ее руки на лице. Она говорила со мной, но слишком тонким и тихим голосом. Я не понимал. В голове гудело. Я опять был слеп.

— Я… где мой посох? — Я шарил по камням вокруг себя, ушибая пальцы.

Гэвин схватила меня за руки.

— Что с тобой, Тегид? Твой посох пропал.

— Помоги мне встать.

Гэвин позвала Кинфарха, и они вдвоем подняли меня на ноги. Руки болели, словно от непосильного напряжения.

— Слышите? — Кинфарх указывал куда-то вниз. — Они загоняют врага в реку!

— Чума берет свое, — произнес я и коротко рассказал, что было с теми, кто пытался переплыть смертоносную реку. — Посмотри сейчас и скажи мне, что там? Быстро!

— Река убивает их! — ахнула Гэвин.

— Ветер стихает, — сказал Кинфарх. — Шторм выдохся.

— Авен ушел, — сказал я, скорее себе, чем остальным. Схватив Неттлса и Гэвин за руки, я сказал: — Отведите меня вниз. Это важно! И побыстрее!

Мы начали трудный спуск в долину. Кинфарх шел впереди, я держал руку на его плече; Гэвин и Неттлс шли рядом, поддерживая меня, потому что ноги у меня все еще тряслись. К тому времени, как мы достигли долины, множество врагов толпилось на берегу. Они оказались зажаты между нашими воинами и смертоносными водами, и теперь не могли придумать, что им делать. Сотни людей побросали оружие, готовые сдаться. Но были среди них и настоящие воины; эти все еще предпринимали отчаянные и тщетные попытки продолжать сражение.

Мы спешили вперед, переступая через тела несчастных. Большинство из них пали не от оружия, они погибли в давке. Их руки и ноги торчали из земли, как сломанные стебли; у многих даже не было оружия. Это им пришлось испытать на себе основную тяжесть жажды завоеваний Бешеного Пса.

Мы подошли к тому месту, где Лью попал в окружение в начале боя, и остановились. Высокая сухая трава была скользкой, а воздух пропитан тошнотворно-сладким запахом крови. Мы нашли Рода, все еще сжимавшего в руке каринкс, и других наших людей. Все были мертвы.

— Где Лью? Вы его видите?

— По-моему, он у берега, — ответила Гэвин. — Там идет бой.

— Отведите меня туда, — сказал я.

Мы не успели сделать и десяти шагов, как Кинфарх резко остановился.

— Что такое? — нетерпеливо спросил я. — Что ты видишь?

Ответила Гэвин:

— Пыль. Облако пыли над долиной…

Кинфарх прервал ее.

— Всадники!

В тот же момент я почувствовал отдающийся глубоко в земле ритм, словно барабанный бой.

— Мелдрин!

Глава 37. ПОРАЖЕНИЕ

Мелдрин въехал в долину под глухой стук копыт и рев боевого рога. Лошади шли ходко. Внутреннее зрение показало мне Мелдрина с отрядом в пятьсот человек. Он ехал на колеснице в окружении пятидесяти лучших бойцов своей волчьей стаи. Сион Хай ехал рядом с Бешеным Псом. Предателя Паладира я не видел, но не сомневался, что он где-то поблизости.

Они ехали через холмы, чтобы не пересекать реку, и теперь появились на поле боя позади нас. Даже когда наши военачальники развернулись навстречу врагу, они потеряли темп. Враг напал слишком быстро. Времени на то, чтобы выстраивать оборону уже не оставалось; даже перестраивать ряды было уже поздно. Мы проиграли еще до того, как осознали эту новую угрозу.

Но ни Бран, ни Ската не собирались складывать оружие. Кто знает, чем бы все кончилось, будь у них хоть немного времени? Брану удалось спешить троих всадников, а Ската расправилась еще с четырьмя, прежде чем враги поняли, с кем имеют дело.

Но Мелдрин не собирался просто уничтожать нас, он задумал кое-что более интересное. Вместо того чтобы бросить своих воинов в бой, он перестроил их и образовал вокруг нас сплошную стену. Затем он начал медленно, шаг за шагом подталкивать нас к реке. Те, кого мы перед этим выгнали на берег, отступили, и вскоре мы оказались прижаты к мерзкой воде, а напротив себя видели плотный лес копий.

Бран рванулся в перед, к воину, который неосмотрительно подошел слишком близко. Он сдернул его с лошади, взлетел в седло и сначала мне показалось, что он сможет разорвать кольцо. Стая Воронов приготовилась последовать за ним через коридор, который он хотел проложить, но кто-то быстрый подрубил ноги лошади, и животное рухнуло прямо на всадника.

Гэвин, стоявшая рядом со мной, выкрикивала оскорбления, пока вражеские воины высвобождали Брана из-под коня. Лучше бы она поберегла дыхание, поскольку впереди нас ждало еще одно унижение.

Такого стыда Вороны еще не испытывали. Их прижимали к земле копьями, лишали оружия и связывали руки за спиной и друг с другом. В конце концов Бран, Алан, Гаранау, Найл, Дастун и Эмир оказались связаны вместе веревочными удавками на шеях.

С отрядом Кинана поступили так же. Тех, кто сопротивлялся, избивали до потери сознания или подрезали сухожилия на руках, чтобы они не могли поднять меч. А когда таким же образом разделались с Кинаном, взялись за воинов Калбхи и Скаты.

Мелдрин появился не раньше, чем с нашим сопротивлением было покончено. Бешеный Пес выехал вперед и громко вопросил:

— И вот это лучшее, что вы могли выставить против меня? Это и есть ужасное непобедимое воинство могучего Лью?

— Где Лью? — настойчиво прошептала мне на ухо Гэвин. — Я его не вижу.

— Я тоже.

Кинфарх, трясшийся от гнева рядом со мной, сказал:

— Я думаю, он где-то здесь. Но я не вижу больше очагов сопротивления. Почему?

— Тогда я пойду к нему, — сказал я и начал пробиваться туда, куда махнул рукой Кинфарх. Гэвин, сжимая мою руку, шла рядом. Неттлс, слегка подрагивая, тоже двинулся за нами. Но очень скоро гневный крик и наконечник копья, упертый в мою грудь, остановили нас. Дальше дороги не было.

— Ты видишь его? — спросила Гэвин.

— Нет.

Кажется, Мелдрина тоже интересовал этот вопрос, потому что он взревел

— Ллев! Где ты там прячешься? Иди сюда, если не боишься. Я пришел за тобой, Ллев. Вот как ты принимаешь своего короля?

Лью ответил из толпы.

— Я здесь, Мелдрин.

— Выходи так, чтобы я мог на тебя взглянуть, — крикнул Мелдрин. — Сейчас-то какой смысл прятаться, калека? Мне что, убивать всех этих людей по одному, чтобы до тебя добраться?

Я услышал, как начали ругаться воины,