на общественные работы привлекали. Да на каторгах пропадал, гляди какие мышцы накачал, форма вот–вот лопнет. Мундир новенький, только надел. Смотри, какой взгляд звериный. И зачем только Чернышовы пошли здороваться. Весьма отчаянно.

Вероятно, эти крысы решили, что музыка заглушит их вороватый тон.

— Я всё слышу, господа! — Объявляю в сторону толпы. — Кто что желает сказать. Извольте не трусить, а прямо в глаза.

Заткнулись, потупили взгляды. Оборачиваться стали вглубь, мол, кто–то другой говорил.

Увёл внимание от недостойных, скользнув взглядом по невесте Максима. Смотрит с едва скрываемым восхищением. С чего бы это?

— Поумерьте пыл, Андрей Константинович, — выпалил Максим недовольно. — Ваших выходок больше уж точно вам не спустят.

— Вы, вероятно, считаете, что мне до этого есть дело, — усмехнулся я и двинулся дальше, едва не задев его плечом.

Ещё два десятка шагов, и начинается зона желающих быть поближе к императорским особам. В глубине зала справа у фуршетных столиков замечаю Небесную принцессу в пышном синем платье. Облепило её человек пятнадцать в одеждах иностранных, смотрят, будто сожрать глазами хотят.

На меня взглянула явно случайно, кивнула едва заметно с улыбкой.

Ответил кивком и дальше пошагал. Да не тут то было. Гвардейцы меня заранее приметившие, стали стягиваться с нескольких сторон, чтобы стеной встать и не пустить к тронной зоне.

Так, понятно.

Остановился, слуги догнали.

Через семьдесят метров тронный постамент, на троне император в мундире белом с лиловыми полосками. Счастливо беседует с Софией, сидящей на стуле слева. И с Анной, устроившейся справа!

Они у него, как две царицы. Моя сестра в лиловом платье с розовыми узорами, надо признать кричащий образ ей идёт. Вот только кто позволил императорские цвета носить? Пурпурная лента, две, три, за всю жизнь не заслужишь. А тут всё платье на ней цвета наших наград.

Даже у Софии кремово–розовое не так бросается в глаза.

Но обе лучатся ярче всех прочих. Император, как счастливый мальчишка, то к одной оборачивается, то к другой. Смеётся, ладошки их накрывает своей по очереди, похлопывает. Ну прямо души не чает.

Анна расцвела. Округлилась, щёки порозовели, глаза горящие, и губы сочные, очень подросла и похорошела значительно. А ещё поумнела.

Нашла себе хорошего покровителя. И устроилась неплохо, устранив Третьяковых.

С высоты тронной меня легко можно увидеть. Но Анна будто специально даже не смотрит прямо. Куда угодно, только не в мою сторону. Принцесса София, вероятно, забылась и проскользнула взглядом мимо меня, задержав его на мне на долю секунды. Заулыбалась широко, спешно прикрыв ротик. А затем переглянулась с Анной, которая тоже подхихикнула.

Похоже, они решили надо мной поиздеваться.

Что ж. Не давая возможности гвардейцам высказаться, поворачиваю к Небесной и проскакиваю меж колонн, уходя с поля зрения монарха и двух девиц. Настя уже ждёт с улыбкой ироничной, отстранившись от собеседников. Думаю, она так и знала.

В фуршетной зоне на меня оборачиваются все. Во взглядах удивление, у некоторых недовольство. Находятся барышни, которые рассматривают с ног до головы, приподняв бровки и сложив губки многозначительно.

Но меня в данный момент интересует только принцесса, которая, покивав всем, извинилась и сама направилась мне навстречу.

Свежая, красивая, умная женщина. От которой сложно оторвать взгляда, особенного, когда она улыбается так открыто. И только тебе.

— Ваше высочество, вы неотразимы, — вырвалось из меня первое, что пришло в голову.

— Благодарю за комплимент, Андрей Константинович, — ответила ласково и исполнила реверанс с элегантностью и застенчивостью, аж сердце замерло.

Вижу, гости к нам с трёх сторон стягиваются, вероятно, засвидетельствовать своё почтение уже мне, коль я в милости самой Небесной. А она быстрее зашевелилась, чтобы меня под руку ухватить и повести в центральную часть зала.

Стараюсь не поддаваться на низменные порывы. Но всё же настроение моё поднялось, когда мы вышли обратно в поле зрения Софии и Анны. И демонстративно повернулись к ним спиной, удаляясь к танцевальной площадке.

— Ты так стремительно покинула своих собеседников, — прокомментировал я уже в неофициальной форме.

— Избавлю тебя от лишних знакомств и неискренних речей. Знаю, ты такого не терпишь, — ответила принцесса и добавила серьёзно. — Полагаю, сестра тобой недовольна, раз так демонстративно ограждается.

— Анна ещё не знает, что она моя сестра. Хотел сообщить, но никак не удаётся.

— И чем же вызвана её реакция?

— Обида. Мы плохо расстались в последнюю встречу.

— Вот как? И что послужило причиной раздора?

— Я хотел её застрелить, — признаюсь и тяжело вздыхаю.

Около минуты принцесса молчит, одаривая окружающих кивками и сдержанной улыбкой. Мы с ней, как на подиуме вышагиваем, привлекая всё больше внимания.

Видимо, все думали, что я совсем уж неугодный здесь гость. Из–за отношения Софии, которая в сговоре с Анной. Слухи здесь разлетаются быстро. От гвардейца к гвардейцу, от гостя к гостю. А вот не угадали.

— И что же побудило тебя? — Спросила с неловкостью Небесная.

— Ещё во Владике я подозревал её в связи с Фиолетовым.

— Вот это новость, — бросила принцесса, явно негодуя.

— Я не мог доказать, да и не мыслил, что это возможно. Когда всё же решился, притащил револьвер к особняку Третьяковых. Она была под домашним арестом, но вышла к забору. Её радость сменилась разочарованием, когда она почувствовала оружие и вероятно поняла намерения.

— Понятно. Так вы хорошо знакомы?

— Она писала мне письма, — начал я и вдруг встал, как вкопанной.

— Что? — Ахнула принцесса, посмотрев на меня с ужасом.

Кому, как ни ей знать, что мы повидали такого, что данная реакция уж точно должна вызывать опасения.

Всё дело в том, что меня осенило. Причём очень поздно. Какой же я идиот! Анна знает, что я её брат! Всё это время она намекала мне об этом! И та речь о познании, об осознании… теперь расставляет всё на свои места. Я должен был догадаться сам.

Да даже по её порывам позаботиться обо мне и защитить.

— Она знает, что я её брат, — поделился предположением.

— Вот даже как, — прокомментировала принцесса нейтрально и потянула за собой. — Пошли скорее, музыка очень хорошая.

Не сложно догадаться, что принцесса решила меня отвлечь. Да и сама, похоже, захотела сбежать от скучных светских разговоров.

У танцевальной зоны мы остановились, вызывая волны восторга со всех сторон. В отличие от тронной зоны, где вьются лизоблюды и корыстные господа, здесь царит романтика. Много молодых людей,