чуть ли не двадцать четыре часа на семь, отлучаясь только на справление естественных потребностей. Даже попить, бедняжка, не могла, если об этом кто-то заранее не позаботился. А таких страждущих, увы, в покоях не наблюдалось.

Там же я смогла впервые рассмотреть оплот моего теперешнего существования. Валерия обладала той самой естественной привлекательностью, которая не нуждается в ярких красках или вызывающих деталях. Её красота была скорее в гармонии черт, в мягкости взгляда и тёплой улыбке, которые делали её очень симпатичной.

Глубокие выразительные глаза с карим зрачком были обрамлены длинными пушистыми ресницами. Такими, что любая девушка нашего времени обзавидуется. Ещё бы, ей от природы не нужно было их красить или наращивать. Небольшой аккуратный нос и мягкая улыбка дополняли образ и придавали ей невинности. Густые волосы тёмно-шоколадного цвета крупными волнами ниспадали до самого копчика и выгодно обрамляли лицо мягкими волнами.

Велерия не была высокой, но её осанка придавала ей изящество и элегантность. Стройные ноги, изящная талия и мягкие, округлые формы, которые не были чрезмерными, но придавали ей привлекательности. Её плечи не были слишком широкими, что добавляло образу хрупкости, как и изящные руки с тонкими длинными пальцами.

Рассмотреть более пристально саму себя не дала вошедшая без стука Сани. Она быстро и без разговоров растерла моё тело махровым полотном, натянула на меня закрытое платье с длинными рукавами и с подолом до самого пола. На ноги же обула кожаные туфельки на небольшом каблучке.

Платье было чёрным, что в принципе соответствовало моему нынешнему положению скорбящей вдовы. Пока я привыкала к непривычному наряду, горничная быстро уложила мои волосы в незамысловатую причёску и покрыла их вуалью.

Я встала около ростового зеркала и хмыкнула. Как есть вдовствующая леди, осталось лишь сделать соответствующий случаю покер-фейс.

— Я осмелилась приказать подать вам ужин в покои, миледи, — осторожно оповестила меня Сани, уткнувшись в пол.

«А она ничего, — подумала я. — Сообразительная».

— Ты всё правильно сделала, не переживай, — ответила я ей, стараясь придать голосу уверенность. Мне действительно нужно было подкрепиться, чтобы иметь силы для предстоящих испытаний.

— Действие укрепляющего и тонизирующего заклинания закончится ближе к полуночи, — продолжила Сани, поднимая взгляд. — Дей Руар настоятельно рекомендовал принять лекарство ещё раз, но только утром, иначе не сможете уснуть.

Я кивнула в знак того, что услышала её предупреждение. Хотела было расспросить о том, что произошло вчера после моего обморока, но не успела. В дверь тихонько постучали.

— Войдите! — громко дала позволение войти пришедшему.

Дверь открылась, и моему взору предстали две девушки с подносами в руках. Судя по униформе, они явно относились к слугам.

Сама не заметила, как стала рассматривать их одежду. Серая безликая униформа, сшитая из тонкого шерстяного полотна. Закрытое платье в пол, чепец, что на пару тонов был светлее, и фартук, практически сливающийся с основной одеждой. На ногах у них были ботиночки с деревянной колодкой.

Девушки споро накрыли на стол и, поклонившись, удалились. Я же не мешкая приступила к долгожданному ужину. Оказывается, за всеми прошедшими событиями я успела сильно проголодаться. Или всё же это не я, а Велерия?

Как бы то ни было, но овощной суп и жареную рыбку я проглотила в одно мгновение. Как и пирог с брусникой. Всё это запила ягодным отваром с ложкой настоящего мёда.

Удовлетворённо откинувшись на спинку стула, я принялась наблюдать за деятельной Сани. Девушка хоть и выглядела задумчивой, но работала, надо признаться, споро.

Эх, как же подступиться к ней? Не испугаю ли я её своим предложением? Или всё-таки приказать помочь мне и держать язык за зубами?

Нет, с ней так нельзя. Сразу же видно, что она была предана Велерии. Да и недавние воспоминания это подтверждают.

— Вы что-то хотели, миледи? Может, принести ещё рыбки? Я знаю, вы её очень любите.

Рыбки? Нет уж! Я объелась так, что сейчас начала чувствовать приятную сонливость.

— Не беспокойся, Сани, — отмахнулась я от её заботы. — Лучше скажи: его сиятельство выкупил тебя у приюта или же ты пришла служить по найму?

К сожалению, этой информации у меня не было. То ли кто-то посчитал её неважной, то ли сама Велерия об этом не знала.

Девушка на мгновение запнулась и с недоверием уставилась на меня.

— Его сиятельство забрал меня из приюта вместе с вами, миледи. И клятву служения я давала только вашему роду. Куда вы — туда и я!

Отлично! То, что мне и нужно! Один сообщник у меня уже есть.

Я незаметно выдохнула. Признаться честно, у меня были некоторые опасения, ведь о магии я пока практически ничего не знала. Увы, но этот раздел в памяти тела как-то стёрся, что ли…

— Вы что-то удумали, да? Признавайтесь, миледи!

Я прикусила губу, не зная, что предпринять. Сказать девушке правду как есть или же всё-таки осторожно подвести её к этому решению. Интуиция шептала, что лучше сразу довериться, а вот разум твердил об осторожности.

В конце концов, я плюнула на все эти внутренние дебаты. Хватит ходить вокруг да около.

— Скорее всего, завтра утром меня уже не будет в замке, — произнесла я, внимательно изучая реакцию девушки. И не прогадала!

— Но как же?.. А сэр Натан?.. Он же обязан жениться на вас! — воскликнула она, прижав к груди ворох постельного белья.

— Несомненно, Сани. Но ты подумай, сколько я еще проживу здесь в качестве второй жены, хоть и с титулом герцогини?

Сани откровенно приуныла. Значит, я не ошиблась в своих предположениях. Останусь здесь — умру в самое ближайшее время. Год, максимум два.

— И что же теперь вы будете делать?

— Сегодня вечером я объявлю о том, что наш брак с покойным супругом не был закреплен должным образом. Последует проверка, которая и подтвердит мои слова. Сэр Николас больше не сможет претендовать на мое тело, как и распоряжаться моей жизнью.

Девушка явно была в шоке от открывшейся правды жизни своих господ.

— Но куда же вы пойдете?!

— Пока не знаю, Сани, но я на тебя очень рассчитываю.

— И что я должна буду сделать? Упаковать все ваши вещи? — деловито поинтересовалась она, взяв себя в руки.

— Этого пока не нужно делать, — тихо проговорила я, нервно теребя край пухового платка. Увы, но я никак не могла согреться. Как бы не разболелась к завтрашнему утру! — Я еще не знаю, что мне