50 Cent, и я повернулся, чтобы потереться своей задницей о Кая. Черт, мы убивали наповал. Сейдж кричала ободряюще и подбадривала нас. Внезапно Кай прижался ко мне сзади, его рука лежала на моем животе, а другая скользнула вверх, сжимая мое горло.

«Я отведу тебя в кондитерскую, — пропел он мне на ухо, пока наши движения сливались воедино. — Я позволю тебе облизать леденец...» Он прижался своим твердым членом к моей заднице, и я подавил стон. Боги, прошло слишком много времени с тех пор, как мне трахали задницу.

«Взять его, Кай!» — закричала Сейдж, и мои глаза обратились к ней.

«Иди сюда, сладкая...» — поманил я, протягивая руку.

Она проплыла ко мне и взяла меня за руку, позволяя мне поставить ее между нами. Кай обхватил одну ее ногу за бедро и начал двигать бедрами в такт музыке. Мои руки скользили вверх и вниз по ее талии, мой член упирался в ее задницу.

«Звездами», — пробормотал Фарис. Мы, должно быть, выглядели довольно непристойно. Мне стоило огромных усилий не раздеть ее и не трахнуть на этой проклятой стойке.

Песня закончилась, и мы все еще были прижаты друг к другу. Мои губы искали ее шею, отодвигая волосы, чтобы я мог оставить на ней свою метку.

«Черт, — выдохнул Кай. — Сэндвич, наверное, подгорел».

Сейдж рассмеялась, откинув голову мне на грудь. «Ты можешь съесть половину моего, Рыбка», — предложила она, взглянув на меня.

«К черту сэндвич», — прорычал я. Ее глаза расширились от волнения, когда я обхватил ее за талию, поднял и опустил на стойку, животом вниз. Одним быстрым движением я стянул с нее шорты, обнажив ее кружевное белье.

«Боги», — сказал Кай, наблюдая за разворачивающейся сценой.

«Рыбка!» — взвизгнула Сейдж, когда я схватил ее трусики и, блядь, разорвал их посередине, обнажив ее блестящую киску. Ее ноги свисали со стойки, и она была полностью в моей власти. Когда она попыталась приподняться, Кай был тут как тут, твердой рукой прижимая ее обратно.

«Фарис, держи ее руки», — прохрипел я.

В мгновение ока он оказался на другой стороне островка, взял ее руки в свои и обеспечил ее полную неподвижность. «Ты этого хочешь, Светлячок? Тебе нужны твои мужчины так же сильно, как они нуждаются в тебе?»

Сейдж глубоко застонала и выгнула спину. «Трахай меня... Пожалуйста, трахай меня», — взмолилась она.

Я отбросил остатки ее трусиков через плечо и сосредоточился на ее влажной киске. «Чертова мокрая, сладкая», — простонал я, стягивая свои шорты. «Я тебя уничтожу». Мой член был тверд как камень, и когда я встал на место, мой вход был без сопротивления.

«Аааа, черт», — выругалась она, ее ноги разлетелись от силы моего траха.

«Я. Нуждаюсь. В тебе». — Каждое слово подкреплялось сильным ударом бедер. «Я всегда, блядь, нуждаюсь в тебе. Эта киска, боги». Кай теперь дрочил свой член, его глаза были прикованы к точке соединения Сейдж и меня. «Ты хочешь почувствовать ее, К?» — спросил я, мой темп был безжалостным. Хлюпанье моего таза о ее задницу эхом разносилось по стенам, смешиваясь с ее стонами и криками удовольствия.

«Сначала наполни ее. Я хочу, чтобы эта киска была влажной», — прорычал Кай, его глаза вспыхнули желтым. Мои пальцы впились в мягкую кожу ее ягодиц, и я сжал их сильнее. Завтра на ней будут синяки от пальцев.

«Боги, да! Трахай меня, Фишер!»

Фарис держал ее руки полностью вытянутыми, и мне нравилось видеть ее в нашей власти. Он громко застонал, когда она сжала его эрекцию.

«Трахай ее сильнее, чувак. Отдай ей свою сперму». Кай схватил меня за затылок, и я уставился в его черные глаза, пока вбивался в нашу пару.

«Я кончу», — повторял я, мое тело жаждало разрядки.

«Даааа», — прошипела Сейдж, как раз в тот момент, когда Кай впился в мои губы, и я вогнал в нее раз, два, три раза, прежде чем все мое тело дернулось и задрожало. Моя сперма вырвалась наружу, и казалось, что оргазм длится вечно.

Как только мои яйца опустели, я отступил назад и наблюдал, как моя сперма капает из ее опухшей киски, падая на пол. Сейдж заскулила от потери члена, но быстро передумала, когда Кай пальцами медленно заталкивал мою сперму обратно внутрь.

«Пожалуйста, Альфа», — взмолилась она.

«Надеюсь, ты готова к гону, Детка», — предупредил Кай, занимая мое место позади нее и быстрым движением входя в нее полностью.

«Тебе нравится, когда твои пары по очереди пользуются твоим телом?» — промурлыкал Фарис низким голосом, заставляя Сейдж сосредоточиться на его лице.

«Я обожаю это», — закричала она, когда ладонь Кая шлепнула ее по заднице.

«Отлично, принимай свои трахи, как хорошая маленькая мамочка», — сказал ей Фарис.

Маленькая мамочка? Черт, это горячо.

Звуки, которые издавали Кай и Сейдж, были абсолютно гипнотическими. Хорошо, что кухонный остров был прикручен к полу, иначе я был уверен, что Кай протрахал бы ее через всю комнату с такой силой каждого удара бедрами.

«Трахай меня, трахай меня, о боги!» — закричала Сейдж, когда Фарис собрал ее волосы в руку и потянул.

«Кончи на мой член, Детка. Сожми этот член», — приказал Кай.

С маленьким криком все тело Сейдж содрогнулось, и я увидел, как ее пальцы ног выпрямились, икры напряглись, а бедра задрожали, когда ее оргазм пронзил ее тело. Кай наклонился над ней и укусил ее за плечо, заставляя ее издать стон чистого, блядь, греха.

«Вот так, Светлячок», — прошептал Фарис ей на ухо.

«Прими мое семя, Детка», — процедил Кай сквозь зубы за мгновение до того, как откинул голову назад и зарычал, как гребаный зверь. Он упал на нее, сразу же начиная вылизывать рану на ее плече длинными движениями своего широкого языка.

«Так красиво, как ты принимаешь нас, сладкая», — похвалил я, поглаживая ее щеку, не прижатую к столу.

«Ты так хорошо меня трахаешь», — ответила она прерывисто. «Фарис?»

«Хм?»

«Хочу, чтобы тебе тоже было хорошо».

Он усмехнулся и погладил ее по волосам. «Я чувствую себя фантастически, Светлячок».

«Но...»

«Никаких "но". Давай приведем тебя в порядок», — сказал он, обходя стойку, чтобы помочь ей слезть.

Фарис до сих пор не занимался с ней сексом, и я должен признать, мне было немного любопытно, почему. Я решил поговорить с ним об этом позже.

Хлопнула дверь, и по коридору разнесся мужской смех. Мы все замерли. Кэм и Брам о чем-то оживленно беседовали, но их разговор быстро утих, когда они вошли на кухню и застали нас в основном без штанов.

«Какого черта?» — потребовал