этот свет. Он может его выключить, но не делает этого. Только включает фонарь ярче и ярче. Я боюсь, Яр. Боюсь, что однажды моя голова не выдержит и сгорит прямо посреди ночи. Не хочу спать. Пока глаза открыты, мне точно ничего не угрожает.

Пылкая речь сестры ненадолго ввела меня в ступор. До этого момента я думал, что Настя мне полностью доверяет и я знаю практически обо всём, что с ней происходит. Если представить, что заполненные светской суетой последние недели девушки сопровождались постоянными кошмарами, то становилось вообще непонятно, как она это всё выдержала. Я поднялся со своего места, подошёл ближе и обнял сестру. Странно, но оказалось, что старшая из оставшихся детей Разумовских нуждалась в поддержке и заботе больше нас с Нюшей.

— Всё будет хорошо, Насть, — добавив в голос крошку силы, убеждённо произнёс я. — Иногда в нашем роду случаются странные вещи, но я уверен, что с ними можно разобраться. Особенно если мы будем действовать сообща.

— Спасибо, — тяжело вздохнув и будто вжавшись в мои объятия, ответила девушка. — Что мне делать, Яр?

— Сначала нужно понять, почему ты так сильно пытаешься выжечь себе мозг, — с едва заметной улыбкой, произнёс я и княжна тут же треснула ладошкой мне по руке.

— Я ведь действительно не сплю уже больше недели! — возмущённо воскликнула Настя. — А ты насмехаешься!

— Вовсе нет, — заверил сестру я. — В твоём разуме и в твоём даре нет признаков постороннего вмешательства. Я не вижу ничего подобного и Нюша не заметила. А значит ты сама пытаешься себе что-то показать. Вот только у тебя ничего не получается.

— Почему? — осторожно спросила сестра. Она пока не приняла мои доводы, а просто знакомилась с другой точкой зрения и примеривала её на себя.

— Потому что мало силы, — пожал плечами я. — Или слабо развит дар. А может у тебя просто нет нужных органов для восприятия подобной информации.

— Третьего глаза? — невесело улыбнулась княжна.

— Как вариант, — серьёзно кивнул я. — В магическом плане. Собирайся.

— Что? — тут же напряглась девушка. — Куда?

— Ты же сама хотела отправиться в аномальную зону? — удивлённо посмотрел я на сестру. — Вот и поедем.

— Сейчас⁈ — округлила глаза Анастасия. — Но у тебя же выходной! И вообще… мне нужно серьёзно подготовиться. Потренироваться и всякое такое…

— Сколько времени за последние две недели ты потратила на тренировки? — направляясь к выходу из особняка, прямо спросил я.

— Около сорока часов, — неожиданно ответила Настя и я, обернувшись, уважительно посмотрел на сестру. Похоже, из всех Разумовских, меньше всех тренировался я. В основном руководствуясь принципом, что практика в боевых условиях — лучший учитель из всех возможных. Но сорок часов… Это по два-три часа ежедневно!

— Удивила, — честно признался я. — Но в любом случае ещё одна тренировка серьёзной роли не сыграет, а на длительную подготовку у нас просто нет времени. Бери с собой только самое необходимое. Одежда удобная. Пойдём налегке.

— А сопровождение? — осторожно уточнила Настя. Сестра уже успела привыкнуть, что я и один могу в аномалию уйти, если это необходимо.

— Будет, — понимая, что сейчас очень неподходящий момент для бессмысленного риска, кивнул я. — Часа на сборы тебе хватит?

— Буду готова через двадцать минут, — поднимаясь из-за стола, ответила княжна.

На мне и так был привычный камуфляж, который менять я не собирался. Заботливый Антип положил мне в шкаф с десяток одинаковых комплектов, поэтому я всегда был готов к вылазке в аномалию или прогулке вдоль границ своего владения. Накопитель тоже был со мной, хотя сейчас его ценность сильно упала. Учитывая возросшие финансовые возможности моего рода и мою личную силу, можно было внести следующие изменения в структуру артефактной пряжки, но на это тоже требовалось время. К моему огромному сожалению, время требовалось буквально на всё и его постоянно чертовски не хватало. Наверное, так ощущали себя люди, глядя на мир из окна движущегося поезда. Вроде бы ты видишь разные ситуации и пейзажи, но эта жизнь всегда остаётся за стеклом и проходит мимо тебя. И у меня всё чаще возникала мысль дёрнуть стоп-кран.

Только сделать это хотелось не посреди мёртвой пустыни, заполненной аномальными чудовищами, а где-то в более приятных и располагающих к отдыху местах. Поэтому станцию с названием «Гон» однозначно надо было проехать.

— Полоз! — выйдя из особняка и заметив у своего вездехода дружинника, позвал я. Парень тут же отбросил тряпку, которой натирал бока машины и поспешил ко мне.

— Слушаю, ваша светлость, — вытянувшись в нескольких шагах от меня, произнёс Андрей.

— Собирай остальных, — приказал я. — Идём в аномалию.

— Надолго? — тут же уточнил дружинник. — Что брать?

— Аршавин вернулся уже? — вместо ответа, уточнил я.

— Сразу в Сумань планировал ехать после Москвы, — ответил бессменный водитель моей машины, оказавшийся удивительно осведомлённым. — Александр Егорович просил передать, что он тоже вылазку в зону планирует. Сегодня в ночь средней группой уйдут. Ровно сто человек. Сказал, что вы в курсе.

— В курсе, — кивнул я. Командир Витязей времени зря не терял и успел собрать отряд для отправки во владение Олега Сергеевича. Может и не стоило так мудрить с тайной переброской дружинников, но я решил перестраховаться. Истомин был не сильно лучше Антипова, а значит лучше иметь пару козырей в рукаве. — Маршрут знаешь?

— Да, — снова удивил меня Полоз. — С Ратаями наши ездили в Москву. Они всю дорогу спорили. В итоге решили, что пойдут по семикилометровой линии. С ними ещё пара суманьцев проводниками пойдёт.

— Хорошо, — задумчиво ответил я. Похоже, даже неуёмная жажда адреналина Витязей оказалась слабее невидимой угрозы приближающегося гона. Даже семь километров было очень большой глубиной для рейда без магов в текущих условиях. Наверняка Рыков уже договорился с аспирантами, но пара ребят второго круга вряд ли помогут при встрече с серьёзным противником. — С собой берите стандартный набор. Мы далеко не пойдём.

— Только охрана? — уточнил Полоз.

— Только охрана, — ответил я.

Через несколько минут из дома вышла Настя и это был тот самый момент, когда я смог со стороны увидеть, какой эффект моя сестра производит на мужчин. Обычный полевой камуфляж смотрелся на девушке, как изысканный