протянул руку к Вольту, как вдруг вокруг нас появились десятки монстров. Демоны, точно такие же, как под Занадворовкой, смыкали ряды, а Ксения Пожарская вдруг зашипела, выгнулась дугой и ударила Никулина в грудь, сбивая его с ног.

К сожалению, я был далеко от остальных и не успел помочь Никулину. Я начал подниматься с колен, чтобы присоединиться к бою, но рука соскользнула. Как только мои пальцы коснулись Вольта, меня пронзила острая боль. Я отшатнулся, но было поздно.

Глаза ослепило яркой вспышкой, и я почувствовал, как некая сила вытягивает меня из реальности. Я пытался сопротивляться, но всё было бесполезно. Меня засасывало в какую-то бездонную воронку.

Пещера вокруг меня начала расплываться, цвета стали неестественно яркими, а звуки — отдалёнными. А потом мир распался на мелкие осколки. Последним, что я увидел, были бледные лица рубежников и оскаленные пасти демонов.

Я оказался в запертой комнате без окон и дверей. И эта комната, или скорее камера, была полностью стерильной, даже воздух здесь был странным на вкус. Стены, пол и потолок были облицованы гладким блестящим материалом, напоминающим стекло.

Хотя я стоял на месте, мне казалось, что стены отдаляются, а я падаю в пустоту. И в центре этой бесконечной пустоты прямо в воздухе парила странная сфера, размером с футбольный мяч. Сфера пульсировала мягким светом, переливаясь всеми цветами радуги.

Присмотревшись к ней внимательнее, я понял, что вижу перед собой самую настоящую шаровую молнию, внутри которой мерцают тонкие нити плазмы, словно кровеносные сосуды живого организма. Сфера пульсировала, меняя форму, то сжимаясь, то расширяясь. Было такое ощущение, что она дышит.

Я осторожно протянул руку, чтобы коснуться сферы, но инстинкт самосохранения заставил меня отдёрнуть пальцы в последний момент. Нет, я понимал, что это опасно, но меня так и тянуло потрогать этот светящийся шар, убедиться, что он не причинит мне вреда.

Осмотревшись, я заметил странные приборы, подключённые к сфере. Все провода были изолированы, а воздух разрежен, словно в вакууме. Мне показалось, что эта шаровая молния была создана искусственно кем-то, кто обладает огромной магической силой. И это точно не демоны и не люди.

А ещё я чувствовал, что Вольт каким-то образом связан с этой сферой. Мой питомец будто специально создан для того, чтобы служить проводником к ней, или сам является её частью.

— Насмотрелся? — раздалось вдруг в моей голове.

— Угу, — кивнул я, сделав шаг назад. Я узнал голос — именно его я слышал у статуи электропса во время заключения договора.

— Я очень рад, что ты соблюдаешь наш договор, — подтвердил мои мысли голос. Я совсем забыл, что мои мысли могут слышать. — Ты прибыл даже раньше, чем я рассчитывал. Молодец.

— Что это за место? — спросил я, проигнорировав эту странную похвалу.

— Моя тюрьма, — сфера сверкнула сильнее. — Вот уже сто лет я заперт здесь, а демоны пируют на моих останках, вытягивая по крупице силу.

— Ту самую, которую ты обещал мне? — уточнил я, сделав ударение на последнем слове.

— Да, и ты поможешь мне провести обряд слияния, — в голосе неведомого существа появилась торжественность. — Ты, князь Громов, объединишь осколки и получишь дар.

— Это какой же? — хмыкнул я. — Сквозь стены буду проходить или стану невидимым?

— Ты сможешь перемещаться куда угодно со скоростью молнии, — торжественности в голосе стало ещё больше, и я поморщился.

— Заманчиво, — качнул я головой. — Но почему я чую подвох?

— Потому что ты — человек, а человеку свойственно сомневаться, — ровно ответил голос. — Ты готов к слиянию?

— А если нет? — поинтересовался я, уже зная, что отвечу согласием. Что я — дурак, отказываться от суперскорости?

— Тогда ты останешься здесь, в этой тюрьме, пока не умрёшь, — проговорило существо, о природе которого у меня уже были догадки. — Ты прав, я — элементаль грозы, элементаль молний и электромагии. И только от меня зависит, станешь ли ты повелителем этой стихии.

— Вот сейчас пафос убавь, — процедил я сквозь зубы. — Я в любом случае развивал бы магию, учился всяким приёмам и так далее. Да, с твоей помощью это будет быстрее и проще, но это не значит, что сам я ничего не добьюсь.

— Постоянно забываю о человеческой гордости, — вздохнул элементаль. — Я предлагаю взаимовыгодное сотрудничество. Ты мне, я тебе. Всё по-честному и без обмана.

— Угу, как же, — хмыкнул я. — Ладно, давай.

Стоило мне дать согласие, как передо мной появился Вольт. Он буквально соткался из пустоты, всё такой же бездыханный и неживой. Я погладил своего питомца и зарылся пальцами в мягкую шерсть. И тут же я почувствовал, как внутри меня что-то изменилось.

И дело было не только в том, что я оплакивал гибель пса, ставшего мне другом. Просто в меня хлынула энергия из тела Вольта, она проникла в каждую клеточку моего тела, а потом направилась к сфере. Между нами возникла невидимая нить, по которой струилась энергия элементаля.

Я стал проводником, каналом, по которому текла невероятная сила. Мой резерв резко увеличился, а магия забурлила в крови. Я буквально нутром ощущал, как мои способности растут в геометрической прогрессии.

Самое забавное — что я уже умел управлять этой силой и даже знал, как перемещаться с суперскоростью. Это знание просто появилось в голове, будто всегда там и было. Для этого всего лишь нужно было самому стать молнией.

Тело Вольта задрожало, а потом начало таять. Я прошептал пару ласковых слов тому, кто был рядом со мной с первого дня моего перерождения. Мне будет не хватать моего друга.

Вольт растаял под моей ладонью, став единым целым со сферой. Они слились в единое сияющее существо, которое висело на месте шаровой молнии. Я ощутил горечь во рту, а затем комок в горле. Чувство, что меня предали и использовали, а потом лишили друга, стало очень острым.

Да, я стал проводником, который соединил две половины целого, но я не к этому стремился. А ведь там в пещере остались рубежники, Александр, Михаил и Ксения, которые отправились за мной в Каньон, зная, что не смогут вернуться. Как-то многовато для одного меня ответственности и потерь на сегодня.

Кстати, о потерях.

— А ты так и будешь бесформенным сгустком за мной таскаться? — спросил я элементаля, когда тот сдвинулся в мою сторону.

— А что не