внешним его слоем, возникшим от погружения в ритм ритуала, все равно теплилось и никак не желало исчезать скрытое волнение. Утешив себя простеньким объяснением, что все дело в отдаленности Жиотоважа от Лоуленда и непривычной обстановке, Ижена завершила танец вечернего приветствия, распростершись на полу, вернее, на ковре гостиной, и невольно подумала, что даже для разгоряченного тела мягкий ворс куда приятнее холодного камня.

Прочитав мысленно ритуальную фразу прощания, Ижена встала и позвала Кару – свою храмовую служанку, которая без возражений последовала за жрицей в далекий и страшный Лоуленд. Пусть Кара была не очень умной и довольно пухлой, кое-кто назвал бы женщину откровенно толстой, но ее добросовестность, умение замечательно быстро расчесывать густые волосы и масса других бытовых достоинств с лихвой покрывали все недостатки. Тихая, ненавязчивая, преданная, возникающая только там, где в ней нуждались, послушница Кара с отроческих лет по сию пору была на хорошем счету в храме Кристалла. Она относилась к юной жрице, как к религиозной святыне, баловала ее и старалась всячески угождать. Любая другая девушка на месте Ижены давно превратилась бы в стопроцентную эгоистку, но Ижи, хоть и принимала заботу Кары как должное, обращалась с ней, словно с доброй подругой, поверяла служанке все свои мысли.

Повернувшись боком, Кара молча протиснулась в гостиную и, усадив Ижену в кресло, принялась за дело. Ее пухлые руки с поразительным проворством порхали по волосам девушки, разбирая и расплетая многочисленные косички, аккуратно проводили по прядям гребнем, кропотливо и ласково, не выдернув ненароком ни одного волоска, выбирали ритуальные нитки с цветными бусинками-кристаллами и складывали их в ларчик.

Ежевечерняя и столь же привычная, как танец, процедура не отвлекала Ижену от упрямо вертящихся в хорошенькой головке мыслей и чувств, переполняющих все ее юное существо. Слегка улегшиеся во время танца, они быстро вернулись на прежнее место. Пока добрая Кара причесывала жрицу, Ижи, мечтательно прикрыв глаза, делилась со служанкой своими переживаниями:

– Кара, если бы ты его только видела! Он такой, такой… Самый красивый, самый лучший. У него удивительно ясные голубые глаза, как небо, а волосы, мне так хочется их потрогать, с виду просто золотой шелк. Думать о нем так сладко, прямо сердце замирает, а все внутри словно дрожит! Я влюбилась! Я совершенно точно влюбилась! Он такой красавчик, просто глаз не отвести! Ах! Принц Джей! Кара, скажи, а я красивая?

– Очень, моя звездочка, – басовито прогудела Кара, продолжая расчесывать девушку. – Ты чудо как хороша!

– Но он принц Лоуленда, он бог. А что, если он на меня даже смотреть не захочет? – опечалилась Ижена.

– А ты – жрица Кристалла Авитрегона! – таким тоном, что сразу становилось понятно, кто для Кары стоит выше на социальной лестнице, ответила служанка.

– Но имеет ли это для него хоть какое-то значение? – снова принялась терзаться Ижена. – Что же мне делать, Кара? Как дать ему понять, что я его люблю? Нет, нет, не возражай, я совершенно точно знаю, что я его люблю! Я хочу завоевать его любовь! Что мне делать? Кара?!

Добросовестная и очень сочувствующая юной жрице служанка напрягла свои немногочисленные извилины и посоветовала:

– Я не слишком разбираюсь в любовных делах, тебе бы с варой Магжей поговорить. Уж она такая опытная и умная женщина!

– Да, точно! – Ижена радостно захлопала в ладоши. – Я сейчас же пойду к Магже, надеюсь, она еще не спит, и спрошу, как мне быть!

– И правда, ступай, волосы я тебе уже расчесала, – прогудела Кара и отступила на пару шагов, чтобы полюбоваться делом своих рук. Густые блестящие волосы Ижены, прямые от природы, но вьющиеся мелким бесом от частого заплетания в полусотню косичек, служанка собрала в пару мягких кос, только чтобы ночью не запутались. – Послушаешь Магжу и спокойно ляжешь спать.

– Спасибо, Карочка. – Ижена быстро чмокнула толстуху в гладкое яблочко щеки и, подхватившись с кресла, полетела к двери.

– Магжа тут? – через десять секунд уже требовательно спрашивала жрица, нетерпеливо приплясывая у двери в комнаты вары. Ижене казалось, что она больше не может терпеть ни секундочки, что она должна сию минуту поговорить со старшей подругой и услышать совет, а не то внутри у нее порвется какая-то струнка.

Горничная Магжи – высоченная, но худая, как палка, Ларка, ответила, почему-то отведя глаза в сторону:

– Нет.

– А где она? – удивилась Ижена, захлопав глазами.

– Пошла погулять, – покраснев, ответила женщина, пытаясь загородить своим телом путь в прихожую. Но Ларке было далеко до габаритов Кары и получалось плохо.

В этот момент из-за неплотно прикрытой двери в гостиную донеслись взрыв довольного женского смеха и раскаты мужского.

– Ночью? Ты меня обманываешь! – возмутилась жрица, узнав голос Магжи, и юркой змейкой скользнула мимо нерасторопной Ларки внутрь. Приоткрыв тяжелую створку двойной двери в комнату, Ижена на несколько секунд застыла на месте.

Абсолютно голая вара Магжа висела, довольно болтая босыми ногами, в объятиях мускулистого полуобнаженного мужчины, в котором Ижена с некоторым трудом (из-за отсутствия короны, мантии и официального выражения лица) узнала короля Лимбера. Понимая, что в такой ситуации Магжа совершенно не будет расположена к беседе и умным советам, Ижена вспыхнула, как огнецвет, и поспешно прикрыла дверь, благо, что парочка, увлеченная друг другом, не обратила на нее никакого внимания.

– Извини, Ларка, – вздохнула поникшая жрица, не зная, куда деваться от неловкости, и вышла.

Чувствовавшая себя не более уютно, чем Ижена, молчаливая и красная, как помидор, Ларка заперла за девушкой дверь. В замковом коридоре было почти пусто. Три стражника, оставленные на посту у покоев посольства Фаржем, уже успели сообразить, что выполняют чисто декоративную функцию, поскольку для могущественного Лоуленда силы провинциалов оказались ничтожными. А поскольку ночью, полагали парни, никто любоваться на них не придет, то можно позволить себе немного расслабиться. Уставшая от дневных забот и тревог не меньше других троица клевала носом на стульях у стены. При появлении жрицы они попытались в очередной раз встрепенуться. Девушка глянула на сонных мужчин и небрежно велела:

– Идите спать, властью жрицы я снимаю ночной пост. В замке Лоуленда нам не грозит опасность.

Приказ жрицы отменял команду Фаржа, данную для проформы. Обрадованные стражники получили из рук девушки благословение Кристалла и поспешно скрылись в комнатах, отведенных им под временное пристанище. Оставшись в одиночестве, Ижена остановилась, чтобы без помех обдумать увиденное. Значит, варе Магже понравился король и она уже успела добиться от него взаимности. Как же это у нее так быстро получилось? Они же только-только познакомились? Может быть, в таких делах и полагается действовать быстро? Говорят, в Лоуленде очень вольные нравы. Но как действовать? Не было ли ответом на этот вопрос то, что сейчас случайно