Я не собираюсь ничего рушить, только исправить то, что сам сломал.

— Исправить? — голос её дрогнул. — Думаешь, можно так просто стереть прошлое?

— Нет, — тихо ответил я. — Но мы можем попробовать построить что-то новое.

Она смотрела на меня долго, словно решая какую-то сложную задачу в уме, потом тяжело вздохнула.

— Ладно, Ян. Я дам тебе один шанс. Завтра после сада у нас будет час до кружка. Ты увидишь его. Один раз. Но только при мне.

Я почувствовал облегчение, будто с груди сняли тяжелый камень.

— Спасибо, Олесь.

Она покачала головой, отвернулась, словно не хотела, чтобы я увидел её глаза в этот момент.

— Не благодари заранее. И не подведи меня, Ян. Если хоть что-то пойдёт не так…

— Всё будет нормально, — заверил я её.

Она промолчала, просто развернулась и пошла прочь, а я стоял и смотрел ей вслед, чувствуя, как сердце бьётся где-то в горле.

* * *

Домой я вернулся совершенно разбитый. Сел на диван и закрыл глаза, пытаясь понять, что вообще произошло. В голове снова и снова прокручивал наш разговор, пытаясь найти ответ: правильно ли я поступаю?

Да, она права, я виноват. Я бросил её тогда, не дав даже шанса объясниться. Просто ушёл, испугавшись ответственности, сложностей, её слёз. Но сейчас я хотел только одного — быть рядом с сыном. Узнать его. Быть частью его жизни. Потому что теперь я точно знал: я не просто «мужчина, который ушёл». Я отец.

Завтра я впервые увижу его в качестве сына. Поговорю с ним. Посмотрю ему в глаза. И даже если он пока не поймёт, кто я такой, я докажу ему, Олесе и самому себе, что способен исправить всё, что натворил.

А ещё я прекрасно понимал, что у меня всего один шанс. Если я его упущу, второго не будет. И тогда я навсегда останусь чужим в жизни самого родного человека.

Но я не собирался проигрывать. Ни сейчас, ни позже. Не потому что мне важно выиграть. А потому что я наконец понял, что проиграть — значит потерять сына навсегда.

И этого я не допущу. Никогда.

Глава 5

Олеся

Вечером, вернувшись домой, я первым делом услышала звонкий голос Алёши:

— Мама пришла! Ура, мамочка!

Он выбежал из комнаты, в пижаме с динозаврами, и врезался в меня, крепко обнимая маленькими ручками за ноги. От его тёплого дыхания и радостных глаз на душе мгновенно стало легче.

— Привет, мой хороший! — я прижала его к себе и вдохнула его любимый запах — сладкий, детский и такой родной. — Как твои дела? Сильно скучал?

— Не очень сильно, — задумчиво сказал Алёша и улыбнулся. — Только вот немножечко. Совсем чуть-чуть.

Я улыбнулась, присела и нежно потрепала его мягкие волосы.

— Ну и правильно. А я вот сильно по тебе скучала. Прямо очень.

— Правда-преправда?

— Конечно! — я чмокнула его в щёчку, и он засмеялся, зажмурив глаза.

Мы пошли на кухню, где няня уже заварила чай и накрыла стол. Пока Алёша восторженно рассказывал про садик, я слушала его вполуха, мыслями возвращаясь к сегодняшнему дню. Внутри всё сжималось от тревоги и беспокойства. Я думала о том, что Ян может действительно перевернуть всю нашу жизнь.

— Мам, а ты меня слышишь? — вдруг спросил Алёшка и нахмурился.

— Конечно, зайка. Просто устала немного.

Он внимательно посмотрел мне в глаза, потом серьёзно сказал:

— Мама, если тебя кто-то обижает, ты скажи мне. Я вырасту и от всех защищу!

Сердце дрогнуло, я снова прижала его к себе:

— Ты уже сейчас мой защитник, самый лучший.

Позже, уложив его спать, я долго сидела в тёмной комнате у его кроватки, вслушиваясь в тихое дыхание сына. Мы так долго жили одни, что я привыкла защищать его сама, не подпускать никого лишнего. И вдруг снова появился Ян, требуя своё право на нашего ребёнка. Словно имеет на это хоть какое-то право.

Я погладила Алёшу по мягкой щёчке и шепнула ему в темноту:

— Я тебя никому не отдам, малыш. Ты только мой. И больше ничей.

Он спал, ничего не слыша, а я давала это обещание не ему — самой себе. Потому что теперь от меня зависело, смогу ли я его сдержать.

Ян

Мы договорились встретиться в парке, на нейтральной территории. Олеся сама так решила, и я не стал спорить. Я приехал заранее и теперь стоял у входа, чувствуя, как дрожат руки в карманах пальто. Я нервничал, как мальчишка, впервые идущий на свидание.

Когда они показались из-за угла аллеи, сердце резко сбилось с ритма. Олеся держала Алёшу за руку, а он шагал рядом с ней, что-то оживлённо рассказывая. На секунду я забыл, как дышать: так странно было видеть перед собой частичку себя, живое и настоящее продолжение.

Олеся подняла голову, увидела меня и чуть замедлила шаг. По её взгляду я понял, что она тоже волнуется, хоть и старается этого не показывать.

— Привет, — сказал я первым, заставляя себя улыбнуться спокойно и приветливо.

— Привет, — тихо ответила она, а потом наклонилась к Алёше. — Алёша, познакомься, это Ян. Он твой папа.

Я видел, как трудно далось ей это слово, но она сказала его вслух. Алёша поднял на неё большие, удивлённые глаза и тихо повторил:

— Папа? Настоящий?

От этого вопроса у меня внутри что-то сжалось. Я медленно присел перед ним, чтобы оказаться на одном уровне.

— Да, настоящий. Меня зовут Ян. Ты… ты можешь звать меня по имени, если хочешь.

Малыш внимательно посмотрел на меня, затем протянул свою маленькую ладошку:

— Я Алёша. А у меня машинки есть.

— Правда? — я мягко пожал его руку. — Я очень люблю машинки. Ты покажешь мне потом?

Алёша быстро взглянул на Олесю, словно ища её одобрения, и она коротко кивнула.

— Да, — согласился он. — У меня есть даже полицейская, с мигалками.

— Это здорово, — улыбнулся я. — Я бы очень хотел её увидеть.

Олеся тихо вздохнула и чуть отошла в сторону, давая нам немного пространства, но внимательно наблюдая за нами со стороны.

— Мама говорит, ты раньше жил далеко, — вдруг серьёзно произнёс Алёша, накручивая шарф на пальчик. — А сейчас переехал?

Я почувствовал лёгкую боль в груди, но постарался ответить просто и ясно:

— Да, я переехал. Теперь я буду жить здесь. И смогу чаще приходить к тебе, если ты будешь не против.

Он задумчиво прикусил губу, вздохнул совсем по-взрослому и кивнул:

— Ладно, приходи. Я покажу тебе ещё пазлы, только их трудно собирать.

Я не смог удержать улыбку и осторожно потрепал его по