на бывших коллег у него, наверняка, чесотка. Поди, разговори такого, да еще без мало-мальски приличного плана.

— Слав, ты где? — одергивал Волкова Ваня Антонов, когда шашлык в очередной раз принимался нещадно гореть.

— Здесь-здесь, — рассеянно успокаивал тот.

— Как Приятель поживает?

— Отлично, Вань, ждет сезона.

В воскресенье, с утра пораньше, Волков отправился в «Москву азиатскую». Сюда не водят экскурсии, а место весьма примечательное. Представьте, вы оставляете авто на оживленной трассе, на окраине современного мегаполиса и позволяете себя увлечь неброскими указателями: «овощебаза», «шиномонтаж», «автосервис», вы думаете о своих делах и не замечаете, что прошли всего сотню метров, но от столицы вашей родины не осталось и следа. Вывески на кривеньких благовонных магазинчиках-складах сначала дублируются непонятными иероглифами, а затем и вовсе на них переходят. Людей, одевающихся и говорящих весьма отлично от того, что вы привыкли считать нормой, становится все больше. И вот уже не они, а вы смотритесь здесь странно и чужеродно. Вы неуверенно шагаете, что-то выглядывая впереди, а они — дома, они едят, пьют, неспешно курят кальяны, разговаривая между собой. Даже остатков грязного снега, которого еще полно в городе, здесь почему-то нет.

Волков нисколько не сомневался и угадал. Лаврик дневал и ночевал в своем автосалоне, в этом мирке, где он был локальным божеством. И найти его среди описанной экзотики не составило труда. Первый же местный, к которому вновьприбывший обратился с вежливым вопросом, уверенно ткнул в сторону располагавшейся за кладбищем необъятной серой двухэтажной постройки неопределенного назначения, обнесенной таким же серым бетонным забором без конца и края, по верху снабженным, ко всему, колючкой.

Следователь подавил в себе внезапное желание оказаться сейчас на людной какой-нибудь Большой или Малой Никитской и отправился туда, куда ему было указано. Охранник в будке не дремал, но потенциального покупателя пропустил. За забором, как и предполагалось, жались друг к другу автомобили разнообразных цветов и марок, снабженные листками с ценником и необходимой информацией.

Волков с интересом отметил стоящую особняком скромную стайку мотоциклов. В связи с ранним часом, посетителей было мало, поэтому к нему навстречу практически сразу поспешил местный сотрудник:

— Что-то подбираем? Давайте сориентирую, помогу? Мотоциклами интересуетесь?

— Интересуюсь. Но сюда я приехал к Вадиму. Лаврику.

— Конечно-конечно, давайте я вас провожу.

Продавец кивнул, приглашая пойти за собой. Они прошли сквозь ряды автомобилей к зданию. На первом этаже невзрачной постройки, в тепле, также были выставлены продающиеся железные кони только классом повыше. На второй этаж вела неприметная лестница.

— Сюда, — указал сопровождающий и немедленно ретировался, убедившись, что передал гостя с рук на руки.

Из-за компьютерного столика, оторвавшись от экрана ноутбука, навстречу Волкову поднялся крепкий мужчина в строгом костюме при галстуке.

— Вы к Вадиму Леонидовичу?

— К нему.

— Договаривались о встрече?

— Э-э. Вобщем, нет. Но я очень надеюсь, что Вадим Леонидович выкроит для меня немного времени.

Следователь продемонстрировал служебное удостоверение, которое не произвело на мужчину никакого впечатления.

— Присядьте. Хозяин занят. Я сообщу о вас, как только он освободится. Ни один из доброго десятка стульев, стоящих вдоль стены Волкова не привлек. Он обвел взглядом мрачноватое помещение, в котором пары выхлопных газов перемешивались с запахом мужской парфюмерной воды, прикидывая, стоит ли настаивать, или впрямь, подождать. Однако, прерывая его размышления, сейчас же дверь, перед которой располагался стол условного секретаря, распахнулась. Из-за нее стремительно вышла элегантно одетая, подтянутая и красивая женщина.

