генералов, живет под одним небом со мной! Даже если отбросить всё прочее — нам двоим нет места в одном мире. Либо он, либо я обязаны погибнуть — и я не постою ни за какой ценой в стремлении эту погань истребить. И убью его так, чтобы максимально изуродовать его душу. Наша ненависть непримирима, это нечто, что лежит даже дальше, чем простая принципиальность. К тому же — с его знаниями и умениями, боевым опытом и при наличии ресурсов целой Скандинавии, да в столь непростое время, способны привести к катастрофе для нашей Империи.

На некоторое время установилась задумчивая тишина. Присутствующие переваривали сказанное мной, погруженные каждый в свои мысли. Я же в очередной раз проверил контур блокирующих возможность подслушивания чар — от своих ближних соратников скрывать подобное я не собирался, да и нельзя это назвать прямо уж слишком ценной информацией… Но всё равно — раскидываться подобным совсем уж небрежно тоже было бы глупо.

— Но он ведь, насколько я поняла, этот Ивар или Рагнар далеко не так силен и опасен, как этот его господин? — нарушила молчание Инжирская.

— Куда ему до Врага Мира — рассмеялся я. — Мы оба, даже вместе и будучи на пике своих сил, против него и пяти ударов не выстоим! Против этого… существа, язык не поворачивается назвать его человеком, можно было сражаться лишь при тотальном численном превосходстве и имея в рядах хотя бы нескольких сильнейших боевых магов в нашей истории. Но то в моём мире — здесь же, если вдруг случиться так, что я ему проиграю и паду, он вполне может стать угрозой всей Империи. Когда он восстановит всю свою прежнюю силу в открытом бою против него не выстоит никто из здешних магов. Он станет не просто рядовой, нет — он будет экзистенциальной угрозой Российской Империи. Бессмертный, превосходящий любого чародея в силе на две головы, постепенно укрепляющий свои позиции, набирающий учеников и последователей, которые будут обладать доступом ко всем его знаниям, и являющийся принцем государство, которое уже много веков живет жаждой сокрушить Россию — как вы думаете, стоит ли оставлять шанс подобной угрозе уцелеть и прорасти ядовитыми семенами?

После всего услышанного желающих оспорить мой приказ больше не нашлось. Огромная многолучевая магическая фигура, вычерченная прямо на руинах крепости, в её внутреннем дворе, понемногу фонила силой, готовясь к предстоящему действу.

С момент моей битвы с Иваром и совещания на линкоре прошло два дня. Сразу после совещания, на котором Кристина сразу начала пытаться отговаривать и переубеждать меня, я раздал указания о том, что нужно делать моим подчиненным.

Сведениями о Маргатоне и ритуалами, призванными использовать силу Владыки Крови, располагали все сколько-то значимые и доверенные мои подчиненные, но подобной масштабности ритуал был им, разумеется, в новинку. И несмотря на все попытки переубедить меня со стороны Кристины, пытаться мешать выполнению моего приказа она благоразумно не пыталась, а потому времени моим соратникам хватило.

Вдоль многочисленных линий огромной звезды, чьи лучи были очерчены в соответветствии с положением небесных светил, пробегали разряды Красных Молний — это уже я сам начал питать ритуал своими силами.

В разных частях звезды, усаженные прямиком на выплавленные в земле ритуальные знаки, лежали скованные шведы. Простые солдаты и офицеры — все вперемешку, специально, как того и требовал ритуал. Лишь в самом центре находилась группа Архимагов и Старших Магистров врага, к которой я сейчас и направлялся.

— Займите свои места, — велел я, и мои маги начали расходиться, занимая загодя закрепленные за ними места.

— Трус и мерзавец, — сплюнула при моем приближении одна из Старших Магистров врага. — Бесчестное животное, ты нарушаешь все…

— Да закрой ты пасть, курица, — презрительно бросил я, постепенно, с каждым шагом увеличивая количество испускаемых мной Красных Молний. — Будет мне ещё всякое без пяти дохлое дерьмо морали читать.

— Ничтожество! — ободренная тем, что я вступил в диалог, тут же крикнула она. — Наш принц отомстит за нас! Его Величество Рагнар Фолькунг выпотрошит тебя, как дохлую рыбу! Пройдет огнем и мечом…

Где именно Фолькунг пройдется огнем и мечом отчаявшаяся дура договорить не успела — подошва моего сапога вбила идиотке обратно в глотку её же слова. Вбила вместе с зубами — цацкаться с врагами я не собирался.

— Господдын… — торопливо, с сильным акцентом заговорил другой чародей. — Вык-к-куп, ми зап-плат-тым щедрый вык-куп! Я Старейшина Рода…

Мысок моего сапога буквально вонзается под ребра уже пожилому, но всё ещё крепкому магу, опрокидывая его и заставляя выть от боли.

Не могу сказать, что среди остальных шведов напуганы прямо-таки все. Нет, среди лежащих и сидящих передо мной в неудобных позах чародеев хватает тех, чьи глаза сверкают ненавистью и гневом больше, чем страхом за свои шкуры… Вот только таких глаз подавляющее меньшинство — остальных же прибывших сюда для легкой разминки и спокойного последующего бегства вражеских боевых колотит от ужаса.

Аристократы, высшие маги, сливки общества у себя дома, хозяева жизни в полном смысле этого слова, они никак не могут поверить в то, что их сейчас действительно вот так вот просто и безжалостно прирежут, как скот на бойне.

Сегодня, когда их уже привели сюда, по моему приказу пленникам рассказали об ожидающей их участи. Впрочем, опоенные антимагическими зельями и скованные магией и цепями наравне с рядовыми бойцами, они всё равно ничего не могли поделать. Лишь бессильно ожидать своей участи, чувствуя, как страх перед неминуемой и бесславной гибелью постепенно подтачивает мужество и решимость…

Одно дело пасть в славной схватке, в бою, сражаясь с врагом. Попасть затем на славный пир в Вальгаллу, где их будут чествовать асы и ваны, герои саг и легенд да славные пращуры…

И совсем другое — вот такая, позорная гибель. Я специально приказал поведать им об их судьбе — сегодня я не собирался обходиться полумерами, и потому принесенная мной нынче жертва будет воистину темным, запретным искусством. Черной Магией в худшем её ключе…

Что ж, если так надо ради победы — моя рука не дрогнет. Лишь сильнейший способен сделать сложнейший выбор — и я его уже сделал. Не будет шансов у бывшего генерала Темной Звезды.

— Услышь меня, Маргатон! Анну верде инсалон!

Глава 5

— Итак, он все же провел этот свой богомерзкий ритуал. В очередной, мать его, раз, — в раздражении бросил Валентин Романов.

Генерал-фельдмаршал был человеком немолодым