.

— Мы осознали все, давай разойдемся миром. Нам еще тут вместе работать.

Высокий крепыш, видимо, раньше уже имел опыт разнообразных разборок и старался сейчас не нагнетать обстановку, а договориться по-хорошему. Кому как не полицейскому знать о том, что люди после боевых операций частенько находятся во взвинченном состоянии. В таком виде и до поножовщины недолго. Никто уже не ценит ни свою, ни чужую жизнь.

— Можем и разойтись. Забирай своего и научи его хорошим манерам.

— Но документы мы все-таки имеем право проверить? — никак не унимался упрямый бычара.

— Паша, — вполголоса проговорил высокий, — мы военные полицейские, а это трофейщики. Мозги включи, блять, наконец!

— Новенький, что ли? — усмехнулся Есаул, но пистолет в сторону не отвёл. — Пацан, лучше привыкай сразу к реалиям войны. Это тебе не девок в тылу за сиськи дёргать.

Третий мужик из полиции, самый старший по виду все это время так и просидел с умным лицом за кружкой пива и сейчас с усмешкой наблюдал за выражением лица своего младшего товарища. У того, видимо, не сразу включились в мозгу нужные шестеренки, или скорей всего они напрочь отсутствовали. Все было предельно просто — военная полиция имела право требовать что-то только у армейских или жандармов. ЧВК для них были неподконтрольны в большинстве случаев. И вместо того, чтобы бычить, следовало подойти вежливо и аккуратно поинтересоваться нет ли у тех проблем. Вежливость прежде всего!

— Мужик, оружие забери, — Филин протянул третьему полицейскому стволы и тихонько спросил. — Не задолбался ты еще с этими идиотами?

— Ну а что поделать, — вздохнул пожилой полицейский. — В моем возрасте больше никуда не берут.

Есаул уже погрузил усы в пену и задумчиво глянул на запачканные маслом руки любителя пива.

— Ты не водила часом?

— Он и есть.

— У нас тут вакансия освободилась. Найдешь нас в порту, оформим быстро.

Водитель полицейской машины как-то разом озадачился, кивнул, закинул пистолет-пулеметы за спину и двинул к выходу. Через несколько минут послышался тихий рокот электродвигателя и по окнам бара мазанули фары отъезжающего автомобиля.

— Разбаламутили душу сволочи, — огорченно пробормотал Есаул и обратился к бармену. — Слышь, друг, ту дрикке, фертшейн? Там у тебя что? Фиш? — кивнул сержант в сторону кухни.

— Я, фиск торш.

— Треска? Пойдет! Ту дрикке и ту торш. О, кей?

Филин проследил за угрюмым взглядом засуетившегося бармена и толкнул своего командира в бок.

— Эти ухари ему не заплатили.

— Вот козлы! Слышь, мужик, — Есаул принял внутрь стопку с прозрачным напитком, и кивнул в сторону стола, где сидели полицейские, — эти говнюки тебе, получается, еще не заплатили. Мани?

— Я, но мани, — вздохнул бармен огорченно и пододвинул гостю бумажку с цифрами.

Есаул заказал еще дрикке и уставился на салфетку.

— Так, в наших это будет… — он отсчитал несколько бумажек и кинул на стойку. — Чего смотришь? Бери. Эти сейчас лучше ваших и курс хороший. Гуд рашен мани! И давай сразу бутылку этого дрикки. Ен фляске дрикке, фертшейн?

Бармен улыбнулся, радостно заграбастал купюры и удалился на кухню.

— Мужики, не нальете рюмочку?

Есаул удивленно уставился на худощавого мужичка, который все это время отсиживался в темном углу залы.

— Ты еще что за орел горный?

— Не орел, а баклан морской, солдатик. Я как бы местный тута.

— Хорош местный! Где русскому научился? Да и морда у тебя больно