телефон и только сейчас вспомнил, что он не работает после моего шоу с магнитным полем.

Пришлось пустить в него небольшой заряд энергии, чтобы он «ожил». Как я и думал, на мой счёт уже перечислили мою долю с добычи из Каньона. Причём в связи с закрытием этого самого Каньона, цены на ингредиенты выросли аж в три раза. Да я практически богат!

Без лишних слов я перевёл на счёт отеля нужную сумму, добавив сверху ещё десять тысяч за завтраки для всех. Я уже убирал телефон обратно, как он вдруг завибрировал, а на экране высветилась странная надпись: «номер скрыт». Интересно.

— Да, слушаю, — ответил я на звонок.

— Князь Громов, это Назар Крылов, — услышал я голос главы инквизиции столицы. — Я только что прилетел с военной базы в Барабаше. Нам нужно срочно встретиться, и я настоятельно рекомендую вам держать нашу встречу в тайне.

Глава 3

Подвал разрушенного имения рода Меркуловых

Влад Меркулов стоял посередине потайной комнаты своего рода. Сюда не смогли попасть ищейки императора, ведь ключом была не кровь одного из рода, как в прочих тайниках, — замок был настроен на активную ауру любого потомка прямой линии.

Когда-то, будучи мальчишкой, Влад смотрел, как казнили всех, кого он любил. Мать, отец, старшие братья и сёстры, даже стариков не пожалели. Рука императора не дрогнула, когда он дал отмашку палачу.

Влад был самым старшим из выживших, но ему было всего лишь семь лет. Он не смог помочь ни родителям, ни младшим Меркуловым — их всех разделили и распределили по чужим семьям в разных концах Империи. Уже став взрослым, Влад отыскал следы младших, но те не дожили до воссоединения.

И в этом Влад тоже винил императора, засидевшегося на троне слишком долго. Отец был прав во всём, кроме одного, — он выбрал не тех союзников. Его предали, а род перестал существовать. Что ж, теперь, спустя долгие сорок лет, Меркуловы отомстят.

— Не доверяешь, — прошелестел в голове Влада ненавистный голос. — Всё ищешь в своих бумажках подтверждение моих слов.

— Привык проверять всё дважды, а то и трижды, — отмахнулся от голоса Меркулов, но всё же обернулся и посмотрел на чёрный сгусток энергии, который называл себя грозовым элементалем. — Не так-то просто поверить, что существуют не только элементали, но и Хранители, которые живут где-то в других мирах.

— Это всё не имеет значения, — голос стал громче и настойчивее, в нём появились гневные нотки. — Ты должен был заполучить оба моих осколка до того, как они объединятся. Ты всё испортил, смертный.

— Тебе недостаточно этой сферы? — Меркулов указал на белоснежный клубок искрящейся энергии, вокруг которого периодически появлялись воздушные воронки.

— Это мой враг! — прокричал голос, но тут же притих. — Он продался Хранителям и почти уничтожил меня с их помощью.

— Кто же знал, что Каньон не тот, — пожал плечами Влад, отвернувшись от грозового элементаля, который сейчас был похож скорее на кляксу, размазанную по стенке архива.

— Ну ничего, мой смертельный враг теперь служит мне, как служил Хранителям, — грозовой элементаль злобно хихикнул, снова изменив форму . — Мог ли он знать, что после поражения станет тем, кто отдаст свою энергию, чтобы скрыть меня от взора этих жалких подражателей. Хранители! — фыркнул он. — Это же надо было назвать себя таким высоким словом.

— Я ещё могу достать пса, — сказал Меркулов, глядя на то, как клякса вытянула длинный отросток и коснулась воздушной сферы. Ему даже показалось, что он услышал довольное чавканье.

— Ты ничтожный червяк! Ты слишком мелок, чтобы понять великий замысел, — грозовой элементаль увеличился в размерах и сместился по стене ближе к Меркулову. — Ты всё испортил! Верх берёт та часть, что первой поглотит другие.

— Мне не нравится твой тон, — процедил сквозь зубы Влад, с омерзением глянув на то, что осталось от великого когда-то элементаля. — Это я вытащил тебя из Каньона в Америке, я помог тебе обрести силу и даже принёс воздушника для подпитки. И мы договаривались на партнёрские отношения, а партнёры так себя не ведут.

— О, смертный человечишка решил ставить мне условия! — расхохотался элементаль. — Ты принял от меня силу, которая возвысила тебя даже над твоими предками, а теперь решил, что имеешь право на слово?

— Мы оба стремимся к единой цели, — напомнил ему Влад. — Нами движет месть, которая сметёт города и страны, мы обрушим Империи и обратим мир в прах. Это были твои слова, не мои.

— Месть… какое сладкое слово, — протянул элементаль. — Да, ты прав, смертный. Ради мести можно и потерпеть друг друга.

Меркулов поморщился, старательно гоня из головы мысли о том, как противно ему даже находиться рядом с этим существом. К счастью, элементаль был лишь осколком былого могущества и не мог полноценно залезть в мысли Влада, но он легко считывал то, что на поверхности.

А на поверхности были лишь мысли о мести императору. Меркулов больше всех на свете ненавидел сидящего на троне ублюдка, который лишил его всего. И теперь, когда последний выживший рода Меркуловых овладел родовым даром, он вернёт все долги. Сам умрёт, но положит свою жизнь, чтобы развалить Империю.

Когда страна погрязнет в хаосе, когда править будет анархия, а брат пойдёт против брата, тогда Влад Меркулов сможет уйти спокойно. Пусть для этого и придётся сотрудничать с этой мерзкой кляксой — в конце концов, цель оправдывает средства.

— Две моих части, самые слабые, объединились, — проговорил элементаль. — Нам нужен другой план…

* * *

После странного звонка Назара Крылова я отправился в душ, чтобы смыть с себя грязь и кровь демонов. Захар успел упаковать чемодан с моими вещами, так что с чистой одеждой проблем не возникло. Уже после душа я наскоро перекусил бутербродами, принесёнными обслугой санатория, и вышел во двор.

Мы с Крыловым договорились встретиться в его приёмной, которая находилась в том же здании, что и департамент безопасности. Сначала я хотел отказаться от этой встречи, тем более в самом логове Ордена Инквизиции, но наместник Московский был весьма убедителен.

Для начала он сказал, что именно в здании на Лубянке самая лучшая защита от случайных свидетелей разговора, а потом намекнул, что речь пойдёт о том, что случилось со мной и княжной Ксенией Пожарской в Каньоне. Я был уверен, что рубежники ничего не рассказали об изгнании демона, но в груди после слов Крылова появился странный холодок.

У меня было чувство, что меня пытаются ухватить за яйца, и я не собирался спускать это с рук пусть даже и