так может быть и с нашими пациентами, они активируются с совершенно чистыми информационными ресурсами.

– И что делать?

– Только одно: по мере пробуждения закачивать информацию о работе всех систем организма, а потом инсталлировать в сознание ту копию, которую они предусмотрительно сняли.

– Да, записи сознаний у меня, но, Андрей, это только идея, где гарантия, что она верна?

– Есть только один способ проверить – испытать на практике, на одном из пациентов, и в случае удачи применить ко всем.

– А другие способы есть?

– Конечно, но тоже нужно пробовать, дело непростое, а как я понимаю, время поджимает только у одного пациента, маршала Свела?

– Да, времени в обрез, он председатель Межгалактического союза, и над ним проводить эксперимент небезопасно, союз может остаться без главы.

– Такой вариант возможен. Ну что же, я в лабораторию к местным эскулапам, подумаем, с кого начать. Больше, надеюсь, запретов нет?

– Нет, Свел был бы против того, что мы сейчас решили.

– А мы ему не скажем…

– Пожалуй.

– Ну ладно, я наведаюсь к жене, а потом за работу, ты не возражаешь, отец?

– Не ерничай, иди уже.

Андрей попрощался и пошел к лифту. Альбина тоже отправилась по своим делам, а Светлов, вздохнув, пошел в свой президентский лифт. Должность его стала тяготить, пришло ощущение, что скоро придется ее покинуть.

Как только Андрей появился в кабинете Леи, она бросилась ему на шею.

– Почему не предупредил? Я бы тебя встретила.

– Прости, спонтанно собрались, да и тебя не хотел отрывать от дел.

– У меня главное дело – ты, все остальное потом. Я закончила, сегодня никакой работы, пошли домой.

На Андрея пахнуло теплом родного очага, хоть они и были кибдиго второго поколения, но человеческого в них осталось очень много, в том числе и элементарная чувственность. В этот вечер их никто не беспокоил, но весть о том, что вернулся Андрей Светлов с прототипом излучателя, вмиг облетела планету. Утро началось с приглашения к президенту на совещание, Лею тоже пригласили.

Когда вошли в приемную, там уже находились Кораблев, Мар, Дачаев и Северов. Горячо встретились, начались расспросы, но тут секретарь пригласил всех в кабинет президента, расселись, и началось совещание.

– Господа, приветствую вас, в последнее время у нас только хорошие новости. Вернулся Андрей с прототипом установки. Расскажи нам, как она работает, насколько надежна, какое время можно находиться с ней вне планеты.

Андрей рассказывал, не торопясь, об установке, ее параметрах и приблизительных рабочих характеристиках.

– Как и в любом другом деле, нужны испытания вдали от планеты, только практическим путем можно узнать недостатки и доработать установку. Нам удалось создать конгломерат полей, влияющих на нанороботов или подпитывающих их. Вот, в общем-то, и все по этой теме.

Посыпались вопросы, на которые он отвечал обстоятельно и неторопливо. Эта часть совещания заняла пару часов, достаточно много, потому что вопрос животрепещущий и касающийся каждого. Когда наконец поток вопросов иссяк, президент продолжил совещание.

– А теперь, господа, вопрос не менее важный. Наши товарищи, которые находятся в состоянии гибернации… нужно решать, что делать. Прошло достаточно времени, нанороботы напитались излучением планеты. Необходимо определиться, по какому пути пойти – приступить к активации или есть другие предложения?

Наступило ожидаемое молчание. Тут присутствовали еще и два руководителя от медицины, один – специалист по человеческим болезням, а второй, которого назначил сам президент, – главный врач по «лечению» кибдиго. Но говорить начали не они, а Андрей.

– Прошу простить, если позволите, то скажу несколько слов по этому вопросу, потому как мне и моей научной группе пришлось полностью погрузиться в процессы, проходящие в наших организмах и сознании, – возражений не было, и он продолжил. – Как вы знаете, все мы являемся совершенными копиями людей…

Его недовольно перебили:

– Как копиями? – Андрей сделал паузу, не стал ввязывать в спор и продолжил.

– Так вот, нравится вам или нет, совершенными, но копиями, потому что нанороботы скопировали каждую клеточку, каждый атом и электрон. Часть энергии поступает с привычной пищей, часть – от звезды и часть – от ядра планеты. Теперь главный вопрос: что случится, когда нанороботы перестанут получать главную энергию, энергию ядра, к чему это приведет? Вариантов два. Первый – к распаду и прекращению работы нанороботов, проще говоря, к смерти. И второй вариант: наноробот, лишенный энергии, обнуляется, теряет всю информацию, но не погибает… – и снова Андрея перебили.

– Второй вариант – тоже смерть.

– Не скажите, вот посмотрите запись, что стало с образцами, которые взяли у наших пациентов, – и он показал им быстрое деление нанороботов и истончение стенок контейнера.

– И что вы сделали?

– В такой ситуации любой избавился бы от такой опасности, так поступил и я, отправив образцы за борт.

– Они же там сгорели?

– Конечно, а вы предлагаете, чтобы они скушали всю станцию вместе с нами и потом все равно сгорели?

Ответа не последовало.

– Я долго размышлял над случившимся и понял, нанороботы сбросили информацию и обнулились, когда вновь появилась энергия, у них отсутствовал алгоритм действий, и они стали неконтролируемо делиться за счет всего, что попадалось. Вот так обстоят дела, но, возможно, я не прав.

Поднялся Цветков.

– Наши приборы фиксируют именно то, что вы сейчас рассказали, нанороботы начинают активизироваться, но в них нет первичной информации по работе, они не знают, что должны делать. Сейчас процесс сдерживает низкая температура, но скоро они наберутся достаточно энергии и преодолеют этот барьер, нужно что-то срочно делать, иначе мы их всех потеряем.

– Господа, совещаться времени нет, нам с Цветковым нужно срочно спасать товарищей.

– Как спасать? – задал вопрос президент.

– Будем программировать все группы нанороботов, а потом инсталлируем запись сознания, которое у нас есть. Своего рода реинкарнация, другого пути нет, как и времени.

– Хорошо, работайте. Удачи вам.

Светлов с Цветковым отправились сразу в отсек, где располагались камеры гибернации. Когда вошли туда в специальных термокостюмах, увидели ряды капсул, покрытых инеем, мигали контрольные огоньки, говорящие о том, что камеры работают. Они медленно обошли их.

– Пока внешних изменений нет.

– Петр Иванович, изменения происходят резко и лавинообразно, сейчас еще не наступил предел энергетического насыщения, нанороботы уже работоспособны, но для деления энергии недостаточно. Нужно торопиться, иначе будет поздно, работать придется со всеми пациентами одновременно. Персонала хватит?

– Нет, на всех пациентов не хватит, информацию вводить придется вручную, даже с нашей машинной скоростью работы много.

– Согласен, я приглашу свою научную группу, они помогут, хорошие специалисты и в теме.

– Буду только благодарен.

Андрей связался с Альбиной и попросил переговорить с группой ученых о работе с пациентами, находящимися в гибернации. Приказ