если там прячется сама ведьма? Идея не сумасшедшая, а глупая. Брат не скрывает, что ходит её кормить. Даже малышка Лисса знает о «страшной ведьме».

Итак, три основных дела. Отправить в огородик Кристал и Лиссу. Подсушить к зиме постельные принадлежности. Составить список и отдать Никасу. «Ведьма» и её присутствие в подвале, чего, судя по Лиссе, никто и не скрывал, будут в довесок к списку. А потом – дела помельче: надо бы потихоньку отмыть дом, настоящей чистотой в котором явно никто не заморачивался…

И только одна проблема: девочки очень хотят каждый солнечный день бегать к озеру, к купальной беседке, а от неё – в манящую, блистающую солнцем воду.

Аня вздохнула. Все проблемы – по мере поступления надо бы решать.

И ещё пара проблем.

Нет, больше. Как бы узнать ответы на самые интересные для неё вопросы? Любил ли дин Хармон свою жену? Почему-то Ане этот вопрос казался очень важным.

А ещё… почему Никас, как старший, переехав в дом сестры, даже не подумал распродать некоторые красивые вещички, которые бы помогли семье продержаться на плаву, пока её члены стараются заработать хоть какие-то деньги?..

И, чего греха скрывать, есть вопрос, волновавший её с ночи: так был ли у Агни после смерти мужа любовник или жених?

А ещё… Ещё надо узнать о соседях!

Аня фыркнула. Соседи – это да… Но есть ещё один вопрос. Но он из разряда глупых и смешных. Она уже знала, что Никас имеет слабые магические способности. Ещё более сильные имеют братья-двойняшки, потому их и устроили на подработку к магу-травнику. Что-то по мелочи умеет магичить Кристал. А она? Ну, Агни то есть?

Но это не жизненно важно. Подождёт. Главное – подготовить дом к зиме.

Аня уже приметила пару мест на здании, где необходим небольшой ремонт. Теперь оставалось узнать, где взять… И рассмеялась в голос! Она и правда чувствует дом своим!

Поскольку проснулась утром, занялась не самым нужным делом, но ведь оказия?.. И снова вошла в небольшую, но богатую гардеробную. Вопрос, любил ли жену дин Хармон, всегда возникал с порога в эту комнатку, похожую на костюмерную богатого артиста. Ну, как это дело представляла в воображении Аня. Платьев! Море. Обувки – тоже. И опять возникал логичный вопрос: почему Никас не продал эти вещи сестры, чтобы улучшить материальное состояние семьи?

Аня решительно отодвинула в сторону эти вопросы и принялась разглядывать платья и прочие вещички с иной точки зрения: что можно сделать с ними, чтобы продать? И какие предметы можно продать без переделки? Но в очередной раз растерялась и только крутилась возле длинного настенного зеркала, примеряя поразительные наряды, среди которых чисто домашних – раз-два и обчёлся.

Вышла отчаянно разочарованной в себе. Жалко же!! Жалко отдавать вещички, которые можно переделать на Кристал и Лиссу, а заодно и на себя! Ну не поднималась рука на самые богатые вещи – продать их! Эх…

Насупившись, Аня вышла из комнаты, постояла, прислушиваясь у дверей в комнаты Кристал и Лиссы, а потом спустилась вниз и решительно вошла на кухню. Здесь старушки Сайл и Бридин суетились, готовя завтрак для господ, и Аня спрятала невольную улыбку, когда услышала про господ. Поздоровавшись с обрадованными её приходу служанками, она снова незаметно для них влилась в работу по кухне, то здесь, то там помогая резать, крошить, наливать воду и мыть использованную посуду. С водой в доме обстояло неплохо: при хозяине поставили водопровод с кранами, вода из которого поступала даже на второй этаж.

Сегодня последние куски мяса с ледника (Аня успела ознакомиться и с ним) пошли на привычный суп, который теперь отличался тем, что в нём было довольно много зелени и не только в качестве ингредиентов для супа, но и как приправы. В общем, супы теперь варились густые… Пока Аня мягко перемещалась по кухне, она сумела разговорить старушек, которым нравилось внимание хозяйки, а потому они охотно выкладывали свои воспоминания о том, как было раньше на кухне, при живом хозяине.

Время от времени Аня словно невзначай выходила за дверь и в коридоре быстро вписывала в прихваченную бумажку упомянутые старушками продукты. Вписывала всё подряд, в надежде потом разобраться, какие из продуктов нужны в первую очередь.

Первым внизу появился Никас. Выждав, когда он умоется (в его комнате не было умывальной), Аня подошла к нему и попросила:

- Можно, я сегодня просушу постельное бельё на площадке над террасой? Я посмотрела – там можно натянуть верёвки, и солнце, кажется, будет сильным, а ведь наши постели сыроватые.

- Тебе не будет тяжело? – забеспокоился брат.

- Мне помогут Кристал и Лисса, - решительно заявила она. – Да я и сама окрепла за последние дни.

- Которых и было-то меньше недели, - насмешливо пробормотал Никас. И тут же смущённо добавил: - Наши с двойняшками комнаты всегда открыты. Если успеете до ночи, можно просушить и наши постели. А если не успеете, завтра встанем пораньше и отнесём постели на эту площадку.

- Я это и хотела сделать! - обрадовалась Аня. – Никас, - уже вкрадчиво позвала она, когда брат хотел было развернуться к лестнице на второй этаж, - мне кажется, я уже достаточно выздоровела, чтобы ты помог мне вспомнить, что за женщина сидит у нас в подвале. Ну, пожалуйста! Мне надо вспоминать всё!

Никас взглянул на неё очень серьёзно, потом взъерошил тёмные волосы и задумался. Кажется, просьба сестры для него оказалась не неожиданной, но всё же трудноватой для выполнения.

- А ты? – неуверенно спросил он. – Ты правда ещё не вспомнила, что произошло?

- Нет, - покачала головой Аня.

- Когда дело касается магии, - начал он и оборвал себя чуть ли не на полуслове. – Нет, я сам плохо в ней разбираюсь, но…

Он снова замолчал, а потом кивнул, будто всё ещё не окончательно решил:

- Давай сделаем так. Ты сегодня, вот прямо сейчас, пойдёшь со мной в подвал и просто выглянешь из-за двери. Просто посмотришь на… - он запнулся. – На неё. Я не знаю, как всё тут и на чём завязано, но…

- Ты всегда был решителен, насколько я, выздоровев, помню, - удивлённо заметила Аня. – Что же тут такого, если ты мне всё расскажешь?

- Если бы только я знал именно всё! – не сдержался Никас. – Но я знаю лишь часть происшествия, а потому не уверен, что ты вне опасности. Ну, если будешь…