Вместо этого муж положил на мой стол синюю бархатную коробочку.

Сердце пропустило удар.

Это еще что?

— Открой, не стесняйся. Я должен был отдать его сразу, — хрипло произнес Кассиан.

Я помедлила, потом все же распахнула коробочку. Там лежала зачарованная цепочка со значком клевера, символа места, где у нас было первое свидание. Мы не сразу признались друг другу в чувствах, сперва дружили, и он много приходил мне на помощь.

Помню, как мы стояли друг напротив друга, так близко, что точно вот-вот произойдет поцелуй. Мир сладко замер в ожидании этого момента. Кассиан потянул меня на себя, наши носы соприкоснулись. Мы не спешили целоваться — это уже был решенный для обоих вопрос. Просто хотелось замедлить мгновение и насладиться этой точкой невозврата, потому что отношения точно перейдут на другой уровень… или распадутся вообще.

Лучше бы распались, и не знала бы я наших головокружительных поцелуев.

Впрочем, страсть увяла быстро. Мы поженились, начали жить вместе, и тогда появились неразгаданные тайны.

Я не понимаю, почему люди после свадьбы меняются. Или дело просто в том, что спадают розовые очки под тяжестью реальности?

— И зачем? — спросила я, сложив руки на груди. Не хочу, чтобы Кассиан видел, что меня тронул его подарок.

— Ты просила.

Я горько усмехнулась.

— Да, я тебя просила об этом двести лет. Теперь мне не надо.

— Почему? — не унимался муж.

— Потому что мне не нужен ты, Кассиан. Все прошло.

— Я тебе не верю! — воскликнул он, подлетел ближе ко мне и упал на колени, прижался к ним головой. — Ты можешь злиться на меня и на все происходящее. Но знай: я тебя верну.

Глава 16

Первая мысль, промелькнувшая в это мгновение: не дай боги ты что-то попытаешься сделать.

Хотя сердце, понятное дело, вздрогнуло от этой мысли, самой идеи, что Кассиан готов помучиться ради меня.

Тем не менее я понимала, что ситуацию это только ухудшит. Я снова проиграю. Веры в то, что во мне еще есть ресурс, чтобы простить, пережить и принять новую реальность, во мне не было. И дабы не думать об этом, я с горьким удовольствием уходила в работу.

Но теперь и в ней, такой желанной, не было уединения, чтобы тайно рефлексировать о своих переживаниях.

— Я искренне надеюсь, что у тебя ничего не получится, — глухо произнесла я и встала, неловко отстранившись от Кассиана. Подарок его я оставила на столе, хотя только одна мысль об этом заставляла мое сердце предательски сжиматься.

Тяжело было не обернуться, не подойти и сказать ласковое успокаивающее слово, как я привыкла, будучи примерной хорошей женой, когда многократно ставила свои чувства ниже других.

Кто бы мне еще сказал, зачем я это делала? Кого сделала счастливее?

Глупая вера уничтожила мой брак.

Податливость и угодливость не смогли сохранить верность мужа.

Меня учили быть мягкой и заботливой, сдерживать свой характер для работы, а дома быть не драконом, а ласковой кошечкой. И да, я десятки лет пыталась бороться с ощущением, что сову натягивают на глобус, и все таки смогла.

Вот так и села у разбитого корыта.

И сажусь в очередной раз, потому что маньяк еще чудесно разгуливает на свободе и ищет очередную жертву, а я даже его психологический портрет не составила и не выявила ритуалы, свойственные психопатам.

Что он хочет? Почему здесь?

Хочет быть найденным?

Хочет, чтобы я восхитилась его изворотливостью?

Ну так вот, милый маньяк, на фоне Кассиана и Валериана даже твоя изворотливость страдает.

Эта мысль придала мне бодрости, и я нашла Стефана во дворе. Он возился с какой-то штуковиной, которая полязгивала и выдахала зловонный черный дым.

— Что это? — скептически поинтересовалась, подберев боком стену с облезшей краской.

— Это внедорожник! — с гордостью сообщил помощник, представив мне еле живой вонючий агрегат, словно представил невесту родителям.

— И?

— Ну как. Валериан сказал, что нам нужен транспорт на случай погони, коль его истинная не соглашается быть таковым. И вообще это недостойное дело женщины таскать на спине мужиков.

— Как будто на шее достойнее, — фыркнула я.

Стефан насупился.

— Я не понял.

— Тебе и не нужно, — отмахнулась. — Продолжай? — я нацепила на лицо максимально заинтересованное выражение.

— Мы сможем спокойно передвигаться по лесу и возить жертв маньяка, если таковые еще будут. Осталось немного починить. Я, когда искал реактивы дома, нашел еще детали, да и вспомнил, что выписанный пару лет назад из столицы внедорожник стоит без дела.

— Будем честны: его списали. Тем более для этого агрегата явно требуется тягловая сила.

— Об этом не беспокойтесь. У нас есть накопители! Я еще статью читал, что идея не прижилась в столице, и все решили, что на лошадях сподручнее.

— А изобретателя куда дели?

— Выслали, — вздохнул Стефан. — Куда-то далеко от столицы.

— Разве есть что-то дальше Скайглора? — проворчала едва слышно. — Ты такими делами занимайся в свободное время. Нам психологический портрет маньяка составить нужно!

— Так в свободное время я с Маей, — попытался возразить Стефан, но остановился под тяжестью моего взгляда. — Ладно, понял. Скоро сделаю отчет.

— Вот и прекрасно, — заключила я и, дабы не встречаться с Кассианом, направилась к Маей, проведать, не разворотила ли она дом. Я все еще не знала, сколько в ней животного и сколько человеческого. Тем более во всем теле ощущалась странная слабость.

Зверюшка нашлась там же, где я ее оставила: на моей кровати, вольготно развалившаяся и помахивающая ядовитым хвостом во все стороны. Я, к своему огромному удивлению, обнаружила тонкий луч солнца, пробивающимся из окна, под которым и разомлела Майя. От нее пахло кашей, словно она доела всю кастрюлю, которую я приготовила себе на неделю.

— Ну что, подруга дней моих суровых, — сказала я, присаживаясь на край кровати и отпихивая пятой точкой пушистой тело ближе к стене. — Что нам делать-то? У меня есть смутное ощущение, что наша жизнь вот-вот развалится на кусочки.

Последнее я едва пробормотала.

Едва сдерживаясь, я вскочила и побежала в уборную. Меня снова вырвало.

Глава 17

Вечер с каждым мгновением переставал быть томным. Я сидела на старой затертой желтой плитке и с ужасом считала дни. Месяц, как я живу в Скайглоре. Почти два месяца, как у нас случилась близость с Кассианом…

И ни одного целителя на горизонте!

— Тук-тук! — раздался из дверей голос Валериана и, не дожидаясь ответа, зашел в дом. Майя глухо зарычала. Я наблюдала через приоткрытую дверь, как мимо проходят начищенные туфли.

Патологоанатом — это же тоже