летает или ползает по стенам. Она пришла не за тобой, а за мной, но не смогла прорваться сквозь заклятие.

— Он хочет тебя убить? — забеспокоился Марк.

— Скорее всего, он понял, что я не так прост и могу представлять для него угрозу, но явно меня недооценивает. Может, он решил, что я тоже колдун у тебя на жаловании или твой фамильяр. Вряд ли он понял, что я демон, иначе поостерёгся бы привлекать к себе моё внимание.

Марк хотел съязвить насчёт лисьего самомнения, но потом вспомнил, как тот устроил бурю, чтоб сорвать охоту в Рошамбо, и воздержался от колких замечаний. Внешность и игривость его друга были обманчивы, он и в самом деле мог быть очень опасным, потому хоть этот жутковатый старик и тревожил Марка своим присутствием где-то неподалёку, он немного успокоился на сей счёт.

Вспомнив о колдуне, он решил осмотреть то святилище, о котором упоминал лис, и попросил проводить его туда. Они долго шли по запутанному лабиринту комнат, залов и коридоров. Марк со смятением думал о том, как же велик этот затерянный в горах замок. Несмотря на то, что во дворе и на нижних этажах он видел много слуг, сейчас на их пути не встретилось ни одного человека. Их обступала тишина, едва горящие в маленьких лампах огоньки с трудом разгоняли тьму, вокруг метались тени, норовя проскользнуть к самому лицу и заглянуть в глаза. Увидев на стене догорающий факел, Марк не удержался и взял его с собой. Теперь, по крайней мере, он мог рассмотреть, куда ступает, да и вообще, живое пламя вселяло в него уверенность.

Откуда-то потянуло холодом и, пройдя по мрачной галерее, они вышли в то самое святилище. Марк, вспоминая рассказ Джин Хо, уже представлял себе это довольно мрачное место, но действительность превзошла все его ожидания. Тут было поистине жутко! В темноте виднелись едва различимые колонны, напоминающие рёбра древнего чудовища. Крыша непонятно как держалась на сломанной пополам балке, грозившей в любой момент обрушиться на голову. Сквозь щели виднелось тёмное небо, затянутое странно подсвеченными низкими тучами, а по сторонам угадывалось глубокое пустое и ледяное пространство, бескрайняя тьма и чёрная масса зловещих гор. Ветер, налетающий со всех сторон, завывал подобно призраку, и казалось, что он изрыгает своим шипящим языком древние проклятия.

Пройдя по расколотым плитам до массивного каменного алтаря, Марк осмотрел его при беспомощно бьющемся огне факела, который в любой момент мог погаснуть под порывами леденящего воздуха. Поверхность серого камня была покрыта темной массой, от которой исходил тошнотворный запах гниющей плоти. Под ногами шелестели охапки засохших трав, примешивая к ветру пряный аромат, вызывавший странное возбуждение, похожее на страх. И Марк вдруг понял, о каком запахе смерти говорил лис прошлым вечером.

По сторонам поблёскивали медными рёбрами совсем новые светильники на массивных опорах. Стёкла загадочно мерцали, покрытые мелкими каплями влаги, и казалось, что это слёзы неупокоенных душ, кружащихся среди чёрных щупалец снующих вокруг теней.

Ему захотелось поскорее уйти отсюда и, повернувшись, он заторопился назад и неожиданно замер, не решаясь ступить на плиты. На полу святилища бледным, мертвенным светом проступали странные знаки, которые словно затягивали взгляд, и ему на миг показалось, что он падает в какую-то бездну без дна.

Негромкий голос Джин Хо, пробившийся сквозь вой ветра, вернул его к реальности.

— Не смотри вниз, смотри вперёд, — проговорил лис, хмуро осматриваясь по сторонам. — Зря мы пришли сюда в самый тёмный час ночи. Недоброе время. Давай вернёмся.

Когда они снова оказались в галерее, факел всё-таки погас, и Марк остановился в нерешительности, но тут же почувствовал, как лис взял его за руку и потянул за собой. Он отлично видел в темноте, и Марк доверился ему, следуя, как слепец за надёжным поводырём. Впереди показался огонёк фонарика на стене, и дальше он уже мог идти сам.

— Чего молчишь? — обеспокоенно спросил Джин Хо, покосившись на него. — Тебе что-то привиделось?

— Нет, просто там действительно жутко, — ответил Марк. — Что же это за замок, если здесь есть такое место?

— Замок как замок, — проворчал лис. — Дикие места, суеверные люди, беспринципный колдун. Всё, как в страшной сказке.

— Давай найдём кого-нибудь, — Марк остановилсяи вставил в кольцо на стене погасший факел.

— Давай, делать всё равно нечего.

Они снова пошли по каменному лабиринту. Со временем стало светлее и уже не так промозгло. А потом начались помещения, имевшие вполне жилой вид.

— Нам туда, — сообщил лис, сворачивая в широкий сводчатый коридор. — Я слышу голоса и звон оружия.

Марка его слова встревожили, и он невольно поправил меч на перевязи. Вскоре и он услышал крики, а потом и звон мечей. Наконец они вышли на галерею, опоясывающую квадратный зал. Возле перил в кресле, закутавшись в лохматую шубу, сидел граф Эмберлейн. Рядом с ним разместился барон Меридок. Остальные рыцари стояли, облокотившись на высокую балюстраду, и смотрели вниз, откуда и доносились эти звуки, отдававшиеся эхом под высоким потолком. Подойдя ближе, Марк посмотрел вниз и увидел бьющихся на мечах воинов. Свирепо рыча, они бросались друг на друга, и это совсем не напоминало тренировку или дружеское состязание. Неприятную догадку подтвердил предсмертный вопль одного из них, пронзённого мечом. Его противник не успел высвободить засевший в плоти убитого меч и получил удар клинком по шее.

— Весело тут у них, — неодобрительно проворчал лис.

Между тем смертельная схватка внизу продолжалась, и каждая новая рана вызывала одобрительный смех графа Эмберлейна. Он покрикивал на воинов, требуя новых смертей. Марк разглядел в полумраке под галереей Ламбера, стоявшего рядом с комендантом Аморисом. Тот был бледен и зол, и Марк разделял его чувства. Он перевёл взгляд на Абланкура и Берена. Эти двое, похоже, были потрясены такой бессмысленной жестокостью, да и де Валон, хоть и не выглядел обескураженным, явно не был любителем подобных кровавых развлечений.

Наконец, схватка внизу завершилась, и в центре зала, среди лежащих окровавленных тел, на ногах остался только один воин. Он слегка покачивался, озираясь вокруг, его одежда была покрыта кровью, а на плече темнела глубокая рана.

— Молодец, Жерард! — Эмберлейн захлопал в ладоши, радостно смеясь. — Ты настоящий вепрь! Вот твоя награда!

Сдёрнув с руки перстень, он бросил его вниз, и едва живой Жерард рухнул на колени и принялся ползать в крови, ища свой приз. Это зрелище было Марку столь неприятно, что он отвёл глаза