– … так что, – поведал Алекс приехавшему по обмену опытом Фреду, – схема простая. Сперва договорился с местными преступниками из тех, что поколениями своим промыслом занимаются. Покровительство пообещал в обмен на помощь, ну и в самом деле помог конкурентов уничтожать.

– И как… сотрудничество?

– Нормально. Выяснил, кто из них наиболее вменяем. С их помощью уже пиратские базы и бандитские логова вычислил. Ну и… много стрельбы. И не только стрельбы.

Фред подался вперёд… Попаданец замолчал, вспоминая что-то очень неприятное.

– Пытки, – наконец выдавил он, – не горжусь, но… пытал. Не всех подряд! Когда точно знаешь, что этот человек преступник, что крови на нём много, и что он может дать ценные сведения, которые выведут на остальных бандитов. Меньше десяти раз в общей сложности, да и то – пару раз скорее пугал… Всё помню – каждый раз присутствовал…

– Тяжело? – Сочувственно спросил друг.

– А ты как думаешь!? Извини… очень тяжело. Невиновных среди них ни одного, у каждого на счету десятки жизней – если не прямо, так косвенно. Но всё равно…

– Не винись, это того стоило. Зато теперь Новый Орлеан – прямо-таки образцовый город. Да и в Луизиане порядок постепенно наводят. По крайней мере, побережье уже спокойное, да и в глубине вычищают шваль по твоему примеру.

– Ага, – Фокадан нервно хохотнул, покрутив бокал с коньяком, – в газете статью помнишь? Про образцовый кладбищенский порядок? Вот… статья и правда удачной получилась. Сэмюл Лэнгхорн Клеменс[894] талантливый писака, ярко пишет, с юмором. Вот и перепечатали в газетах… сперва в КША, потом в Союзе, а потом и до Европы добрались. Все факты один к одному подобраны, не придерёшься. Но всё так… сам чуть не поверил, что я новый инквизитор.

Виллем отвёл глаза, статья и правда громкая. Отбрёхиваться Фокадан посчитал ниже своего достоинства – невместно[895]. Жители Нового Орлеана и славного штата Луизиана его поддерживают, а остальные могут идти… лесом. Находило иногда на попаданца такое вот ослиное упрямство, иногда совершенно не к месту.

Можно развернуть дискуссию, можно… Начать хотя бы с того, что достопамятный писака не один год отходил лоцманом на Миссисипи и наверняка сам замешан в контрабанде. Пусть даже по мелочи, задолго до разгула преступности.

Но ведь осталось у автора ощущение правильности своих действий, остались друзья и знакомцы. Вот и… укусил.

– Мотался по реке и побережью, – продолжил Алекс, – но навёл порядок. Сам удивляюсь… всё-таки жизненный опыт невелик, да и помощников поначалу ни одного, присматривались все. Но навёл. Полгода-год ещё, и спокойно в регионе будет.

– Совсем преступность повывел?

– Нет, – Алекс хмыкнул с горечью, – можно было, но только если по всей Конфедерации взяться одновременно. Но нет, здесь каждый штат свои законы имеет… Так что оставил преступные семьи из тех, кто повменяемей – сами пусть гастролёров убирают.

– Захотят ли? – выразил сомнение Фред, делающий пометки в блокноте.

– Кто их спрашивать будет? Пока они в рамках работают, сотрудничают с властями в таких вопросах, то живут. Нет… так можно и повторить зачистку.

– Ага…, – Виллем увлечённо записывал в блокнот.

– Не трудись, – сказал Фокадан другу, – есть у меня заметки по этим вопросам. Тезисно набросал, а потом уже и подробно расписал, чуть ли не философский труд получился.

– Ух ты! – Восхитился Фред, – сильно!

– Мужчины! – Прервал разговор весёлый голос Лиры, – прекращайте серьёзные беседы, тут к вам две леди в гости собрались!

На веранду вышла Лира, сильно похорошевшая после родов. За руку женщина придерживала Кейтлин, увлечённо вертевшую головой по сторонам. Завидя Фреда, малышка заулыбалась и протянула к нему ручки.

Сорок третья глава

Ситуация с бездействием Англии прояснилась: британцы начали предъявлять права на активы САСШ. Случайно так сложилось, или верна теория сторонников теории заговора[896] о хорошо рассчитанной акции, сказать сложно.

Попаданец склонялся к теории заговора просто из-за послезнания. Попадалась в своё время информация о Джуде Бенджамине и его связями с Ротшильдами и британскими финансовыми кругами. Отчасти это подтверждалось как странными поступками финансиста КША во время Гражданской, так и его послевоенной судьбой[897].

Встречались и другие, не менее интересные персонажи как в КША, так и в САСШ, как продолжал себя величать северный осколок страны. В той истории, что помнил Алекс, банкиры со своими спекуляциями проскочили в игольное ушко. В этой истории не вышло.

Кредиты, как оказалось, брали прежде всего в Банке Англии, его фактических филиалах и при его посредничестве. Когда это вскрылось, поднялся такой вой…

КША сравнительно безболезненно прошли этот период: не в последнюю очередь потому, что документы Бенджамина Джуды попали в руки хунте. Что уж там вскрылось, попаданцу никто не докладывал, так что предположения остались исключительно умозрительными, основанными на всё том же послезнании и разыгравшейся паранойе.

Свою роль сыграл и тот факт, что никто по сути не верил в победу КША, так что и кредитов никто не давал – за исключением кредита от Франции. Наполеон предпочёл погасить этот кредит не золотом, а политическими преференциями для своей страны, привязывая Конфедерацию к себе.

Неглупо, деньги он вернул в десятикратном размере, пусть и косвенно. Помощь в Мексике, поставки хлопка прежде всего на ткацкие фабрики Франции… В экономике Алекс разбирался относительно слабо, так что ликбез от понимающих товарищей не слишком-то помог. Понял только, что Наполеон – голова, и в этой ситуации отыграл мастерски.

А вот Север… Англия медленно, но верно прибирала к рукам САСШ, но уже не как колонию, а как собственность. Не собственность Британии, а собственность британских граждан. Вряд ли Британия будет натыкаться на грабли в очередной раз, присоединяя новые-старые территории.

А вот сделать фактически вассальную страну на континенте… это легко. Более того, это очень удобно, можно будет устраивать разные провокации руками САСШ, делая потом удивлённые глаза в ответ на претензии. И защищая своего пёсика, если вдруг что… удобно.

Если в иной реальности именно Великобритании стала хвостом САСШ (США), то здесь явно намечается обратная тенденция. По какой-то причине попаданца это невероятно забавляло.

Открылась наконец и причина внезапного нейтралитета России.

– С ума сойти, – только и смог сказать Алекс после чтения газеты.

«… союз двух Великих Континентальных Империй выглядит противоестественным и опасным. Два естественных противника – Франция и Россия, заключили союз. Хочется спросить, против кого?

Да-да, дорогие читатели, такие союзы заключаются только против кого-то. Слишком сильны эти страны по отдельности, чтобы нуждаться в ком-то ради мелких деяний.

Великая Франция, с её развитой промышленность и бесчисленными колониями по всему миру. И