Мир не перевернулся, люди продолжали заниматься своими делами. Даже Клэр, которая не так давно вышла из лазарета, уже разговаривала с кем-то из садоводов, чтобы узнать последние новости. Все вокруг было прежним, а внутри оказалась странная пустота, которую Дана никак не могла объяснить, спускаясь по немного хлипким ступенькам. Холодный ветер совсем не приводил в чувство, вызывая лишь легкий трепет. Скрестив руки на груди, она потянула поводок Лаки, направляясь в сторону своего жилища.

Взгляд зацепился за Моргана, стоящего у стены ближайшего домика. Он скучающе поддевал носком ботинка валявшиеся на земле камни и кусочки грязи. Несмотря на напускное безразличие, в нем были заметны хорошо знакомые Дане изменения, выдающие тревогу: сжимающиеся на плечах пальцы и слишком резкие движения. Два года прошло с их встречи, а Морган так и не поменялся.

Словно услышав ее мысли, он поднял глаза. Взгляды их встретились лишь на пару мгновений. Разговоры сейчас совсем не входили в планы, но она ничего не могла с этим поделать. Тяжелые шаги становились все громче, пока Зак не поравнялся с ней.

– Ну как все прошло?

– Это он, – ответила с придыханием Дана и нервно улыбнулась, чуть сильнее сжимая поводок Лаки. – Это правда он, Зак, представляешь?..

Голос слегка надломился, и Дана медленно перевела дыхание, чтобы успокоить вспышку возникших внутри эмоций. Уголки губ дернулись от напряжения, а после и вовсе опустились. Зак выглядел не слишком воодушевленно. Пнув лежащий под ногой камень, он стиснул ладони в кулаки и сразу же спрятал их в карманы. Глаза потемнели. На плечи словно рухнуло небо. Дана прочистила горло и продолжила, стараясь держать себя в руках:

– Клэр сказала, что он поправится. Так что можешь не рассчитывать, Зак, – постаралась пошутить Дана, слегка качнув головой, чтобы убрать с глаз мешающую прядь. – Его неслабо приложили чем-то по голове, так что потребуется уход…

– Как и всем в лазарете, – хмыкнул Зак, слегка взъерошив русые кудри.

Шепард закатила глаза, ускоряя шаг. Как будто это он сидел с больными ночи напролет! Как будто это он держал раненых, когда приходилось вытаскивать осколки или зашивать раны без наркоза и обезболивающих, потому что их просто не было! Она прекрасно знала об остальных, о том, какой уход им нужен. Клэр об этом позаботилась, решив, что Шепард может пригодиться не только на объездах территорий и грядках. Или же она просто пыталась сделать так, чтобы Дана могла справиться со всем, что подвернется на пути. О ее мотивах можно было только догадываться.

Злость волной жара поднялась к груди. Дана презрительно фыркнула, чуть сильнее, чем стоило, дернув поводок. Каждый шаг отдавался вибрацией в ногах, посылая часть вскипающих внутри эмоций в землю. Морган был прав, и ее это бесило. Впрочем, он часто был прав. Его рациональность и задиристость вызывали либо гнев, либо улыбку. Тем не менее стоило ямочкам появиться на его щеках, как все углы становились мягче. Обезоруживающая особенность, которая никак не могла пробить ему путь к ее глупому сердцу.

Дана сбавила шаг, чувствуя, как легкие начало немного покалывать. Из головы все не выходил тот его тоскливый взгляд после ее слов. Хрустальная мечта, обрызганная кровью, начала покрываться трещинами, чтобы разлететься на множество кусочков. Краем глаза она заметила, что Зак все еще находился рядом, терпеливо плетясь следом и пряча руки в широкие карманы куртки.

– Ты не выглядишь счастливой, – прервал он возникшее между ними молчание.

– Знаешь, я много видела людей в лазарете. Когда их спасают… Они находятся в безопасности, тепле, на чистых простынях и выглядят совершенно счастливыми. Тот кошмар, который их преследовал за пределами лагеря, остался позади… Были, конечно, и те, кто боялся, что мы напичкаем их либерти и будем пытать. Но Саймон… Он… Как бы объяснить…

Дана беспомощно посмотрела на Зака, который свел брови к переносице, будто стараясь понять, о чем она говорит. Морщинки на его лбу становились все глубже от размышлений, пока не разгладились, открывая взору россыпь едва заметных веснушек. В голубых глазах блеснуло понимание. Дана скрестила руки на груди, отводя взгляд в сторону.

– Как будто он совсем не хотел выживать? – От негромкого голоса Зака совсем рядом вдоль позвоночника пробежал холодок.

Словно Саймон жалел о том, что выжил, даже несмотря на то, что его окружали самые близкие когда-то люди. Пальчики сильнее вцепились в складки куртки. Подрагивающая улыбка появилась на губах, и Дана слегка кивнула в ответ на предположение Зака.

Он знал. Всегда знал, когда и что надо было сказать, чтобы сделать чуть больнее, чем нужно. Иногда достаточно правды, которую ей так сильно не хотелось принимать. Морган подошел к ней и опустил руки на плечи, слегка сжимая их.

– Нельзя заставить другого человека хотеть жить только потому, что ты сама этого хочешь, – начал Зак, чуть сильнее сжав ладони. – Ты можешь помочь ему восстановиться, можешь провести с ним беседу, но если он сам не захочет…

– Зак…

– Вспомни Люси, – проговорил он на выдохе, выпуская поникшие плечи из своей хватки. – Сколько бы ты с ней ни разговаривала, она все равно сделала то, что сделала. И никто не смог бы ей помешать. Не все могут выжить. Кому-то это просто не дано.

– Не дано? Ты серьезно? – Шепард отстегнула Лаки от поводка, почувствовав напряжение, и выпрямилась, глядя на Зака снизу вверх. – Мы даже толком не пытались…

– Дана, послушай, ты начинаешь сходить с ума всякий раз, когда разговор заходит о выживших. Не наших, а тех, кого мы нашли за воротами этого лагеря. И я раньше думал, что это все твое помешательство на этом треклятом Саймоне. Но, Дана, ты себя теряешь. В нем, во всех них… Услышь меня, наконец. Это в конечном счете убьет не только тебя, но и тех, кто рядом с тобой! – Его голос был непривычно громким, и Дана чуть отшатнулась назад. С губ Зака сорвались полупрозрачные облачка пара, а на лбу появились морщинки. – Я не хочу тебя терять, понимаешь?

Она замерла на месте и по-прежнему не чувствовала ничего. Опустив взгляд, Дана ладонями провела по лицу, охлаждая пылающую кожу холодными пальцами. Она молчала, не находя слов. Злость испарилась, как капли воды в пламени. Что-то глубоко внутри говорило о том, что Зак был прав, но она упрямо не хотела с этим соглашаться.

– Когда-то мы вытащили так же и тебя, – сказала она. – Да, мы тогда не были лагерем, мы еще даже досюда не дошли, но тебя вытащили из лап зараженных. Рик и Аарон тебя вытащили, хотя могли умереть прямо там. Но они решили, что чем больше здоровых будет с нами, тем проще будет выживать, – голос Даны слегка подрагивал. – Надо было тебя оставить там?