К обеду выяснилось, что мой порез на руке, до того как он окончательно зажил, заметили абсолютно все, поскольку я второпях надела тунику без рукавов. Остальные косились молча, а друзья не стали откладывать вопрос в долгий ящик, и в обед я рассказывала им события вчерашнего вечера и сегодняшнего утра, сидя на нашей любимой плите архимагов.

— А можно, мы на вампира придем посмотреть? — поинтересовался любопытный до бесстрашия Марек.

— Не знаю. Элтар же вернулся, это у него спрашивать нужно, — растерялась я от такой просьбы.

— Так мы придем и спросим, — обрадовался мальчишка.

Остальные молчали, но смотрели настолько заинтересованно, что было ясно — придут.

Вечером, прежде чем идти к Алиру, зашла домой проведать архимага и узнать, нужно ли идти за ужином. Оказалось, что в корчму он уже отправил вампира, и выглядел на порядок лучше, чем утром. Даже шрамы на лице уже побледнели и не пугали.

— Детвора сегодня придет? — поинтересовался маг. — Я с расчетом на них ужин заказал, хотя и не знаю, как они присутствие Райна воспримут. Ты ведь им рассказала?

— Да.

— И как они отнеслись к тому, что в моем доме находится вампир? — в голосе мага отчетливо были слышны нотки беспокойства.

— Собрались проситься на него посмотреть, — рассмеялась я. — А то вы Марека не знаете!

— Пусть приходят, я по ним соскучился. Ты сейчас к Алиру?

— Не совсем. Думаю, остальные уже сходили за кристаллами, так что я к фонтану, и только когда все закончим — к Алиру.

— Не важно. Просто скажи ему, что я кристаллы по договору к концу декады принесу.

Кивнув, опять бегом направилась к фонтану. Точно скоро ходить спокойно разучусь. Первым делом обрадовала друзей тем, что они приглашены на ужин к архимагу, понаблюдала за радостно подпрыгивающим без отрыва от заливки Мареком и тоже присоединилась к общему делу. И ведь не испортил кристалл — такими темпами скоро и на ходу заливать будут, и медитировать на всех уроках подряд.

Когда мы всей толпой завалились в дом, архимаг и его гость беседовали в гостиной. Райн стоял у дальней стены, настороженно глядя на вошедших. Нижнюю губу он слегка выдвинул, и клыков не было видно вообще. Ребята разочарованно оглядели комнату, и Марек шепотом поинтересовался у меня:

— А где вампир?

— Вон стоит, — кивнула я на объект детского интереса.

— Он не настоящий, — расстроился мальчишка, — у него клыков нет.

— Есть, но он их прячет.

— Почему? — и столько удивления в глазах, что я не удержалась.

— Вас боится!

Оригинальность версии поразила абсолютно всех присутствующих. Первым пришел в себя вампир и тут же предложил свой вариант:

— Просто не хочу вас пугать.

— А мы не боимся! — заявил Марек, вплотную подходя к Райну. — Дядя вампир, покажи клыки. Ну пожалуйста.

— Зачем? — оторопел от такого напора объект повышенного внимания.

— Я их потрогаю, — окончательно обнаглел мальчишка.

— Зачем⁈ — еще больше удивился Райн.

— Так интересно же! — также неподдельно удивился смельчак.

— Марек, прекрати. Ты ведешь себя неприлично, — попытался вмешаться Элтар.

— Да пусть потрогает, раз так хочется, — неожиданно для нас решил вампир и, замысловато двинув челюстью, выпустил длинные тонкие клыки, накрывшие губу и кончиками опускавшиеся ниже нее, после чего плавно присел на корточки.

Марек протянул руку и аккуратно погладил оба клыка, счастливо улыбаясь. Еще бы! Не каждый маг может похвастаться, что вампира за клыки держал. В результате к ощупыванию клыков присоединились все мои друзья. Даже мне захотелось, но я подавила этот недостойный взрослой женщины порыв и осталась стоять в стороне, поинтересовавшись:

— А говорить они не мешают?

— Ефо каф мефаут, — невнятно ответил вампир и, убрав клыки, добавил. — А в ипостаси клыки еще больше, и там разговаривать вообще не получается.

Детвора окружала Райнкарда плотным кругом, вызывая у меня ассоциации с мультиком про циркового льва Бонифация.

— Смотри, Райн, вот поймают тебя эти ничего не боящиеся адепты, и будешь, как Таль хотела, на постаменте стоять в музее с табличкой «Последний живой вампир». Видишь — уже окружили, — начал подшучивать над другом Элтар.

— Держи его! — обрадовался такой идее неугомонный Марек и первым бросился ловить вампира.

— Живым не дамся! — радостно заявил объект охоты и длинным кувырком прыгнул поверх подбежавшего мальчишки, выйдя из окружения.

— Все равно поймаем! — присоединилась к погоне Рамина, и все кинулись ловить верткого вампира, с хохотом удирающего от детворы по комнате, ловко перепрыгивая через мебель.

Я собралась тоже поучаствовать в игре под девизом «Лови вампира!», когда Элтар негромко попросил:

— Таль, посиди со мной, пожалуйста.

Села рядом с ним на диван. Он развернулся и притянул к себе, обняв кольцом рук за талию и уткнувшись носом мне в макушку. Это было приятно, но несколько неожиданно.

— Что случилось? — шепотом поинтересовалась я.

— Ничего. Просто тоже с ними побегать хочется, а мне еще нельзя. С тобой вместе сидеть не так обидно, — пояснил маг, глядя, как детвора мутузит поддавшегося облаве вампира и теперь довольно аккуратно отпихивающего от себя будущих магов.

Рамину он еще и подстраховывать успевал, чтобы она ни обо что не ударилась. Причем было видно, что и сам вампир получает от игры не меньшее удовольствие, чем наскакивающие на него со всех сторон адепты.

— Райнкард очень любит детей, — шепнул мне на ухо Элтар. — Но обычно у него нет возможности вот так с ними поиграть. Я рад, что он с вами познакомился.

— Спасать будем? — поинтересовалась я, увидев, что друзья нашли страшное антивампирское оружие. Оказалось, что этот крутой воин боится щекотки.

— Таль, а пошли все вкусное съедим, пока они тут воюют, — нарочито громко предложил архимаг.

— Отличная идея! — поддержала его я.

— Кто последний, тот десерт! — радостно заявил разыгравшийся вампир и первым бросился на кухню.

И тут все замерли после грозного окрика Элтара: «Райнкард!». Причем вампир умудрился это сделать прямо в прыжке. Неловко приземлившись, он обернулся и застыл, увидев испуганные лица.

— Это была просто глупая шутка, — попытался оправдаться Райн.

— Дядя Элтар, ты нас так больше не пугай, — первой отмерла Рамина. — Дядя Райн, пошли ужинать.

И взяв вампира за руку, она