медцентра Лиарена, — ответил Илар. — Тайрек... позаботился о нашем комфорте и безопасности.

Я кивнула. Несколько секунд собиралась с духом, потом все же спросила:

— Что мне грозит за подлог? За то, что я здесь по чужим документам?

Илар пересел ближе, на кресло у медицинской лежанки, и крепче взял меня за руку.

— Ничего, — спокойно покачал он головой. — Ты эйра и гражданка планеты. По каким документам ты сюда прилетела, сейчас не так важно.

— Ты не понимаешь, Илар. Мисси — не моя биологическая дочь, — произнесла я почти беззвучно. — Я даже не ее официальный опекун по законам Содружества. Мой подлог... Верданский ящер бы с ним. Но Мисси... Артемиссия, так ее зовут по-настоящему... Если Содружество полезет в это дело, они могут попытаться забрать ее.

Муж уставился на меня с явным изумлением.

— Поэтому ты не стала делать анализы? — медленно спросил мужчина. — Поэтому так боялась проверок после жалобы Висаны?

— Ее мать была моей подругой. Она умерла и отдала мне дочь, чтобы я ее защитила. Это она подписала контракт с консульством и сдавала анализы.

Несколько секунд Илар молчал, переваривая услышанное.

— Поэтому ты считала себя не-эйрой, — наконец произнес эйнарец.

Я подняла на него взгляд, ожидая чего угодно: подозрения, осуждения, хотя бы растерянности. Но на его лице не было ни одного из этих выражений. Только понимание.

Он принимал меня такой, какая я есть. Со всеми тайнами и грузом прошлого.

— Думаю, мы сумеем свести последствия к минимуму, — произнес Илар уже деловым, собранным тоном. — Я подключу эйру Сиру. Тайрек наверняка тоже что-нибудь придумает. Он, кажется, как раз сейчас занят решением вопросов с каким-то латернийцем.

— Лейлисом Фуко? — резко спросила я.

— Я не знаю, Майя. Он не называл имени...

В этот момент дверь палаты распахнулась, и внутрь почти ворвался Райан. Он замер на пороге так резко, будто налетел на невидимую стену.

Вид у мужа был такой, словно он действительно смотрел на восставшую из мертвых.

Хотя, если подумать... в каком-то смысле так и было.

Сердце зачастило в груди. Ладони мгновенно вспотели. Палата перед глазами качнулась.

Илар сразу поднялся.

— Я вас оставлю, — понимающе произнес первый супруг и, проходя мимо побратима, коротко, по-мужски коснулся его плеча.

Потом вышел, бесшумно затворив за собой дверь.

Мы со вторым мужем остались одни.

— Райан... — начала я и осеклась, понимая, что не знаю, с чего начать. С батискафа? С жетона? С имени? С семи потерянных лет? — Я знаю, что ты вернулся за мной. Не отпустил...

Эйнарец шагнул ближе. Лицо у него было серым от пережитого, глаза настолько неественно яркими, что стало не по себе.

— Как я мог тебя не узнать? — голос Райана был надлоленным и хриплым. — Как мог не почувствовать? Семь лет, Майя... семь лет я жил с мыслью, что тебя больше нет.

И в этот момент все внутри меня встало на свои места.

Он узнал.

Узнал меня.

По-настоящему.

***

Глядя на осунувшееся, неестественно бледное лицо любимого, я помимо воли ощутила, как меня затапливает жгучим, невыносимым стыдом и злостью на ту несправедливость, с которой судьба обошлась с нами обоими.

Если бы я знала, что между нами было. Если бы знала, что на самом деле случилось с нами тогда, в данарских джунглях. Если бы хотя бы догадывалась, что тот, чей голос я слышала, умирая, — голос, который семь лет приходил ко мне во сне, — не плод бреда, не игра травмированной памяти, а живой, настоящий мужчина.

Мой мужчина.

Это ведь Райан кричал тогда, когда меня несли в медицинский аэролет. Кричал так, словно у него вырывали сердце, услышав от кого-то короткое, безжалостное: "Слишком поздно".

И все эти годы я жила дальше. Дышала, училась заново собирать себя по кускам, не зная, что где-то в мире остался тот, кто оплакивал меня как мертвую.

Райан медленно подошел ко мне и почти без сил опустился на сиденье у лежанки, продолжая неотрывно всматриваться в мое лицо. Так, словно боялся моргнуть и обнаружить, что меня снова нет.

Я не знала, что ему сказать. Не знала, как разделить с ним эту боль, потому что его потерю я не прожила. Не горевала о нем. Не искала. Не помнила.

Космос...

Почему все случилось именно так?

— Я не знал твоего имени, — голос эйнарца звучал глухо, как если бы каждое слово проходило через старую, но все еще кровоточащую рану. — Не помнил твоего лица. Даже цвета глаз не помнил. Твои волосы тогда были короткими. Ты вся была в крови. Я только знал, что ты — моя. Чувствовал это, как чувствуют удар в самое сердце.

Он судорожно втянул воздух и продолжил:

— Мне не разрешили лететь с твоим... телом. Не дали попрощаться. Вся информация о той операции сразу ушла под гриф секретности.

— Я не знала, что на Данаре были военные с Эйнара, — просипела я, осторожно беря его за руку.

— Мы оказались там случайно. Официально — в рамках закрытой программы обмена опытом с военным ведомством Содружества. Неофициально... это уже неважно, — Райан криво усмехнулся, но в этой усмешке не было ни тени веселья. — Я даже не знал, кого искать потом. У меня не осталось ничего. Ни имени. Ни лица. Ни подтверждения, что ты вообще существовала, кроме того, что рвало меня изнутри все эти годы.

Я сжала его пальцы еще крепче.

— Я не знала о тебе. Почти ничего не помнила после ранения. Я не знала... Райан. Космос, прости меня. Прости, что жила дальше, не зная. Прости, что не узнала тебя раньше. Прости, что тебе пришлось нести это одному.

Эйнарец осторожно провел кончиками пальцев по моему запястью, там, где когда-то был полученный в детстве шрам.

— Я помню, что здесь у тебя была отметина. В виде звезды.

— Мне свели ее, пока я лежала в военном медцентре после той операции.

Райан наклонился ко мне, погладил по щеке и, устало прикрыв глаза, прижался своим лбом к моему.

— Получается, все эти семь лет ты была моей женой, Майя Бриг, — произнес он мне в губы.

Мы замерли так, просто дыша одним воздухом и впервые по-настоящему позволяя себе поверить, что нашли друг друга после долгих лет боли и одиночества.

— Мой резонанс... — снова заговорил Райан, будто