- нанн коротко хохотнул. – Они же первыми сюда перебрались. Жукобои, весь их дом, а потом и другие понемногу. Город-то невелик, но мы думаем – вырастет. Земля тут хорошая, а ещё же и рыба! Ванкаса на ней так отъелась, что весь год в плодах. Только они на вкус, как та же рыба. Стигнар велел скотине рыбы не давать, чтоб хоть молоко рыбным не стало…

Гедимин мельком подумал, что от развитых вкусовых рецепторов больше проблем, чем пользы, переступил через корень, вылезший на тропу, и оглянулся на озеро.

- А что за остров посреди Тэкры? Там тоже какие-то работы…

- А! Разглядел? – нанн хмыкнул в бороду. – Вы, сарматы, видите лучше эльфов! Ваши из Шолата, вон, нашли на дне, под камнем, соль… «Флор» по-вашему, значит? Мы смотрели на северном берегу, и сиригны смотрели – сказали, глубоко камень долбить. А сквозь воду, пока она низко встала, легче выйдет. Но углядели же вы как-то этот «флор»…

Гедимин открыл было рот, чтобы разъяснить путаницу, но тут в сером мохнатом саду заорала птица. Следом с воплем помчался один из зазевавшихся пастухов – он первым успел выскочить из воды, остальные, купавшиеся на излучине, запрыгивали в подштанники, на ходу пересчитывая птичье стадо. Нанн, убежавший в сад, уже нёсся обратно с потрёпанной птицей под мышкой.

- И шанки дурные, и вы – дурни! – нанн-провожатый показал недорослям кулак. – В речку влезли – так хоть бы не все разом!

Шанк с выдранным хвостом, выпущенный из рук, огляделся и заковылял к воде. Кроме хвоста, не хватало пары пальцев. Провожатый гулко вздохнул.

- А кабы дерево ноги отъело?.. Ты сам – куда в сад без башмаков? Шанку дальше осени не жить, а тебе-то пальцы ещё пригодятся!

Низкорослые нанны слушали, не перебивая, и даже на речку не косились. Гедимин ещё раз удивился про себя, почему вдоль степных рек не бродят стайки шанков – полуденники на такую «мелочь» не отвлекутся, крысы далеко от развалин не отходят, а отия крупную птицу не загрызёт, да и яйцо вряд ли прокусит…

…Город рос (и, похоже, собирался расти дальше) не от озера, а наоборот, к его берегу – на севере длинные дома уже встали стена к стене, образуя преграду, там же были и «ворота» со шлагбаумом, а на юге кольцо оставалось незамкнутым. Гедимин покосился на полосатые хвосты, мелькающие в траве, - кажется, только нхельви и защищали Эн-Тэкру со стороны озера. Обдумать такую странность сармат не успел – нанн-проводник пошёл напрямую, на южную стройку, безо всяких шлагбаумов, и вскоре Гедимин остановился перед изрядно смущённым краснобородым нанном.

- Странник Хедмин? – «бригадир» протянул сармату широченную ладонь. – Я Стигнар Жукобой. Будь гостем в нашем доме… и городе. Странник Хедмин! То-то я смотрю – работа сразу быстрее пошла…

Теперь смутился Гедимин. Местное поверье о влиянии сарматов на ремесленников было ему, конечно, на руку – но присваивать себе чужие заслуги он не любил. Стигнар, цепко ухватив его за плечо, уже тянул к недостроенному зданию.

- Посмотри, как сармат, - много тут неладного? Твои родичи из Шолата всё отговариваются – мол, из камня никогда не строили, в этом не понимают. А тут ведь целый дом будет жить…

Гедимин мигнул. «А я много понимаю?»

«Ремонтное чутьё» всё-таки работало, и на удивление чётко – сармат, приглядевшись, нашёл с десяток огрехов. Только вот половина из них вытекала из особенностей материалов, а другая – из наннских технологий строительства, - и что с ними можно сделать, не заменяя плитняк на фриловые панели, а верёвку с камешком и деревянный угольник – на лучевой сканер, Гедимин не знал.

- Фундамент и стены крепкие, - сказал он, покосившись на ближайшие дома – те же изъяны были и там… что ж, плитняк оставался плитняком, а известковый раствор, пусть и скреплённый органикой, - примитивным известковым раствором. – Только… тут часто трясёт?

Все нанны (стройка встала, едва Стигнар заговорил с Гедимином, и до сих пор с места не сдвинулась) быстро переглянулись, кто-то облегчённо вздохнул, кто-то довольно ухмыльнулся.

- Трясёт? – переспросил «бригадир». – Нет, давно уже тихо. Червяки уползли, Хальконы – за ними, горы уснули… Земля давно успокоилась.

- Стигнар! – недовольно окликнул его седой нанн. – Работать-то будем? Или ночи подождём?

«Бригадир» сдвинул брови и наконец выпустил плечо Гедимина.

- Хедмин, ты иди в дом Жукобоев. Поешь, помойся с дороги. Поспи до вечера. Нам надо работать, пока не стемнело!

…Когда Гедимин, задремавший на лавке, открыл глаза (ему померещился подземный толчок), он увидел, что с его «постелью» состыковали торцом ещё одну – со двора несли новые лавки и расставляли вокруг стола. Стоило сармату сесть, как кто-то потянул к себе его тюфяк и сунул взамен хорошую, ещё не вытертую шкуру. Ими застилали скамьи. Кто-то уже разливал по кружкам брагу и таккан. Перед Гедимином на стол легла широченная рыжая лепёшка, сверху плюхнули черпак густой пузыристой жижи, придвинули блюдо с горкой мелкой жареной рыбёшки. На скамью напротив усадили смущённых Серых Сарматов – через одного с наннами. На другом конце стола собрались тесными группами два вида сиригнов – мохнатые и чешуйчатые. Между ними села и тут же навострила уши одинокая кимея. Перевязь она не снимала – свиток и перо были всегда наготове. На колени к сармату запрыгнул нхельви, сцапал столько рыбы, сколько уместилось в пасть, и перебрался на лавку. Его место тут же заняла крупная пятнистая кошка, понюхала стол, свернулась клубком и пихнула сармата головой под руку. Гедимин мигнул. После второго тычка он неуверенно почесал зверю лоб и подставленную шею. Кошка заурчала, как генератор, набирающий обороты.

- Хорошо, что ты пришёл, Хедмин, - сказал Стигнар, придвигая сармату кружку таккана. – Сразу работа пошла по-другому. Мы, Жукобои, в каменных делах не сильны. Поля, сады, - другое дело. А как до стройки…

Он тяжело вздохнул.

- Нормально у вас всё построено, - буркнул Гедимин. – Не хуже, чем в Нейе.

- Это потому, что тут шолатцы чуть не с первого дня, - Стигнар повёл широким плечом в сторону Серых Сарматов. – От них большая помощь! А теперь ещё и соль. Хэй, мастер Чен! Вы нашли, что искали?

Серый Сармат в толстом, грубой вязки свитере с воротом под самый подбородок дожевал рыбёшку и кивнул. Голова наклонилась как-то странно – её будто повело набок. Собравшиеся притихли,