— Вернись, Людмила. Я не то хотел сказать. Конечно, я сделаю все, что в моих силах, — за женщиной показался невысокий поджарый мужчина лет пятидесяти в джинсах и свободной футболке под короткой кожаной курткой.

Женщина неопределенно-возмущенно взмахнула рукой и, вскинув на плечо сумочку, направилась к лестнице:

— Оставь. Да. Это моя проблема, и я сама ее решу.

— Вадим Леонидович, — быстро заговорил секретарь, подтверждая волковскую догадку, — к вам посетитель. Это следователь.

— Воскресенье же, а? — возмутился Лаврик по-простому. — Проходи, следователь. Принеси кофе, Гриш.

Он пропустил Волкова в свой просторный кабинет, вошел сам, а секретарь закрыл за ними дверь. Несколько минут понадобилось посетителю, чтобы оглядеться. Хозяин кабинета, очевидно довольный произведенным эффектом, не спешил начинать разговор.

Где-то вдалеке, у плотно завешанных окон располагался стол, перед которым, на противоположной стене висела гигантских размеров плазменная панель. Рядом стоял большой угловой диван с просторным кофе-столиком. По стенам развешаны постеры и плакаты с изображением мототехники и моментов гонок, портреты мужчин в шлемах; в стеклянных витринах по периметру помещения разложены коллекционные модели мотоциклов и всякие связанные с этой темой предметы. По середине же, Волков с восхищением увидел до блеска натертый «мотоцикл РРРР».

— Ну, ничего себе, — выдохнул Волков, любуясь на совершенное чудо техники. — Это же,! Класс!

— Ага, — самодовольно заулыбался Лаврик, — из Японии привез, с выставки.

— Как же он, должно быть, летает?

— Признаться, не пробовал. Приучаю пока к нашему климату. Может, в мае выберемся.

— Надо ночью, когда дороги пустые…

— Ночью и планирую.

Тут Волков встретился, наконец, взглядом с Лавриком и вспомнил, что явился не на экскурсию. В кабинет вошел Гриша и поставил на стол поднос с ароматным черным кофе. Вот так, ни сахара, ни сливок, очевидно, на вкус хозяина.

— Я, да, по делу, — он тряхнул головой, прогоняя мотоциклетное наваждение, положил на столик удостоверение, — следователь Волков, следственная часть южного. Вы — Вадим Леонидович?

— Он самый. Чем могу быть полезен? — раскрыл и вернул удостоверение Лаврик.

— Убили моего товарища. Прокуратура расследует уголовное дело. Я пытаюсь разобраться. Параллельно.

— Вот что. — Посерьезнел Лаврик, усаживаясь за стол и жестом приглашая гостя последовать его примеру. — И как звали вашего товарища?

— Константин Сомов.

Лаврик удивленно вскинул брови, затем нахмурился.

— Вы ведь были знакомы?

На некоторое время повисло молчание. Хозяин кабинета, неторопясь, раздумывал, периодически с любопытством поглядывая на сидящего напротив мужчину. Кофе безнадежно стыл.

— Костю Сомова убили. А убийцу не нашли, — наконец резюмировал свои мысли Лаврик.

Говорил он медленно. Чаще всего Волкова раздражала манера собеседника тянуть слова и предложения, делая между ними солидные паузы, однако, сейчас это звучало естественно, даже располагало к сидящему напротив.

— Да.

— Вопросы, почему вы пришли ко мне, и чем я могу помочь, опустим, также, как «вызывайте повесткой» и «не буду разговаривать без юриста».

— И отлично. Я здесь неофициально, слать повестки нет не желания, ни правомочий. Можете прогнать.

— Зачем? Я человек общительный. Ко мне много людей приходит. Кому работа нужна, кому деньги, а кому — поговорить. Кофе, — вдруг вспомнил Лаврик.

Подумав еще, пока они пили поостывший напиток, Вадим Леонидович выдал:

— Сомов был хороший мальчик. Порядочный. Молодой совсем еще, когда несколько лет назад меня его руководство