местных обычаях. Думаю, что так просто заставить его рассказать о том свидании не сможете даже вы. Ведь это дело секретное, а он вообще не хочет говорить с чужаками.

Громкий сухой треск заставил Марка вздрогнуть и отвлечься от невесёлых размышлений. Где-то за донжоном что-то полыхнуло, озарив на мгновение небо голубым сиянием. Ему даже показалось, что он успел заметить ветвящуюся молнию, блеснувшую над башней. Пение оборвалось, издалека слышались какие-то крики, потом снова всё стихло, и тишину нарушил всё тот же унылый хор.

— Что это было? — тревожно спросил Клеман, вглядываясь в темноту.

— Неважно, — ответил Марк. Они уже подходили к арке входа. — Возвращайтесь обратно. Теперь я дойду сам.

— Нет уж! — внезапно заартачился Ламбер, поправив меч под плащом. — Мы проводим тебя до дверей твоих покоев, и я не поленюсь зайти туда и убедиться, что там всё спокойно!

Спорить с ним было бесполезно, к тому же сзади налетел шквал ледяного ветра, и Марк поспешно отворил дверь и вошёл внутрь. Уже знакомым маршрутом он прошёл в свою комнату и почти на ощупь зажёг стоявшую на столе свечу. После этого Ламбер тщательно осмотрел все углы и даже заглянул в сундук и за кровать.

— Может, отправить сюда двоих, чтоб дежурили у двери? — спросил он. Хоть он и не нашёл в комнате ничего, что указывало бы на какую-то опасность, беспокойство его не покинуло. Наверно, сама атмосфера этого места внушала ему тревогу.

— Не нужно, — ответил Марк. — Со мной будет Хуан, так что мне ничто не угрожает.

— Ну да, — кивнул Ламбер и бросил выразительный взгляд на полоску бумаги, прилепленную к ставне. — Кстати, где он?

— Кто ж его знает? Скоро явится.

— Нам подождать?

— Нет. Я не ребёнок и могу постоять за себя.

— Уже ночь, — неожиданно заметил Клеман. — Каждую предыдущую кого-то убивали.

— Не каркай, — проворчал Ламбер, сурово взглянув на него.

В коридоре раздались быстрые шаги и на пороге возник Джин Хо. Влетев в комнату, он тут же плотно закрыл дверь и кивнул находящимся здесь рыцарям.

— Что-то случилось? — спросил Марк, взглянув на его взволнованную мордашку и взлохмаченные волосы.

— Ничего! Я нагулялся!

— Ладно, тогда мы уходим, — подозрительно взглянув на лиса, произнёс Ламбер. — Не выходи никуда один, Марк. А ты приглядывай за ним.

— Ага! Будьте осторожны на обратном пути. Там темно.

— Мы возьмём фонарь со стены.

Они удалились, а лис тщательно запер за ними дверь, после чего уселся на кровать.

— Так что случилось? — повторил свой вопрос Марк.

— Не знаю, с чего и начать, — пробормотал Джин Хо. — Ладно, начну с начала. Я решил в этот раз снова понаблюдать за ритуалом и дождаться его конца, чтоб, как ты и говорил, проследить за этими железными масками. Я явился, когда они уже были там. Фонари по краям площадки были зажжены, колдун стоял на своём месте возле уже двух гробов, а эти придурки бродили вокруг них вереницей, как утята за уткой, и распевали свои гимны. И всё шло, как в прошлый раз, я даже заскучал, но потом случилось нечто странное. Ещё больше похолодало, по святилищу заструились смерчи из снега, а этот дед с рогами начал светиться каким-то голубоватым, мертвенным светом. Он принялся размахивать руками, что-то бормотать, его глаза вспыхнули синим и… в общем, он меня увидел. Заревел, как тираннозавр… Ах да, я забыл сказать, что в этот раз у него в руках был посох с черепушкой на конце. Когда появилось то свечение, череп тоже засветился, но зелёным. А когда этот дед меня увидел, тут же заорал и ударил этим посохом по плитам так, что они раскололись. Его прислужники перепугались и кинулись врассыпную, а сверху ударила молния. Почти в меня, но я с испугу шарахнулся в сторону и бросился бежать. Какое-то время я слышал позади топот ног, но потом всё стихло, и снова послышались голоса, затянувшие этот дьявольский хорал. В общем, в этот раз я со всей ответственностью заявляю, что это магия, причём, довольно мощная.

— Сильнее твоей? — забеспокоился Марк.

Лис задумчиво посмотрел в потолок.

— Не знаю, может, и нет.

— Но ты с ним справишься?

— Марк, — нахмурился Джин Хо, — надеюсь, ты не думаешь, что я буду с ним биться, швыряясь молниями? Я — лисичка, моя сила — это коварство и удары исподтишка. Я понял, что он умеет и в чём источник его магии…

— У него есть артефакт? Тот посох с черепом?

— Нет, это лишь инструмент. Его сила проистекает из природной стихии, как и моя. С одной стороны, это обильный источник энергии, а с другой, если перекрыть канал, то он будет не намного опаснее любого другого деда с бородой.

— И ты знаешь, как его перекрыть?

— Пока нет, — беспечно пожал плечами лис. — Но я буду думать.

— То есть до того, как ты придумаешь, он может создать нам проблемы?

— Ага, по меньшей мере, испепелить на месте, если над головой будут грозовые тучи. Тебя это беспокоит?

— А тебя нет? Он же тебя увидел!

— Он увидел маленькую летнюю лисичку, слегка облезлую и серенькую. С тощим хвостиком. Никому и в голову не придёт, что она — это я, такой высокий и красивый.

— И рыжий, — наконец, усмехнулся Марк.

— Скажу по секрету, я всегда завидовал лисам-огнёвкам!

Третья смерть

Проснувшись, Марк какое-то время лежал в темноте, прислушиваясь и боясь снова услышать отчаянный стук в дверь. Потом он поднялся и зажёг на столе свечу. Было тихо. Он понятия не имел, наступило ли тёмное утро или ещё ночь. Спать больше не хотелось, и он присел к столу. Ему снова вспомнились слова Клемана, что здесь теперь каждую ночь кого-то убивают. Он надеялся, что в этот раз ничего такого не случилось, по крайней мере, пока никто не принёс ему эту страшную весть.

Потом явился Эдам, замёрзший и слегка напуганный. Марк вдруг подумал, что в этом замке для парня просто пройти из казармы в донжон по крепостной стене, чтоб принести сеньору воду для умывания, является подвигом. Но вдвоём, наверно, было не так страшно, потому что вслед за алкорцем, торжественно несущим кувшин и полотенце, плелся