Кости снова начинают трещать. Я снова лечу хер пойми куда, неспособный вырваться из этой толкающей ловушки!

Сука… сука!

'Анализ показывает, что это и не урон огнём, и не телекинез. Структура та же, что и у природы теплового урона.

Привожу эту атаку к единому знаменателю'

И тогда…

[Адаптация — Урон Солнца: ⅕]

Тело будто щёлкает. Сплошной поток энергии начинает заметно «скользить» по моей коже, словно вода льётся на человека, облитого маслом. Мало, совсем мало! Но…

Этот луч теперь попадает не целиком — часть просто соскальзывает.

Что, к сожалению, в корне ничего не меняет, и останавливаюсь я лишь тогда, когда из-за удачного удара затылком о гору сворачиваю в сторону и выпадаю из прямого луча. Сол это чувствует сразу и прекращает атаку, а я же просто падаю.

Меня отшвырнули достаточно далеко, чтобы вокруг был живой лес и звери. И кажется… люди? Чёрт! Да, рядом город.

Плохо.

— Кх! — кашлянул я, ощущая давление в груди.

«Пользователь, урон заставляет Зверя сжирать больше вашей энергии. Срочно пополните!»

Вонзаю когти в землю.

И вот снова… мне приходится их убивать.

Волчата, спрятавшиеся за мамой, падают замертво. Следом на их тела падает и мать.

Только распустившиеся астры иссыхают и обваливаются мёртвой соломой.

Яйца жаворонков гниют изнутри. Никто уже не вылупится. Никто не родится. И труп родителя, так и застывший поверх них, уже не согреет.

Поглотить жизнь для меня — всё равно что вдох ингалятора для астматика. Быстрый, короткий, и необходимый.

Но цена…

Я не хочу её платить.

Ведь я обременён ощущать боль и печаль каждого, кого сжираю ради своего выживания. Это великая сила с огромной ценой.

Кажется, я понимаю, почему Терра был безэмоционален. Я тоже так долго не смогу. Это… невыносимая печаль.

Я сжимаю кулак, начиная медленно подниматься. Сол уже был здесь. Он всё больше менялся, и теперь вокруг его глаз виднелись мерцающие золотые трещины, а кожа на руках сползала, обнажая чистую плазму с просвечивающими костями.

Какой у него потенциал? Насколько он… или она… выкладывается? Если я сейчас пойду ва-банк, не будет ли такого, что Солу достаточно поднапрячься чуть больше, и просто меня перебить?

В облике человека выиграть без шансов — нет такой крепкой шкуры и быстрых ног, чтобы дожить до адаптации. Меня просто убьёт быстрее. В облике Зверя нет много времени — форма жрёт силы, а пожирание жизни на планете наносит непоправимый ущерб психике.

И что выбрать? Попытаться покончить со всем быстро, или растягивать и маневрировать между атаки, подводя всё ближе к адаптации?

Не понимаю.

— И какова цель? Зачем это всё? — прорычал я.

— Месть. Обида, — пожимает «он» плечами, — Луну бы тоже убила, да та всегда скрытной была, не знаю где искать.

— Убьёшь меня, и что дальше?

— Умру. У меня нет желания жить. Я — пустышка. Потерянная во времени личность. Пыльная и гнилая. Кости в гробу, — говорило существо вполне спокойно, практически и впрямь без эмоций, — Хотя…

Слышу крики людей в городе неподалёку. Эвакуируются. Нужно потянуть!

— Смотря на тебя, я гадаю, что, может, не всё потеряно? — наклоняет Сол голову, — Может и я могу? Что если да? Что если тебя не убивать? Что если всё это закончить прямо сейчас? Мою месть, нашу битву. Она бессмысленна — я просто исполняю своё последнее желание, — говорило существо, словно являлось творцом без ограничений.

— Это будет куда лучше.

— Думаешь? — пронзительно смотрит он слепящими глазами, — Я согласна. Убери форму и скажи где Луна — тогда мы закончим бой и обсудим что делать дальше.

— И зачем… тебе Луна? — мышцы напрягаются.

— Помешанная на тебе девка уже один раз всё испортила. Испортит и второй. Я её убью. Я всех могу здесь убить — уж поверь, у меня хватит смелости это продемонстрировать.

Мешкаюсь.

— Ясно, — Сол улыбается, — Знакомая заминка.

Вспышка. Сол появляется сверху и задирает меч! Гравитация резко меняется, и меня, землю, камни… всё в радиусе километра резко приподнимает! Я пытаюсь крутиться, вернуть положение, но понимаю, что гравитации нет — я почти что в космосе!

— Знаешь… а я ведь тебя тоже любила. Жаль ты оказался ведомым и бессердечным, — раздался голос, — Но раз ты вкусил её без меня… то держи, наслаждайся своей человечностью.

Сол опускает меч. Раздаётся гонг.

БАММММ! И всё резко вдавливается, превращаясь в блин! Целые километр вокруг становятся единой плоскостью, гравитация Солнца уничтожает всё, что здесь было!

«Город… город… ГОРОД!», — осознаю я, лёжа с переломанными костями.

* * *

В то же время. Окраина города.

Люди уже знали. Новости пришли заранее — сирены включили ещё полчаса назад. И при этом жители не кричали, не метались, не паниковали. Всё шло по инструкции! Улицы перекрыли, военные направляли потоки людей, а машины бросали прямо на дорогах, направляясь к телепортационной стеле пешком.

Колонны людей двигались быстро, но без истерики. Родители держали детей за руки. Кто-то тащил чемодан на колёсах. Кто-то нёс на руках домашних питомцев. В громкоговорителях спокойно повторяли одно и то же:

— Не толпиться! Двигаться к телепортационному залу! Следовать указателям! Мы вам поможем! Все будут в целости и сохранности!

И это работало! Люди правда осознанно шли к спасению!

Пока не прогремел первый удар.

Где-то в километре за городом раздался глухой грохот! Земля дрогнула так, что витрины задребезжали! Люди остановились. Кто-то обернулся. На миг воцарилась тишина…

Прерванная вторым ударом. Бах! И он оказался ещё громче! Тут же в небе вспыхнул свет: слишком яркий, слишком резкий! После него донёсся раскат, как будто гора разломилась пополам!

И строй людей сломался.

Паника пошла мгновенно! Кто-то закричал, люди рванули вперёд, перестав держать дистанцию! Чемоданы бросали, кто-то падал, его тут же поднимали или просто перепрыгивали!

Все быстро переходили на панический бег — когда опасность уже перестала казаться далёкой.

Среди бегущих была женщина с девочкой. Лет восемь. Они держались за руки так крепко, что пальцы побелели!

— Быстрее, солнышко, быстрее!

Они бежали вместе со всеми. Девочка едва поспевала, запинаясь о трещины на дороге, но мама её подтягивала, ни за что не отпуская!

И тогда люди позади начали кричать. Сначала никто не понял почему, ведь грохот прекратился, и новых поводов для паники быть не должно! Но потом стало видно — из леса, из-за холмов, оттуда, где гремели взрывы… шла полоса. Отчётливая зона с чёткой границей.

Где всё живое превращалось в труху. Зона смерти. Буквальной и видимой.

Трава в ней темнела, буквально за секунду старела, серела и рассыпалась в пыль! Кусты