стальная дверь, выкрашенная в выцветший зелёный цвет. С годами она покрылась ржавчиной, но всё ещё выглядела крепкой.

Лион подошёл первым, дверь была на замке. Он достал связку ключей, нашёл нужный.

— Изнутри закрывается намертво, — пояснил Лион, расстёгивая замок. — Тогда, в первые недели, мы сидели здесь как в крепости.

С глухим скрипом дверь приоткрылась. Внутри пахло сыростью, старым железом и пылью. Лампы, питавшиеся от старого генератора, загорелись тусклым жёлтым светом, осветив бетонные стены и ряды металлических полок. Комната оказалась довольно просторной, вглубь уходили коридоры — склад, генераторная, комната отдыха.

— Неплохое место, — оценил Эд. — Уединённое. И дверь — как у банковского сейфа.

— Мы выживали здесь первые две недели, — сказал Лион. — С тех пор почти не возвращались.

— Сейчас он снова может спасти вам жизнь, — серьёзно сказал Эд.

Он вышел наружу и поманил Оливера к машине. Тот вопросительно посмотрел на него, но подчинился. Вместе они достали из кузова два тяжёлых ящика — один с консервами и крупой, другой с водой и медикаментами. Донесли к двери и аккуратно поставили у входа.

— Это вам, — сказал Эд.

Лион удивлённо уставился на ящики.

— Вы что, серьёзно? Это ваша провизия...

— Пока мы на свободе — найдём себе ещё, — сказал Эд. — А вот для вас, если закроетесь здесь и останетесь без еды — это будет самоубийством.

Лион на мгновение задумался, потом кивнул с благодарностью.

— Спасибо. Это много значит. С завтрашнего дня начнём затаривать бункер, тем что осталось. Никогда не знаешь, когда придётся срочно в него бежать.

— И поставьте часовых, — добавил Эд. — Чтобы заранее знать, если ожившие пойдут в вашу сторону. Надо видеть волну, пока она ещё далеко.

— Я как раз об этом думал, — серьёзно ответил Лион. — Дежурства, сигналы, огневые точки — всё придётся организовать. Времени у нас не так уж много. Завтра соберём собрание и всё обсудим.

Они стояли молча несколько секунд, вглядываясь в горизонт. Над лесом, вдалеке, кружили птицы. Слишком много птиц.

— Думаете, они идут сюда? — тихо спросил Лион.

— Не знаю, — сказал Эд. — Но лучше быть готовыми.

Они вернулись к машине. Наступил вечер, и воздух стал прохладным.

Через несколько минут они остановились у маленького, но крепкого дома с навесом и палисадником. У крыльца сидела пожилая женщина в широкополой шляпе, с охотничьим ружьём на коленях и сигарой в зубах. Она подняла взгляд, увидев джип, и прищурилась.

— Лион, ты живой, значит? — хрипло бросила она. — А кто это с тобой?

— Друзья. Они помогут нам, — сказал Лион, выходя первым.

— Помогут? — она сняла сигару. — Ты впервые это слово употребляешь за долгое время.

— Они не от коменданта. Более того... коменданта больше нет.

Женщина вскинула брови, затянулась и выпустила дым:

— Вот это новость. Надо отметить. Чаем.

— Ага, и заодно накормить, — вставил Оливер. — Мы им обещали.

— Да знаю, знаю, — проворчала Луиза и пошла в дом. — Заходите, гости, раз уж не сожрали друг друга по дороге.

Внутри пахло хлебом, специями и чем-то неожиданно домашним. На плите кипел бульон, на столе лежал свежий лук, баночка меда и пара банок с тушёнкой.

— Не густо, но и не пусто, — сказала она, разливая горячий суп в миски. — Давайте, ешьте. А потом расскажете, куда катится этот безумный мир.

— Мы как раз и катаемся по нему, — слабо усмехнулся Эд, принимая тарелку.

Ливия присела на лавку, потерев уставшие плечи:

— Бункер у вас мощный. Но долго там не протянуть без провизии. Если надумаете уходить — будем рады.

— А куда вы держите путь? — спросила Луиза, присаживаясь к ним.

— Сиакост. Там наши люди. Мы не знаем, что с ними. Если живы — вернёмся с ними и заберём вас. Если нет — тогда будем решать на месте.

Луиза кивнула, поджав губы.

— Не герои, но не сволочи — уже редкость. Значит, может и есть шанс у этого мира.

Вечер медленно стекал за горизонт, пряча солнце за поросшими лесами холмами. А в маленьком доме посреди хаоса мира снова на мгновение пахло едой, дымом и чем-то похожим на надежду.

Ночь у Луизы прошла спокойно. Дом будто защищал их своим толстым бревном и запахом старых стен, пропитанных дымом, травами и чем-то успокаивающе-настоящим — почти как у бабушки, только эта бабушка могла всадить дробь в лоб, если будешь шуметь после отбоя.

На рассвете скрипнула дверь спальни, и в следующую секунду послышался голос:

— А ну-ка вставайте, герои апокалипсиса! Яичница стынет, а солнце уже пятки лижет. Тут вам не гостиница «Хилтон», а заведение с ускоренным выселением.

Эд приподнял голову, Ливия зевнула, а Джулия что-то пробормотала в подушку.

— Я сейчас ведро воды принесу, — пригрозила Луиза, но в голосе её звучала явная улыбка.

На кухне уже шкварчала сковорода. Запах поджаренных яиц с луком щекотал ноздри. За столом стояли кружки с дымящимся травяным чаем, хлеб, масло, пара ломтиков вяленого мяса.

— Садитесь, пока я не передумала. И не спрашивайте, откуда яйца. Курицы у меня под защитой, как ядерные боеголовки.

— Настоящие яйца? — ахнула Джулия, усаживаясь. — Да это же как праздник! Мы недавно ели, но порошковые — там вкус как у картона.

— А эти, — с гордостью сказала Луиза, — вкусом как у детства. Осталось у меня две бестии. Носились, как сумасшедшие, пока петуха не отправила в суп. Теперь от тоски мстят мне яйцами. Но если всё же переедем в бункер — придётся их… демобилизовать.

— Жалко, — сочувственно сказала Ливия. — Но мясо тоже не помешает.

— Мясо, яйца — всё хорошо, — буркнула Луиза и закурила прямо у открытого окна. — И не смотрите так. Сигары у меня закончились, теперь на табаке с местного луга — воняет, как носок сталкера, но бодрит.

После завтрака она пошла к рации, включила её и привычно ткнула по кнопкам.

— Лион, твои туристы уже проснулись, напились моего чая, съели последние драгоценные яйца и собираются линять. Высылай своего скакуна, пока я их обратно не уложила спать.

Спустя десять минут у крыльца заскрипело седло. Лион подъехал на лошади, спрыгнул с ловкостью, как будто он ковбой из фильма пятидесятых. В руках у него был сложенный