будут восприниматься с пониманием. Не всегда с восторгом, но хоть что-то… Да и буйные ирландцы поостерегутся безобразничать – Кельтику и ИРА они уважают.

Алекс слушал его, обдумывая предложения и стараясь включить на максимум аналитические способности, отточенные штабными играми, политикой и каким-никаким, но «предзнанием[879].

Генерал говорит правду, но не договаривает. А потом… скорее всего, его отодвинут в сторонку. В лучшем случае оставят декоративные посты. Не потому, что ирландцы, а потому, что нормальное государство не будет терпеть усиливающиеся этнические группы. Тем более такую, на пике национального самосознания.

В КША и без того хватает этнических сообществ: креолы, кажуны[880], немцы, голландцы, шведы, англосаксы (которые далеко не однородны). Индейцы из Пяти Племён[881] и дикие. Цветные и негры – тоже не однородное сообщество. Так, для попаданца стало шоком узнать, что в Новом Орлеане многие цветные те ещё расисты. Причём высшей расой они считают именно цветных, потому как те якобы переняли лучшие черты обоих рас.

И вот в это-то варево кинуть ирландцев… Очень непростая будет адаптация. На первых порах нужна жёсткая иерархия военизированной структуры ИРА, а вот потом… Потом ИРА постараются оставить прежде всего культурные функции, максимально урезав военизированность.

– Сколько у меня времени? – Спросил он без обиняков, – до того момента, когда я стану лишним?

К чести генерала нужно сказать, что он слегка смутился, но не отвёл глаза.

– От года до трёх. Потом… учиться поедете или путешествовать в Европу. Надолго. Не только вы, но и почти все офицеры ИРА из наиболее одиозных.

Сердце на мгновение сжала боль. Опять лишний…

Сорок вторая глава

– Отделяются, – с блаженной улыбкой сказал Фред, не отрывая глаз от газеты. Алекс на это только хмыкнул, но чего греха таить – не без нотки радости.

После проигрыша в войне, Север остался при своих, а с учётом чудовищных долгов и экономики, способной развиваться только за чужой счёт, ситуация там катастрофичная. Всё ещё можно было исправить, но слабый президент в Вашингтоне и рискованные игры банкиров привели к закономерным результатам: ситуацию решили выправлять за счёт простых граждан.

Приняли законы и поправки, появились таможенные барьеры, из карманов работяг и среднего класса начали выбивать последние центы. Как водится, налоговое бремя переложили прежде всего на регионы. Просчитались…

Где-нибудь в Европе такой сценарий мог состояться, и скорее всего, именно европеец его и составлял. Территории в Европе ограничены, сильные войска, сильные соседи… Крестьяне подняли бы десяток-другой бунтов, войска расстреляли бы восставших из пушек, на этом всё бы и закончилось. Главное, чтоб столица и пара-тройка наиболее важных городов соблюдали относительное спокойствие.

Но здесь людям есть куда уходить. Они и уходили, порой целыми штатами… Помимо окончательно потерянных штатов Юга, Техаса и Калифорнии[882], к КША присоединись Виргиния, Иллинойс, Кентукки и Миссури. Властям Союза едва удалось отстоять Мэриленд, соблазнив колеблющихся жителей налоговыми преференциями. Но не удалось отстоять Канзас, зажатый между КША и индейскими территориями.

Ушли и территории[883]. Немногочисленные белые переселенцы не горели желанием платить усиленные налоги Вашингтону, а настоящие хозяева этой земли – индейские племена, заключили союзы с КША, Калифорнией и Техасом.

Вопреки ожиданиям попаданца, резать скальпы белым фермерам не стали, ограничившись введением запретов на въезд новых. Фермеры, к слову, не огорчились – первые белые переселенцы в большинстве своём вполне мирно договаривались с индейцами. Это потом уже, следующие волны, чувствуя поддержку солдат за спиной…

На индейских территориях начала развиваться Индейская Конфедерация. Пока это робкие ростки будущей государственности, но они имели все шансы окрепнуть. Благо, индейцы Пяти Племён вполне развиты. Чероки, к примеру, так резво взялись перенимать цивилизацию белых, что по уровню среднего образования и культуре земледелия обогнали их. Своя письменность, газеты, парламент… Индейской цивилизации просто нужно немного времени, чтобы окрепнуть. В знакомой попаданцу истории их сбили на взлёте, здесь шансы стать самостоятельными игроками у индейцев очень хорошие.

В Калифорнии и Техасе земли хватало с избытком, так что претендовать на индейские территории нет смысла. Другое дело, там хватало аборигенов… но поскольку они не из числа Пяти Великих Племён, то судьба диких индейцев мало волновала цивилизованных. Да пожалуй, судьбу диких нельзя назвать такой уж страшной – каждый второй ковбой в Техасе из числа индейцев[884].

В КША свободной земли не столь много, но с учётом демографической катастрофы, рабочих рук куда меньше, чем уже окультуренной земли.

В земле южане не нуждались, но и помогать Союзу, пусть даже косвенно – в экспансии на индейские земли, желание не возникло. Так что запрет индейцев поддержали на самом высоком уровне.

– Вот теперь я спокоен, – выдохнул Фред, отложив газету, – эти земли уже не будут англосаксонскими. И мне это нравится!

– Очень может быть, – пропел Алекс, задумавшись о своём и постукивая пальцами по подлокотнику лёгкого плетёного кресла.

– Ты явно знаешь больше, чем говоришь, – тоном прокурора сказал друг, – давай!

– Неявно пока. Заметил, что не всех мигрантов в КША привечают? Ирландцев, шотландцев, валлийцев, французов, поляков… Словом, кого угодно, лишь бы не англосаксов.

– Неужто!? – Выдохнул Виллем, привстав в кресле, – наши?

Он так взволновался, что аж вспотел, лицо покраснело, а руки, стискивающие подлокотники кресла, явственно подрагивали.

– Ничуть, – успокоил Алекс возбуждённого друга, – Просто чистых англосаксов в Конфедерации мало. Сам Ли, ещё несколько человек из Верховных. Больше таких, как Борегар – креолов. Или вроде как англосаксы, но не чистые. У кого индейские предки… сам ведь знаешь, что ради земли поселенцы охотно роднились с вождями. Мда… у кого ещё что. Ну и самое главное – французы.

– Оторвать хотят Юг, – моментально сообразил Фред, снова откидываясь на спинку кресла и вытирая лицо платком, – логично… КША и так от Союза отошёл, да ещё и отношение к людям стало другим. Большинство ветеранов волнует не национальность или даже раса, а то, воевал ли ты, и в каком полку. С неграми родниться пока не спешат, но кое-каких цветных уже принимают на равных.

– Да. Окончательно расовые проблемы в прошлое не ушли, да наверное, и не уйдут никогда. Хм… я вот сейчас подумал, что лет этак через десять, если принимать переселенцев-англосаксов, всё вернулось бы на круги своя. А так креолы давят, да французы, да мексиканцы… Все хотят, чтобы Конфедерация как можно резче дистанцировалась от Союза.

– Индейские племена ещё не забудь.

– Всё так. Получается, никому англосаксонское влияние в КША не нужно.

– Ха, – оживился валлиец, – я вот сейчас подумал… куда поедут те эмигранты из Европы? Раньше-то в САСШ