с ручным пулемётом. Помимо них, тут была БМП-1, видно, что с долгой консервации выведена, не покрашена, старая краска, но в порядке, видимо, хорошо привели, рядом с бронемашиной стояли двое бойцов в чёрных комбинезонах и шлемофонах. Тоже ко мне в роту. А «коробочек» у роты не было, сожгли ещё три недели назад, был такой случай при переправе. Там больше сорока единиц брони нацисты сожгли дронами и артой. Ну, и у моей роты тоже. Вот, видимо, первая, из пополнения. Я торопился, так что быстро познакомился с бойцами, велев грузиться, те забирались наверх бронемашины, и мы сразу рванули в сторону передовой. Тут пятнадцать километров ехать. Мне запасной шлемофон дали, и я вёл броню, потому как все новички и тут впервые. Дорогу не знали. Кстати, нас нагнал наш УАЗик с грузом, да и внутри БМП были ящики с боеприпасами и продовольствием. Лапин закинул, он же машину оформлял. Так и доехали. Броню я в посадке оставил, велел экипажу замаскировать, тут для них пока работы нет. Технику разгружали, в УАЗик двух свежих раненых, и тот помчался обратно. Пополнение я быстро по взводам распределил, а вот лейтенантов завёл в командную землянку, там Трухин продолжал командовать. Меня, кстати, два с половиной часа не было. Сразу выяснил, что происходит. Пока тишина, наши бойцы за время моего отсутствия укреплялись на позициях, так что особо перестрелок не было. Правильно Трухин решил пока не давить, рокировку бойцам провести, одних в тыл, других на замену. Кстати, нашу роту должны были вывести в тыл ещё три дня назад, бойцы уже ворчат, и я подозреваю, что из-за меня нас пока тут держат. А так усталость действительно накапливалась, нужно отдохнуть. Поэтому рокировку и проводят. Только вместо нашей роты третью отдыхать отправили, прислав замену, временную, из резерва.

Пока же обернулся к лейтенантам, что с интересом осматривались, и сказал:

– Я в курсе, что вы взводные, но у меня на вас свои планы. Так. Вы, лейтенант Волошин. Как с бабами? Гуляка?

– Товарищ лейтенант, я женат, – возмутился тот.

– С выпивкой как?

– По праздникам если только.

– Хм, ясно. Табак?

– Не курю.

– Понял. С этой минуты назначаю вас командиром центра управления роты. Будете штурмовиками командовать в прямом эфире. Так. Вы, лейтенант Акзямов. Как с бабами?

– Да хоть сейчас, – улыбнулся тот.

– Ясно. Выпивка?

– С собой три бутылки водки «Абсолют» и блок сигарет. Курю часто, но после секса или выпивки.

– Добро. Назначаю вас заместителем командиры роты, будете координировать всю работу в моё отсутствие. Однако до боевой работы сразу не допущу, сначала нужно поучиться. Взводами вас ставить командовать смысла не вижу, там сержанты ими командуют, они вполне на своём месте. А вам я найду работу. Вот, сержант Трухин, командир первого взвода, вас товарищ Волошин введёт в курс дела, также поделится своим опытом.

В принципе, те не возражали, так что разместили их, как раз в закутке двое нар, двухуровневые, туда и заселил. Занавеска угол отгораживала. Сам же начал обучать их работе. Вот так мы трое суток брали деревню, дом за домом. Бойцы стали очень уважать мину ТМ, я как раз привёз десять штук, прапорщик добыл, сапёр их подготавливал, и бойцы использовали. Так и другие роты начали делать, потому как всё, что попадало на камеры дронов, шло в штаб дивизии, и те все новинки быстро пускали в дело. Кстати, всё, что я тогда наговорил в первый день, слушок прошёл, генерал приказал распечатать и отправил в штаб армии как его инновационные идеи по использованию на СВО. Уже во всей дивизии охотничьи ружья разошлись, и действительно потери от ударов дронов резко снизились. Ну и как доказательство по этому рапорту – действия моей роты. Даже на «Первом канале» в новостях раза три видео попало с моих камер. Например, как в первый день пять дронов сбил, или бой с диверсантами, как их обыскивали. Тела мутными сделали, чтобы не травмировать детей, если те у экрана. Офицеры быстро осваивались на своих местах, Акзямов подменял меня, пока я активно программы писал, а Волошин управлял штурмовиками. Оба оператора, те бойцы, которых я учил, стремительно получали опыт. Но один дрон потеряли, ещё в деревне вдруг глушилка начала работать. Если помехи, старались увести дрон обратно. Стало куда сложнее выполнять боевые задания, хотя за шесть следующих дней только моя рота освободила половину деревни. С правой стороны штурм шёл у другой роты нашего батальона. Боевики держались за два дома северной части.

Я постоянно арту использовал, пару раз «Грады», в поле за деревней наводил на крупные скопления пехоты, повезло, удачно, потери те солидные несли, однако спешил и торопился, писал программы. Программу взлома дронов для своей нейросети, а также программу для дистанционного управления БПЛА. То есть я хотел использовать нейросеть, перехватывать дроны ВСУ разного типа и направлять на них обратно, работы ещё много, но первые программы, пока сырые, что вы хотите, у меня третий ранг в базах, всё же сделал и установил на нейросеть, адаптировав программы для них. А чтобы залить и с ноута на нейросеть ещё и программную шину, пришлось писать, и через неё теперь смог заливать. Как удобно-то. Что я делаю, не сообщал, потому как ко мне и так интерес был немалый. Вон, командир роты БПЛА пытался не раз меня перевести к себе, понимая, что специалист я неслабый, но не давали, я был на своём месте. Возможно, и лейтенантов этих ко мне направили именно для того, чтобы я быстро из них вырастил офицеров с боевым опытом, чтобы кто-то из них роту принял. А опытом я делился щедро. Так что бои активные шли. Комдив обещал, возьмём деревню, откинув противника, нас отдыхать отправит. Да и с пополнением не обидит, вон, ещё одну старую БМП-1 выделили. Их пушки я использовал для ударов по противнику, по настильной траектории били с закрытых позиций, часто их меняя, чтобы дроны не сожгли. Так что мне нравилось, как шло, но вот первые программы готовы, и я стал искать, на ком бы их попробовать. Тем более дроны нужны, с тыла не присылают, самим не хватает, а у меня один остался. Уже чисто для разведки используем.

Дальность возможности перехвата, без ретранслятора, я определил как полтора километра, так что начал с разведывательного БПЛА самолётного типа. Перехватил управление, всё через ноут делал, хотя мог и просто с помощью нейросети, – запустил вирус, взломал управление, отрезав старого оператора, и на посадку к нам в тыл, мы