набирала обороты суматоха. Схватка с вампиром прошла более чем по плану, они уложились в двадцать секунд, не дав врагу ни единой возможности взяться за дело как следует, и теперь оставалось суметь выбраться за пределы стен быстрее, чем хозяева города или, что ещё хуже, Елизавета Воронцова разберутся в происходящем. Отдавать честно взятую добычу другим они желанием не горели…

Как и у любых стен в Сибири, над здешними тянулись вполне себе надежные сигнальные чары, предупреждающие о любой несанкционированной попытке их пересечь — в любую сторону.

О том, чтобы обойти стационарные чары, подпитываемые Источником Магии и созданные крепкими специалистами в ритуальной магии, тем более с грузом в виде пленного вампира даже речи не шло, поэтому они просто рванули на предельной для себя скорости, покидая пределы Орска.

Семь минут бешеного полета на предельной скорости и они оказались на борту небольшого, метров двадцати пяти в длину быстроходного воздушного катера.

Капитан судна, он же его владелец, пожилой Адепт, всю жизнь прослуживший в Воздушных Силах Империи и умудрившийся скопить достаточно денег, чтобы разжиться собственным катером, был человеком опытным и понятливым. А потому четверку запыхавшихся Старших Магистров с весьма примечательным пленником он никак не прокомментировал, лишь посильнее затянувшись тлеющей трубкой с ароматным донским табаком.

— Маршрут прежний? — задал он единственный вопрос.

— Да, — ответил Вадим. — И как можно скорее. Мы будем помогать с ускорением судна — организуем встречный ветер, будем защищать от непогоды и возьмем на себя любые возможные опасности. Главное — побыстрее!

— Что ж, это будет весьма кстати… Не извольте беспокоиться, ваши высокоблагородия — «Ласточка» вас не подведет! — гордо заявил капитан.

В конце концов, эта четверка заплатила за секретность, скорость и возможный риск сполна — пять тысяч рублей, практически полугодовой заработок «Ласточки». За два-три дня работы!

Так и начался их полет до Николаевска… Вадим остался на палубе, помогая экипажу — вызвал ветер, чарами снизил сопротивление встречного воздуха, накрыл судно несколькими заклинаниями маскировки пятого ранга. Усевшись на носу судна и закрыв глаза, он сосредоточился на ещё одной задаче — погрузившись в некое подобие транса, он помимо перечисленного ещё и с помощью воздушных потоков старательно отслеживал любые признаки возможной опасности.

Всё же сейчас они летели не привычными, давно расчищенными маршрутами воздушных судов, а через территории, где риск встретить стаю летающих тварей или какое-нибудь одиночное, но сильное чудовище был куда выше среднего.

Впрочем, с четырьмя Старшими Магистрами на борту монстров в этой части губернии опасаться особо не приходилось — здесь, практически в центральной части губернии, сильных монстров давно не водилось. Истребили ещё очень давно… А со стаями слабых, но многочисленных тварей, что иной раз даже эсминец могли растерзать, четверка чародеев шестого ранга справится играючи...

Глава 16

— Быстрее, — резко бросил я.

Клинок свистнул в опасной близости от моего лица, не достав совсем чуть-чуть. Сбоку ко мне приближалось вражеское копьё, сзади неслась сабля, готовясь обрушиться на спину, в грудь нацелился здоровенный двуручный меч…

Копьё в моей руке крутанулось на немыслимой, невероятной скорости, играючи многократно превысив скорость звука. Окованное металлом древко описало замысловатый танец — и все то оружие, что целилось в меня, оказалось отбито.

Рывок вперед — и моя нога несется в грудь самого опасного из противников. Андрей успевает засечь угрозу и даже начать какое-то движение, но это ничуть не изменило итоговый результат. Рыцаря Смерти, если он ещё может так называться, конечно, сносит как пушинку и закованное в металл брони тело улетает вдаль.

Пятка копья бьёт Петю под колено, затем я, размазываясь от скорости, оказываюсь слева от Ильхара — удар основанием ладони в плечо отправляет усиленного демоническими доспехами сорса следом за Андреем.

А вот дальше выходит уже не так гладко — попытка ударить древком копья Алену натыкается на жесткий блок, сила удара заставляет девушку сделать полшага в бок, но на этом всё. Её физическая сила и ловкость, усиленные соответствующими чарами, практически не уступают моим — пока я не усиливаю себя магией, разумеется. Но по условиям схватки использовать Молнии я не имею права… Как и любые иные чары.

Петр пытается напасть сзади, пользуясь выигранным Аленой мгновением, но я изворачиваюсь, изгибаюсь змеёй, пропуская удар мимо себя — а затем бью наотмашь ладонью, сметая в сторону и его.

Остаётся лишь Алена, чей меч уже опускается в рубящем ударе. Я в последний момент ухожу с линии удара, но даже так — аура силы злого, переполненного агрессией, Тьмой и Смертью оружия задевает меня самым краешком, проходит подобно наждачной бумаге по моей ауре. Клинок опытнее и искуснее своей хозяйки, умудряется использовать свои способности самыми разными способами — вот как например сейчас, выплеснувшись аурой дальше длины лезвия. Этим серьезного врага не ранить, для серьезного воздействия на ауру и энергетику противника ему нужно выполнить пару предварительных условий…

Но он и не пытается ранить — мои плечи невольно передергивает от резкой, злой боли, координация на долю мгновения сбивается и я частично теряю контроль над собой. Ведь начиная с Высших Магов мы управляем телом в бою не при помощи мозга и посылаемых им импульсов, а через ауру — слишком далеко мы уходим от физического мира… И потому краткий миг неожиданного шока ауры позволяет Алёне начать вторую атаку, но, к счастью, я успел преодолеть неожиданный эффект и пусть с грехом пополам, но разорвать дистанцию судорожным прыжком назад. Правда, длинной царапиной поперек груди меня моя ныне любовница всё же наградить сумела.

А затем уже я перешел в атаку, выкладываясь на полную. Меч девушки был хорош, очень и очень хорош — словно бы поймав кураж, он в азарте своём явственно источал намерение хотя бы сегодня превзойти Копьё Простолюдина и сам вёл руку своей хозяйки.

Мы обменялись четырьмя десятками ударов прежде, чем лезвие моего копья замерло напротив шеи Алены. И вот уже этот размен вышел куда более напряженным и опасным, чем схватка со всей остальной командой вместе взятой, в том числе и самой девушкой до момента, когда её Воплощение Гнева, как она его называла, взял управление на себя.

— В этот раз Гнев — молодец и высший балл, всем остальным неудовлетворительно, — заявил я. — Стыдно, друзья мои — артефакт оказался лучше всех вас, вместе взятых.

— Я вообще-то ещё Архимаг, учитель, — сквозь зубы напомнил Петя, исцеляя сломанную ногу своей Зеленой Молнией. — Ты на три ранга выше меня!

— Технически — на два с половиной, — поправил я