– Ваша светлость?

– Вильна!

Минут через пять в кабинете возник, будто и не вошел даже, а проявился где-то между столом и камином взъерошенный, как воробей, невысокий, удивительно незаметный человечек неопределенного возраста и телосложения, в столь же неопределенно-бесцветной одежде.

– Во что сегодня вляпались мои гости? – прищурив глаза, с притворной мягкостью поинтересовался наместник, откинувшись на спинку кресла.

– Они пытались вломиться в храм Судьбы без Зова, ваша светлость. Жрецам такое поведение пришлось не по нраву. В общем, господам малость намяли бока для острастки. Жрецов защищает храм, с ними милость Сил, да и силы физической служителям не занимать. Думаю, синяки у альвионцев окончательно сойдут еще не скоро.

– С принцами не было охраны? – выгнул бровь наместник, и в уголках его губ появился намек на ехидную насмешку.

– Господа приказали стражам оставаться у площади и не двигаться с места, пока они не вернутся. Пока, разобравшись, в чем дело, те подоспели на выручку да решились вмешаться в драку, принцам и господину советнику крепко досталось.

– И почему же я, наместник Алыпа, узнаю об этом последним в городе? И притом совершенно случайно – не от своего шпиона, а от лекаря? – процедил Вальдорн.

– Но, ваша светлость, я вас иск… – начал человечек, невольно нарушая первое правило беседы с вышестоящими мерзавцами: «Никогда не оправдывайся».

– Искал ты меня или нет, меня это не волнует. Я плачу тебе, и немало, за информацию, Вильн. Не за ту, которую знаешь ты, а за ту, которая должна доходить до моих ушей в срок. Кажется, ты начал это забывать, – ледяным тоном прервал его Вальдорн, распекая мужчину, как нашкодившего мальчишку.

– Ваша светлость, ни в коей мере, не гневайтесь! – взмолился глава шпионской сети Алыпа.

– Тебе известно, что я не люблю ошибок! – рыкнул наместник и, чуть помедлив, продолжил: – Странное совпадение: сегодня (и опять-таки лишь волей случая) до меня дошли и другие слухи… – Он уничижающе зыркнул на человечка. – Оказывается, в городе объявились очень недурные странствующие сказители, плетущие иллюзии к своим рассказам. Мне угодно видеть их завтра во дворце. Что, дружок, ты о таких еще не слышал? А лорд Жером? За что же ты получаешь деньги из казны? Может, за то, чтобы выслушивать то, что узнаю я? Нет? Странно! Пшел вон!

Шпион пулей вылетел из комнаты, не смея возразить, что слежка и уж тем более приглашение сказителей находятся не в его компетенции. А если прежде он несколько раз сообщал наместнику об интересных талантах, появившихся в городе, то исключительно походя, так сказать, в качестве жеста доброй воли.

Но приказ господина есть приказ. Шпион вздохнул и отправился будить лорда Жерома, господина искусств наместника Вальдорна, в ведении которого, собственно, и находился отбор талантов для развлечения капризного хозяина.

«Я окружен бездарными идиотами! Ничего не могут сделать толком!» – раздраженно подумал Вальдорн и вновь позвонил в колокольчик.

– Ваша светлость? – вновь поклонился вошедший слуга.

– Вызови Иннэ.

Через некоторое время на пороге весьма поспешно появилась симпатичная черноволосая девушка в скромном голубом наряде горничной. Вздернутый носик придавал ей задорный вид, а ямочки в уголках рта изобличали хохотушку и кокетку.

– Ваша светлость! – опустив глаза, прошептала она и присела в низком реверансе, чтобы господину было видно и ее почтение, и декольте, из которого проглядывали крепкие персики грудок.

– Иннэ.

Наместник поманил девушку пальцем и направился в спальню. Она послушно последовала за ним.

Скинув камзол, Вальдорн притиснул Иннэ к себе, сорвал с нее платье, ничуть не заботясь о его целостности, и толкнул девушку на огромную кровать…

А Вильн и лорд Жером, зевающий так отчаянно, что рисковал вывихнуть челюсть, поехали тормошить городскую стражу. Шпиону и господину искусств срочно потребовался полный список всех лиц, вошедших или въехавших в город за последний лунный цикл. По обоюдному согласию мужчины решили, что, случись кому стоящему прошмыгнуть в город раньше, они бы об этом знали.

Ночная смена в здании городской стражи выслушала требование посетителей и проводила нежданных гостей в кабинет дежурного писаря. Там они растолкали мирно дремавшего беднягу, и несчастный, кляня на чем свет стоит причуды наместника (мысленно, разумеется), притащил из шкафа четыре тяжеленные книги регистрации прибытия и отбытия от северных, южных, западных и восточных ворот, связанные простеньким заклятием подобия с оригиналами, в которые, собственно, и вносились записи писарями-привратниками. Водрузив на стол огромные талмуды, лорд Жером и Вильн принялись делать выписки.

Уже близился рассвет, когда преданными слугами наместника было установлено совершенно точно (если, конечно, никто из прибывших в Алып не вздумал телепортироваться или перелезать через стену), что за последние двадцать пять дней в город прибыло пятнадцать менестрелей и девять сказителей, с учетом уже выбывших за тот же период.

Не мудрствуя лукаво Жером внес предложение: разыскать всех и устроить прослушивание. Выслушав эту гениальную идею, Вильн тяжело вздохнул, полез в карман за зеркалом связи и начал раздавать задания своей армии шпионов, отрывая занятых людей от других срочных и куда более важных дел.

Короче говоря, каприз наместника если и не поставил на уши весь город, то уж наверняка не дал спокойно поспать определенной его части.

Глава 14

Вызов

Рано утром, сладко позевывая после почти бессонной ночки, Джей нарисовался у таверны «Десять кур». Двери ее уже были гостеприимно открыты, тяжеленный ночной засов убран из пазов. Ввалившись внутрь, принц чуть не стукнулся о внушительный бюст госпожи трактирщицы, поспешившей навстречу первому клиенту. Накрахмаленный белоснежный фартук стоял колом вокруг пышных диаметров нижних форм дамы, а ее верхние прелести в низком вырезе тугого корсета смотрелись словно поданные на блюде.

Тихо застонав, мужчина попытался обогнуть прекрасную даму немалых объемов, но она ловко уцепилась за его плечо.

– Ах, сударь! Вас не было всю ночь! Я так волновалась! – воскликнула женщина и посильнее прижалась к Джею грудью.

– Хм, сударыня, вы так рано встали… – невпопад брякнул принц, не оставляя попыток прорвать блокаду и занять оборонительную позицию в своей комнате. Иные линии поведения «остроумному, но ничуть не кровожадному сказителю» были заказаны.

– Сударь, я и не ложилась!

Трактирщица выжала скупую слезу и для страховки крепко вцепилась другой рукой в ремень принца.

– Сударыня! Я… Мне срочно нужно…

– Что срочно? – мурлыкнула трактирщица, сражаясь с упрямыми завязками на брюках сказителя.

– Мне срочно нужно вас поцеловать, – начав обходной маневр, выдал Джей и сразу почувствовал, что темпераментная трактирщица ослабляет хватку.

В голову принца стали закрадываться серьезные подозрения относительно истинной причины скоропостижной кончины супруга госпожи трактирщицы. Бедолага мог просто не выдержать напора дамы. Джей уже подумывал