— Например?

— Ты помнишь Мимира?

Я сделал вид, что вспоминаю.

— Да, был такой. Он был похож на нас, но отчего-то все считали его великаном.

— И что же с ним стало?

— Его отдали в залог ванам. С тех пор я ничего не слышал о нём, но, кажется, он исчез.

— Только не надо изображать из себя наивного простачка, Лофт! Ведь тебе известно, что с ним стало. Как и всем остальным. Пусть об этом никто не говорит вслух, но знают-то все!

Я действительно кое-что знал, но не захотел в этом сознаться.

— Но я не знаю!

Хёнир не стал настаивать.

— Как хочешь. В таком случае позволь поделиться с тобою ужасной тайной. Первой из тайн. Мимир плохо кончил. Я слышал две версии о его судьбе. Согласно первой, ваны за какую-то провинность снесли Мимиру голову и прислали её в подарок Иггу. Согласно второй, это сделал сам Игг, когда ваны изъявили намерение вернуть Мимира. Он прикончил Мимира, но сохранил его голову. Игг знает способ, как сохранить жизнь части изначальной формы. Он спрятал голову в дупле ясеня и время от времени разговаривает с ней. Говорят, Мимир дает дельные советы.

— Ещё бы знать, кто это говорит, — заметил я, переводя глаза с жука, упрямо карабкающегося по моей руке к плечу на Хёнира.

— Сам не знаю, — ответил мой брат. — Но я слышал. Насколько я помню Мимира, он всегда был странным парнем. Если помнишь, в Семье его воспринимали как чудака, умного, но безвредного.

— И потому поспешили избавиться от него, выдав ванам.

— Возможно. Не я это решал. Но, буду откровенен, на месте Игга я поступил бы точно также. Знание опасно, особенно когда не знаешь, на чем оно основано. Вот, к примеру, взять тебя. Умён? Несомненно. Хитёр? Более чем. Изобретателен? Да. Активен? И в этом не откажешь. Но предсказуем. Всем известно, что от тебя следует ожидать каверзы. Неизвестно лишь какой. Но это дело второе. Главное, что нужно ожидать. У Мимира был странный склад ума. Когда я говорил с ним, мне и впрямь казалось, что он не из Семьи. Он выглядел порядочным олухом, но порой выдавал мысли, смысл которых доходил до меня лишь через несколько дней. По-моему, он всё же был великаном. Ну а его облик мог быть просто неизначальной формой. Тогда становится понятным, почему ваны столь легко сумели снести ему голову.

— Или Хрофт.

— Или Игг, — согласился Хёнир. — Так вот, что касается Мимира, сдаётся мне, что Игг использует его уникальную силу. Возможно, этим объясняется его способность присутствовать сразу в нескольких местах.

— Я ничего не знаю об этом.

Сказанное было правдой, и Хёнир почувствовал это. Я успел приметить тень досады, быстро скользнувшую по его лицу.

— Два-ноль, — сообщил мне брат. Право, я не заметил, когда был один. — У меня есть свои интересы, полагаю, тебе известно это.

Здесь можно было б сказать: три ноль, но я благоразумно промолчал. Сегодняшний разговор позволил мне сделать несколько любопытных открытий. О, сколь я был наивен, полагая, что знаю всё.

— Ну, конечно, — торопливо согласился я, видя, что Хёнир ждёт ответа.

— Я получаю информацию из различных источников — в Асгарде, Мидгарде и даже Ётунхейме.

— А Хель?

Хёнир развёл руками, с усмешкой прибавив:

— Не дано. — Лицо его вновь стало серьёзным. — Не скрою, меня интересуют дела некоторых членов Семьи.

— В том числе мои.

— Не в последнюю очередь, — подтвердил Хёнир. — А Игга — в первую. Не так давно я получил сразу несколько сообщений. В один и тот же день наш брат посетил Ётунхейм и страну альвов. А я видел его в Асгарде.

— Но это возможно.

— Да, если сильно постараться. Но дело в том, что во всех этих местах он был примерно в одно и то же время. Даже если учесть расторопность Хеймдалля, когда дело касается Игга, и предположить невероятную ловкость Одноглазого в работе с пространством, всё это выглядит нереальным.

— И что это значит?

— Лишь одно. Он нашёл способ путешествовать по мирам каким-то особенным путём, не беспокоя Хеймдалля. А придумать подобное мог лишь Мимир. Такие вещи — удел сумасшедших.

— Занятно, — пробормотал я. — Но, говоря о Мимире, ты сказал, что это первое. Значит, есть и второе?

— Есть. Только об этом и говорит Семья. Ты не в курсе, потому что уже несколько дней отсутствуешь в Асгарде. Едва ты сбежал сюда, как исчез и Игг. Он пропадал день и ночь, вернувшись лишь под утро. Игг торжествовал. Собрав всех нас, он водрузил на стол окровавленный свёрток, объявив, что в нём голова Вафтруднира.

— Того самого мудрого ётуна?

— Не просто мудрого, а мудрейшего из мудрых! Вафтруднир считался преемником знания Имира.

— Как и Хрофт.

— Да. Но до поры до времени Игг мирился с тем, что у Имира два преемника. А теперь он взял и прикончил соперника.

— И как это случилось?

— Не знаю. Игг просто продемонстрировал нам его голову с тем, чтобы всем было ясно, какая участь ждёт недовольных.

Мне показалось, что Хёнир знает, но я не стал настаивать.

— Насколько я понимаю, ты клонишь к мысли, что Хрофт попытался завладеть одним из атрибутов власти.

Хёнир кивнул. Лицо его было серьёзно, почти строго.

— Он уже сделал это. Когда мы создавали миры, никто и не предполагал, что можно каким-то образом проникать сквозь них. Именно потому мы и создали Бильрёст. Ведь считалось, что он станет надёжной защитой Асгарду. Но Игг нашёл иной способ перемещения. И, полагаю, это далеко не единственная тайна, раскрытая им. Нам ещё предстоит сделать немало открытий, и вряд ли они будут приятными.

— Да. — Не то, чтоб я был согласен с Хёниром, я просто задумался. Сев, я принялся изучать водопад, блёстка игравший брызгами. — Положим, ты прав. Хрофт овладел знанием. Следует ли из этого, что он получил треть власти?

— Я не вёльва, чтоб отвечать на такие вопросы. Спустись в Хель и всё узнаешь.

— Спасибо за предложение. Постараюсь придумать более простой способ свернуть себе шею. Но, если быть последовательным, он получил.

— Думаю, да. И время задуматься, чем это грозит всем нам.

— По крайней мере, не следует ожидать ничего хорошего. Если Хрофт и до сих пор не отличался достойным обращением с членами Семьи, его поведение вряд ли изменится к лучшему.

— И я так думаю. Потому я и очутился здесь, где живёт карлик по имени Андвари.

— Полагаешь, что с помощью карлика Хрофт попытается разыграть второго кита?

— Уверен. Золото — именно то, что даёт силу.

Я задумчиво потёр подбородок.

— Давай мыслить