– Думаю, он переживает за всех нас, – попробовала она вступиться за Тэрона. – Знаешь, мой папа, ну, мой человеческий папа, он, когда волнуется, то всегда повышает голос. Особенно, если брат или сёстры играют с огнём или занимаются ещё чем-нибудь опасным. Этот портал трудно открывать?

– Не слишком, мы с тобой справимся, – подмигнул ей Велиор. – Так ты готова к прогулке?

– Ну, я не уверена, – прошептала Лиза, глядя в его ясные глаза. – Опять тебе из-за меня достанется, да?

– Нет, всё будет в порядке, – уверенно ответил он и сложил руки на груди с лёгкой улыбкой.

– Хорошо, – сдалась Лиза и быстрым ветерком заметалась по комнате. Подобрала волосы, накинула поверх платья накидку от школьной мантии, зашнуровала ботиночки.

Ей, совсем неопытной в таких делах, как прогулки с мужчинами, казалось невежливым, что она заставляет его ждать. К тому же, внутри болезненно пульсировали в отчаянии брошенные им слова о той девушке, Доннии. Неужели родной отец Велиора настолько коварен, что мог обманом и чёрной магией увести невесту у собственного сына?

Что же тогда представляет из себя Гаэлас? Что, если он такой же беспринципный колдун и восемнадцать лет назад проделывал то же самое с её родной матерью? Заклинаниями вырывал из юной Сонии слова любви и нежные ласки…

Эльфы из школьных учебников, чёрные угловатые создания со страшными глазами и когтистыми руками, уже не казались Лизе такой уж выдумкой. «Тела и лица эльфов прекрасны, но души их черны, а кровь – проклята», – вспомнила она и посмотрела на Велиора. Он протянул ей руку, и она не смогла удержаться и подала ему свою.

Глава 20.2.

Лёгкий ветерок ласково трепал волосы Лизы и мага, когда они взбирались по каменистой тропинке к небольшому храму, стоящему на возвышении. Это было, пожалуй, самое светлое и открытое место во всём городе. Белые мраморные плитки устилали площадку перед самым входом в Солнечную обитель, на постаменте перед аркой сияла отполированная множеством рук позолоченная табличка с надписями на двух языках. С удивлением девушка оглянулась на Велиора – надписи на языке людей не было.

– «Здесь живёт свет Сулейна, отца всего сущего», – прочитал эльф. – Держу пари, ты удивлена?

– Я думала, солнечный бог един для всех народов, – немного растерявшись, сказала она и погладила украшенные вензелями эльфийские буквы и резкие угловатые росчерки незнакомой ей пока птичьей клинописи. – Разве это не древнее имя Ксая?

– Церковь людей утверждает, что именно так и есть, – тихо сказал Велиор, стоя позади девушки. Незаметно он прикоснулся к её плечам и тепло провёл по ним кончиками пальцев. – Священники Ксая дали добро Солнечным стражам, а после и Ордену на уничтожение тех, кто на людей не похож. Лесных эльфов, что прячутся от света в глубоких норах, сумеречных созданий, что проникают в мир живых, нечестивых магов, что берут силу из междумирья. Ксай огненный бог, и его пламя они считают равным сиянию светила в небесах. Но это не так, Лиза. Солнце одинаково светит всем, кто ходит по земле, так же, как и луна.

– В эльфийских сказках говорилось, что Сулейн отправил в мир живых своего посланника, я помню это, – Лиза обернулась и на мгновение оказалась в невесомых объятиях эльфа. – Но в церковных песнях поётся по-другому. Нас учили, что Ксай и его духи одинаково присутствуют и в огне, и в солнечном свете, потому как солнце – не что иное, как гигантский огненный шар.

– А ещё вас учат, что кровь эльфов проклята, не так ли? – насмешливо спросил Велиор и выпустил плечи девушки. – И что призыв теней или общение с духами нарушают магическое равновесие.

– А разве нет? Ты хочешь сказать, что открытие порталов в междумирье или призыв чудовищ с той стороны завесы не вредит миру живых? – воскликнула Лиза.

– Представь себе, нет, но я не хочу опережать события. Мне уже указали на моё место сегодня, как и на то, что я не имею права вмешиваться в твоё обучение. Подождём начала учебного года и уроков алхимии, там я буду удовлетворять твоё любопытство хоть каждый день.

Она почти физически почувствовала, как в этот момент между ними словно возникла очень тонкая, но непроницаемая преграда. Желая смягчить свой ответ, Велиор протянул было руку, чтобы поправить выбившийся из её поспешной причёски локон, но в последний момент не стал смущать спутницу и спрятал обе руки в карманы учительской мантии.

– И всё-таки, почему? – не хотела сдаваться она. – Пожалуйста, скажи!

– Да потому что и вовсе нет никакого разделения магии на светлую и тёмную, позволительную и запретную, природную и искусственную и так далее, – ответил он, стоя у входа в храм и любуясь изваянием древнего светлого бога Сулейна.

Искусный мастер сумел запечатлеть в неподвижной скульптуре и вечную юность, и мудрость многих веков, и свет жизни, который в виде шара держал в руках мужественный воин-маг, истинный отец Ксая и всех его младших духов.

– А то, что называют тёмным даром? – прошептала девушка.

– Это просто дар, магическая сила, – с усмешкой покачал он головой. – Даже мы, призыватели, переняли эту дурную привычку людей и стали употреблять термины «светлый» и «тёмный», но это только для удобства. По ту сторону Вечных гор, в стране, где я вырос, никто так не говорит.

– Но ведь тёмный маг не может, например, быть целителем, – возразила Лиза.

– А на ёлках, какая досада, не растут яблоки, – поцокал языком несносный маг.

Две девушки-горожанки в пышных платьях, смеясь, положили к ногам Сулейна свежие цветы и, кокетливо оглядываясь на симпатичного эльфа из Академии, упорхнули прочь. Лиза действительно испытывала сейчас досаду от возникшего между ними отчуждения.

– Всё не так, Лизабет, – словно почуяв, что она начинает огорчаться, продолжил Велиор. – Тёмный маг вполне способен стать целителем, нужно только научиться правильному обращению со своим даром. Но куда проще установить границы и действовать внутри них, это очень удобно, особенно, когда учишь юных волшебников. У меня вызывает неподдельный интерес преподавание в других Академиях. Как они умудряются учить по книгам и учебникам, выбросив из них половину страниц? Загадка…

Велиор обошел круглое здание храма и остановился у самого края площадки. Отсюда как на ладони был виден замок графини Агаты, величественное строение