Легионер сел у стены, смотрел. Устал. Руки в крови, форма грязная. Но довольный. Пятеро живых. Пятеро с глазами.

Может, когда вырастут, пригодятся. Увидят опасность, которую слепые не чуют. Предупредят. Спасут.

А может, сдохнут через неделю. Зона не любит слабых.

Он закрыл глаза, откинул голову на стену. Сон накрыл быстро, тяжело.

Снились снова собаки.

Зона вокруг. Мёртвая, серая, опасная.

Пьер проснулся через два часа. Щенки спали, прижавшись к матери. Дышали ровно, тихо.

Живы. Пока живы.

Глава 18

На десятый день Пьер снова пошёл к мосту. Без причины, просто вышел. Собаки остались на базе — мать кормила щенков, остальные охраняли. Взял винтовку, дозиметр, пошёл.

Лес был тих. Дозиметр стрекотал ровно — сто десять. Терпимо. Встретил одну собаку-мутанта, пристрелил. Кабана обошёл стороной — не хотелось стрелять.

К мосту вышел к вечеру. Солнце садилось, небо краснело. У костра Шакал сидел один, курил, смотрел в огонь. Услышал шаги, обернулся. Узнал, усмехнулся.

— А, снайпер. Опять пришёл. Привыкаешь?

— Привыкаю.

— Садись. Самогон есть.

Легионер сел на привычный камень. Шакал протянул флягу. Пьер глотнул, вернул. Шакал допил, спрятал.

Молчали минут пять. Костёр потрескивал, река шумела внизу. Сумерки сгущались.

— Слушай, снайпер, — сказал Шакал вдруг. — Есть у меня дело. Денежное.

— Какое?

— Заказ. Человека убрать надо. Чисто, издалека, чтобы никто не понял откуда. Ты как раз специалист.

Дюбуа посмотрел на него. Шакал курил, смотрел в огонь. Лицо спокойное, без эмоций.

— Кого убрать?

— Командира блокпоста. Военного. Подполковника Сазонова. Сидит на трассе, в пятнадцати километрах отсюда. Блокпост контролирует, проверяет всех, кто едет. Мне мешает. Мой товар не пропускает, бабки дерёт конские. Договориться не получается. Остаётся убрать.

— А охрана?

— Охраны человек десять. Солдаты, автоматы, пулемёт. Но я не прошу их мочить. Только командира. Он сдохнет — блокпост развалится. Новый придёт, с ним договоримся. А пока хаос будет, месяц-два. Мне хватит.

Легионер молчал, думал. Убийство военного — серьёзно. Не мутант, не бандит. Офицер. Государство за такими мстит. Но с другой стороны — тридцать тысяч евро. Месяц жизни Оли. Или два.

— Сколько платишь?

— Тридцать тысяч. Евро. Наличными. Половину сейчас, половину после.

— Откуда у тебя такие деньги?

— Не твоё дело. Есть — и всё. Берёшь или нет?

Пьер смотрел в огонь. Пламя плясало, искры летели. Тридцать тысяч. Хорошие деньги. Очень хорошие.

— Когда?

— Когда сможешь. Чем быстрее, тем лучше. Но качественно. Чтобы не вычислили.

— Фото есть? Координаты?

Шакал достал из кармана конверт, протянул. Легионер открыл. Внутри фотография — мужчина лет пятидесяти, лицо усталое, морщины, погоны подполковника. Рядом листок — координаты блокпоста, схема расположения, распорядок дня.

— Откуда инфа?

— У меня люди есть. Один из солдат на блокпосте за бабки работает. Всё рассказал. Командир каждый день в семь утра выходит из вагончика, идёт до туалета. Двадцать метров по открытой местности. Охраны рядом нет. Окно три минуты. Успеешь?

— Успею.

— Дистанция какая?

— Метров шестьсот. С холма напротив. Ветра нет утром, видимость хорошая. Один выстрел, чистая работа.

Шакал кивнул, достал пачку денег. Пятисотками, тугую, перетянутую резинкой. Положил на камень.

— Пятнадцать тысяч. Аванс. Остальное после. Позвонишь, скажешь кодовое слово — «пёс сдох». Я пойму — дело сделано. Встретимся тут, отдам остальное.

