– Скорее, альбинос, – кивнула Майя. – Такого один раз увидишь и уже не забудешь. Очень необычная внешность. Ксандр Прах представил его Марухом. Сказал, что он богат и путешествует ради острых впечатлений. Собирается писать книгу.

– И сделать тебя главной героиней! – весело напомнил начальник, уже дважды до этого слушавший Майин рассказ.

Она с досадой и раздражением посмотрела на маграна Остерса. Тот не выдержал и усмехнулся:

– Прости, не каждый день от тебя можно услышать подобное.

– Про книгу сказал Ксандр Прах, – возмутилась Майя.

– Которого нет в наших базах, – парировал начальник, принимаясь задумчиво постукивать пальцами по столу. – Итак, что мы имеем?

– Проблемы, – буркнула Майя.

– Да уж, – согласился начальник. – Но ничего, разберемся. Не провалились же твои писатели сквозь землю?

– Они не мои, – заметила Майя. – И писатель там только блондин. Второй сказал, что является его телохранителем и помощником. И вел себя очень нагло.

– Если мы их не найдем, всех собак повесят на вас с Кирой, – хмуро сообщил начальник. – Составь фотопортрет как можно скорее и вели разослать по всем отделениям. Пусть патрульные опросят прохожих. Время дорого.

– Есть, – кивнула Майя, поднимаясь. – Разрешите идти?

Магран Остерс махнул рукой, продолжая хмуро смотреть на лежащий на столе отчет. Там сообщалось, что в двадцать два часа тринадцать минут в городе зафиксировано три вспышки, опасность которых росла слишком быстро. А в двадцать три часа три минуты все резко прекратилось. Нечисть, явившаяся в Гарюст, буквально растворилась на глазах шокированных полисмагов и гражданских. Из деталей известно только одно: все свидетели происшествия ощутили сильный холод за пару секунд до спасения. Будто их резко погрузили в морозильник, а затем вынули оттуда.

– Что ты такое? – пробормотал магран Остерс, совершенно не представляя, кто и как мог применить оружие подобной мощи, но отлично понимая: скоро начальство спросит с него по полной. И тогда неизбежно всплывет имя Киры Тисс, ведь только она обладала гением, способным сотворить нечто подобное…

Майя тем временем зашла в каморку художников отдела расследований. Так дело должно ускориться. Одному Майя описывала того, кто представился Ксандром Прахом. Второму – Маруха. Кроме того, в помещение втиснулся еще один сотрудник для фиксации показаний о внешности неизвестных в дела, заведенные этой ночью.

– Определитесь, пожалуйста, с носом, – попросил Майю художник, рисовавший Праха. – Вы говорили, он был прямой, но с горбинкой. И закругленным кончиком?

– Как у орла, – кивнула Майя, припоминая Ксандра. – Короткий и с горбинкой, да.

С блондином было проще, в памяти девушки-полисмага отлично запечатлелись его тонкие, изящные черты лица, а вот с брюнетом вышло иначе. Стоило попытаться воссоздать его образ в голове, возникали странные ассоциации: запах цитруса и хвои, красивая нахальная улыбка, красные искры в глазах, кудри у смуглого лица и… ощущение горячих сильных рук на пояснице.

Майя не могла четко вспомнить лицо Ксандра Праха! Ее подводили сотни навязчивых эмоций, накатывающих помимо воли. В основном это было раздражение. Как она могла не запомнить лица столь опасного мужчины?! Почему не контролировала эмоции рядом с ним?!

– Орлиный нос, значит? – промямлил художник, снова стирая нарисованный прежде. И показал набросок: – Так?

Майя поморщилась, глядя на альбомный лист, с которого ухмылялся кудрявый тип с практически протертой дыркой вместо носа.

Второй художник развернул к ней портрет Маруха.

Майя радостно захлопала:

– Это он! Писатель! Вы отлично справились с задачей.

– А второй турист? – с досадой спросил явно уязвленной художник, рисовавший Ксандра.

– Ну, пусть будет так, – вздохнула она. – Укажите в ориентировке, что этот тип сопровождает блондина. Обращать внимание нужно в первую очередь на Маруха.

– Как скажете, – кисло ответил специалист, передавая свой набросок в работу.

Поблагодарив сотрудников, Майя ушла на свой пост. До конца дежурства осталось еще несколько часов…

* * *

Утро выдалось пасмурным и промозглым. Впрочем, погода полностью соответствовала настроению Майи, быстро возвращавшейся домой. Дежурство закончилось, но, увы, совершенно закономерно, что за ночь никто не опознал «туристов», уничтоживших несколько различных тварей в радиусе нескольких кварталов. Даже подомовой обход с фотопортретами не помог. А маграну Остерсу в полдень на доклад к руководству управления идти. Все это не могло радовать.

Но у дома стало еще хуже. Майю встретила соседка: госпожа Ардари стояла у подъезда, грозно уперев руки в боки, и смотрела волком.

– Вот и вы, голубушка, – сказала она, стоило Майе приблизиться. – Явились! И где это видано, чтобы девица пропадала ночами, бросив младшую сестренку дома одну.

– Сестренке восемнадцать, – устало напомнила Майя. – Она совершеннолетняя, а я была на дежурстве. Не пропадала.

– Остается только поверить вам, – ехидно пропела соседка. – Но речь о другом. У меня к вам дело.

– Это не может подождать? Я очень устала.

– А уж как я устала! – всплеснула руками Ардари. – Выходки вашей сестрицы переходят все границы. Знаете, что она учудила сегодня ночью? Молчите? Так я расскажу. Она что-то сделала с горячей водой. Трубы гудели, а затем все стихло. И вода пропала!

– Зачем вам горячая вода ночью? – вздохнула Майя.

– Моя личная жизнь никого не касается! – взбеленилась соседка. – Может я еще отчитываться перед вами должна? Что делаю, как и чем? Ха!

– Вы ничего не должны, – ответила Майя, с тоской глянув на дверь подъезда. – Как и я вам. Моя сестра не портила ваши трубы.

– Откуда такая уверенность? – прищурилась госпожа Ардари.

– У нас с вами разные стояки, – напомнила Майя. – С нашей стороны дома была реконструкция еще до покупки квартиры. Об этом указано в домовых документах. Можете проверить при случае. А Кира никак не могла испортить ваши трубы.

– Да речь вообще не о них, – отмахнулась дамочка, злобно сверкая глазами, – а о бедной пропавшей собачке. Соседи из дома напротив потеряли свою дворнягу. Белую такую, патлатую и толстую. Как ее?

– Берту? – пожала плечами Майя. – Кажется так. Но я не занимаюсь поиском пропавших животных.

– Да, вы просто уезжаете ночами и пропадаете до утра. Тьфу. А у вашей Киры, между прочим, аллергия на собаку. Это вас не смущает? Ей никогда не нравилась бедная собачка. Похоже, ваша странненькая сестрица пустила ее на свои черные опыты!

Выслушав чистой воды инсинуации, Майя с плохо скрываемым раздражением процедила:

– Кира равнодушна к животным. Уверена, она даже не заметила, что Берта вообще существует.

– Ну, конечно, что вам еще говорить? Вы, может, и в полисмаги подались, чтобы покрывать преступления сестры.

– Поаккуратнее с подобными заявлениями, госпожа Ардари, – холодно отчеканила Майя. – И дайте, наконец, пройти.

– А вы мне не угрожайте! – заявила неугомонная дамочка. – На всех управа найдется. Я вот завтра напишу в ваше ведомство, чтобы устроили проверку.

– Ваше право, – устало