Шёлк струился по её фигуре, а небрежная причёска контрастировала с блеском туфель на шпильках.

— Похоже, его жена обожала блистать! — с игривой ухмылкой воскликнула она, грациозно повернувшись, словно на парижском подиуме.

София расхохоталась, а Меррик, впервые за вечер, позволил себе улыбнуться.

Мия, покружившись в танце, продемонстрировала ещё несколько нарядов. Зрители ждали демонстрации очередного наряда, когда Мия вылетела из комнаты и за пару мгновений оказалась внизу.

— Смотрите ,что я нашла в кармане розового пиджака!

В её руках звенели ключи от автомобиля с брелоком-розовым мишкой с бантом. Мия ткнула кнопку сигнализации. Ответом стал пронзительный писк, пробивший тишину где-то в глубине дома.

— Наш сюрприз в подвале, — процедила София, щурясь в темноту лестницы.

Они спустилась в подвал, где за массивной дверью их ждало нечто неожиданное.

— Офигеть… — выдохнула София, застыв на пороге.

— Господи, — прошептал Меррик, широко раскрыв глаза.

В гараже стоял розовый кабриолет с откидным верхом, сверкающий лаком даже в полумраке. Машина казалась нетронутой временем — будто хозяйка вот-вот вернётся, чтобы умчаться на ночную прогулку.

— Теперь понятно, почему машина цвета сахарной ваты. Дамочка была помешана на едином стиле — сказала Мия и вскрикнула от восторга.

Она запрыгнула за руль и запустила двигатель. Мотор ответил мощным урчанием, словно пробудившийся зверь.

— Полбака. Хватит, чтобы удрать подальше, — оценила она, бросив взгляд на приборную панель. — Надеюсь, наша модная фея не обидится, если мы… позаимствуем её игрушки.

Заглушив мотор, она выскользнула из машины и с театральным поклоном протянула ключи Софии.

— Ваш экипаж к побегу готов, мадам.

Глава 5. Ночные бабочки апокалипсиса

Розовый мишка на брелоке качнулся, в руке Софии, блеснув стеклянным глазом. И в тот же миг тишину взорвали рёв двигателя и оглушительные басы. Все вздрогнули, будто получили удар током.

— Наверх! Быстро! — прошипела София, засовывая ключи в карман джинсов.

Они ворвались обратно в гостиную. София схватила автомат, метнулась к окну и, пригнув голову, приподняла край занавески. Мия и Меррик, сжимая оружие, замерли за её спиной — дыхание прерывистое, пальцы на спусковых крючках.

По улице с рёвом пролетела чёрная машина с тонированными стёклами. Бас из салона бил в виски, заставляя дрожать оконные рамы. Внезапно автомобиль резко затормозил у соседнего особняка, и музыка оборвалась. Задняя дверь распахнулась — на асфальт вышли двое – мужчина и женщина. Мужчина в жилете с потёртыми плечами и растрёпанными волосами швырнул окурок и постучал по крыше:

— Часик-другой — и ждём, — бросил он водителю, не вылезавшему из салона.

Потом его взгляд медленно пополз к белому особняку.

— Чёрт… Говард-то хапнул самый сок, — проворчал он, прищурившись. — Может, пока хозяина нет, мы с Ванессой его перинку протестируем?

Голос превратился в противный хриплый смех.

София впилась пальцами в приклад автомата — костяшки побелели, как мрамор.

— Бил, не шути с Говардом, — глухо прозвучало из машины. — Кишки вытащит через глотку. Держись от его дома подальше.

— Ха! Ты как нянька занудная, — Билл плюнул под колёса. — Ладно, позже потрещим.

Машина дёрнулась с места, снова взорвав улицу музыкой. Билл тут же обхватил Ванессу за талию, шлёпнув её по бедру так, что эхо щелчка отозвалось в тишине. Девушка вскрикнула, фальшиво захихикала и побежала к крыльцу.

— Давай, курочка, не заставляй твоего хозяина ждать! — рявкнул Билл, шаркая сапогами по гравию.

— Мерзость… — София сжала зубы, не отрывая глаз от особняка.

Она простояла у окна пару часов, не шелохнувшись. Автомат стал продолжением её рук. Меррик и Мия предлагали сменить её, но она лишь качала головой — каждый мускул кричал о готовности стрелять, если Билл пересечёт улицу.

Машина вернулась позже, коротко бибикнув. Билл и Ванесса вывалились из дома — одежда помята, волосы в беспорядке. Усевшись в салон, они умчались под аккомпанемент грохочущего рэпа.

София неотрывно следила, как чёрный силуэт автомобиля растворяется. На переднем сиденье мелькнули профили мужчины и женщины.

Как только рёв мотора растворился в закате, София наконец разжала руки. Пальцы дрожали, будто после долгой стрельбы. Она опустилась на диван, медленно, как под грузом невидимых камней, и попыталась расправить плечи — мышцы свело от двухчасового неподвижного стояния.

— Это люди коменданта… — прошептала она. Голос звучал глухо, словно сквозь вату. — Распределили между собой особняки, как игрушки и устроили бордельный курорт в мёртвом городе… Вот сволочи.

В голосе её было больше усталости и отвращения, чем злости.

Мия присела рядом, вцепившись в край дивана. Её ногти впились в ткань, оставляя морщины на бархате.

— Нам просто повезло, что сегодня с ними не было этого Говарда, — добавила София. — Понятно теперь, почему тут всё цело, будто время остановилось. Они забрали себе этот кусок города… и берегут его как личный рай. Для утех.

Она резко повернулась к Мие и Меррику.

— На рассвете исчезаем. Пока им снова не захотелось… — Она не договорила, сжав челюсть.

Меррик кивнул, уставившись в пол. Мия сгорбилась, словно невидимые руки придавили её плечи. Воздух в комнате загустел — не страх, не гнев, а что-то вязкое, как смола. То ли пепел от сожжённых жизней, то ли стыд за тех, кто превратил город в свою похабную игрушку.

Ночь они провели в прерывистой дремоте, цепляясь за оружие как за подушку. Тишина дома казалась обманчивой — будто стены шептались за их спинами, запоминая каждый шаг.

На рассвете, когда солнце растеклось персиковым сиропом по горизонту, группа уже грузила в кабриолет добычу. Конфеты, бисквитное печенье, банку с кофе, несколько банок газировки, спички, фонарики и одеяла, пропахшие чужим парфюмом.

Мия втиснула в багажник сумку, из которой выбивалось розовое кружево.

— Смотри! — София ткнула пальцем в мелькнувшую розовую юбку с рюшами, которая пыталась вырваться из-под застёжки.

— Это не воровство, — Мия прижала сумку к груди, будто оправдываясь перед призраком. — Мы с хозяйкой… разделяем вкусы.

Поймав выскользнувшую юбку, она прижала её к груди:

— Не ревнуй, — шепнула пустоте, — твои платья будут в хороших руках.

Меррик швырнул в багажник кожаную папку — жест учёного, привыкшего таскать за собой мёртвые знания.

Они постарались оставить дом в том же виде, в каком нашли. Аккуратно поправили подушку на диване, вернули фото на камин, закрыли все двери. Хотелось исчезнуть без следа, чтобы никто не заподозрил их присутствие.

— Кабриолет-то точно хватятся, — Мия