Легионер взял деньги, пересчитал. Тридцать купюр по пятьсот. Пятнадцать тысяч. Всё правильно. Спрятал в карман.

— Номер дашь?

Шакал продиктовал. Дюбуа запомнил. Номеров не записывал никогда. Память надёжнее бумаги.

— Когда сделаешь?

— Завтра. С утра.

— Быстро.

— Зачем тянуть.

Шакал усмехнулся, протянул руку. Легионер пожал. Сделка.

— Удачи, снайпер.

— Не нужна. Нужны ветер и видимость.

— Тогда пусть будет ветра и видимость.

Дюбуа встал, проверил винтовку, пошёл обратно. Шакал смотрел вслед, курил, не провожал.

Наёмник шёл по лесу, думал. Завтра убьёт человека. Не в бою, не в схватке. Из засады, холодно, расчётливо. Работа. Как в легионе. Как в Мали, Косово, Афганистане. Цель, расстояние, выстрел. Цена — тридцать тысяч.

Совесть молчала. Давно молчала. Заткнул её в Тессалите, когда Гарсия сдох. С тех пор не беспокоила.

Подполковник Сазонов. Пятьдесят лет. Командир блокпоста. Офицер. Чей-то отец, может, чей-то муж. Завтра будет мёртв. Пуля в голову, быстрая смерть. Не успеет понять.

Милосердие, в какой-то степени.

Легионер дошёл до базы, спустился в шахту. Собаки спали. Щенки пищали тихо, сосали мать. Он лёг рядом, закрыл глаза.

Завтра рано вставать. Выход в пять утра, на позицию к шести. В семь выстрел. К восьми вернуться. Простая работа.

Тридцать тысяч евро.

Оля ещё поживёт.

Ради этого можно.

Он заснул быстро, без снов.

Проснулся в четыре утра. Будильника не было — внутренние часы, наработанные годами. Поднялся тихо, чтобы не потревожить собак. Мать подняла морду, посмотрела слепыми глазницами в его сторону, легла обратно. Щенки копошились во сне, попискивали.

Легионер умылся ледяной водой из крана. Лицо, шея, руки — взбодрился сразу. Побрился электробритвой, насухо. Щетина мешает при прицеливании, царапает приклад, сбивает концентрацию. Провёл ладонью по щекам — гладко. Порядок.

Оделся послойно, как учили в легионе. Термобельё первым слоем — отводит пот, греет. Футболка хлопковая, тёмно-серая. Форма камуфляжная, немецкий флектарн — для здешних лесов самое то. Носки шерстяные, толстые — ноги должны быть сухими. Берцы разношенные, удобные, шнуровка тугая. Проверил дважды — нога сидит жёстко, без люфта. На марше каждая мелочь важна.

Снаряжение собирал неторопливо, методично. Спешка — мать ошибок. А ошибки стоят жизни. Разгрузку разложил на столе, проверил каждый подсумок. Магазины для винтовки — четыре по десять патронов. Пружины упругие, патроны без царапин. Патроны Match Grade, снайперские, калибр 7,62×51. Отобрал сорок лучших, осмотрел на свет каждый. Гильзы ровные, пули идеальные. Один бракованный патрон — и цель уходит живой. Все сорок безупречны.

Нож на пояс. Финка, двадцать сантиметров клинка, заточена до бритвенной остроты. Провёл по газетному листу — резанул без усилия. Хорошо. Спрятал в ножны, застегнул ремешок — чтобы не выпал в самый неподходящий момент.

Кольт разобрал до винтика. Протёр каждую деталь ветошью, смазал, собрал обратно. Магазин полный — семь патронов Hydra-Shok, экспансивные. Плюс один в ствол. Восемь выстрелов на случай если всё пойдёт к чертям. Дослал патрон, поставил на предохранитель. Сунул в кобуру на бедре.

Гранаты — две РГД-5, оборонительные. Если погонятся — бросить, выиграть время на отход. Проверил чеки — сидят туго, случайно не выдернешь. Пристегнул к разгрузке слева и справа.

Аптечка компактная, полевая. Жгут, бинты, йод, кеторол, антибиотики. Ранят — окажет первую помощь. Убьют — уже не поможет. Но лучше таскать с собой.

Фляга литровая. Налил воды до краёв, закрутил