место, куда самолёты можно будет посадить. Где-то на границе периметра, чтобы мне не тратить силы на новые охранные амулеты, а просто сдвинуть на время уже имеющиеся. На деревья внимания не обращай. Те, что будут мешать, их феи срубят под корень, – дал я ему указание.

– Угу, ясненько.

– А мне что делать? – спросила Маша.

– Пока останешься со мной в лагере, – ответил я ей, потом увидел, что Борис собирается что-то сказать и опередил его: – Ты тоже.

Глава 2

Подумал-подумал и решил, что на разовую акцию не стоит тратить драгоценный орихалк. Для амулетов сгодятся и костяные, раз им работать только несколько часов. Мало того, я чуть не совершил серьёзную ошибку. Всё дело в том, что я посчитал количество амулетов на всех членов экипажа тех трёх-четырёх самолётов, о которых сказал Илье. Вот не разбираюсь я ещё до конца во всём этом технологическом изобилии, которым представлен местный мир! Потому и посчитал, что для управления самолётом требуются все авиаторы. Лишь решив отдельно обговорить детали с советским лётчиком, я узнал, что для взлёта, короткого полёта и грубой посадки достаточно будет всего одного пилота. То есть, хватит одной волшебной безделушки на один самолёт. И тогда их количество можно смело увеличить вдвое. Втрое… нет, пожалуй, это перебор. Ведь важно не только подчинить вражеских поводырей воздушных механизмов, но и спрятать их быстро и хорошо.

В качестве амулетов я решил использовать клыки секачей с колечком из тонюсенькой орихалковой проволоки. Работы такого амулета хватит от трёх до шести часов – вполне достаточно, чтобы держать вражеского пилота под контролем во время перелёта от Витебска до моего леса. Куда сложнее оказалась и заняла намного больше времени подготовка маскировочных амулетов для сокрытия посадочной полосы для будущих трофеев. Феи успели её подготовить, разведчики вернулись с данными, а я всё ещё возился с этими волшебными поделками. В этом деле одноразовость не вариант, ведь самолёты какое-то время будут находиться на открытом пространстве в ожидании, когда их разберут на куски и отправят в переработку.

Наконец, после недели работы на износ одиннадцать амулетов были готовы. Три из них закроют будущую посадочную полосу. Остальные на несколько часов превратят немецких пилотов в мои марионетки.

– Рассказывайте, что узнали, – обратился я к оборотням.

– Скорее высмотрели, – с толикой обиды сказал в ответ Семянчиков. Намекал, что я так и не выполнил своё обещание по поводу обучения их немецкому языку, и парням пришлось полагаться лишь на свои глаза. Но что делать? Амулеты мне были важны, потому свои силы и время потратил не на ритуал, а на них. – Есть недалеко от Витебска крупный аэродром с бомбардировщиками. Там на двух полях садятся два типа самолётов. Это «хейнкели» сто одиннадцатые и восемьдесят восьмые «юнкерсы». В каждом тонн десять точно есть, сплошь железо, дерева нет или мы его не нашли. В ширину крылья у них двадцать и двадцать три метра. Меряли бечёвкой с узелками, так что, могли и ошибиться. В длину один пятнадцать, второй примерно восемнадцать. По четыре человека экипажа в каждом. Летают почти каждый день на восток, наших бомбят, суки рваные, – тут у докладчика непроизвольно вырвался горловой рык.

– Успокойся, скоро перестанут, – поставил я на место подчинённого. – Простой злостью не поможешь своим.

– Извини, Киррлис, – виновато опустил голову оборотень.

– Так, что дальше? Как там с охраной, сколько часовых?

– Очень хорошая охрана, но только против обычных людей, – усмехнулся Иван и переглянулся со своим тёзкой, что также сидел сейчас с довольной улыбкой на лице. – Четырнадцать вышек с пулемётами, пять дзотов, три забора с колючей проволокой и минные поля с двух сторон. На территории шесть зениток крупного калибра и столько же малого. Охраняет территорию народу с батальон где-то. Всего там четыре казармы для лётного состава и охраны, есть небольшое здание, где немцы хранят продукты и харчуются…

– Вот бы их там потравить извергов, – прервал парня Прохор.

– Однажды сами сдохнут, – поморщился я. – Всех немцев убить не в моих силах. Итак, когда самолёты захватим, нанесём Германии урон, как целый армейский полк.

– Точно, можно будет и медаль, а то и орден получить за это, – подхватил Илья. – Самолёты с обученным экипажем стоят очень много.

– Мне продолжать? – с обидой поинтересовался Семянчиков.

– Да, Иван, извини, мы тебя слушаем.

– У батальона есть три бронетранспортёра, один лёгкий танк и пять грузовиков. В трёх местах стоят замаскированные лёгкие пушки тридцати семи миллиметров. Ещё есть четыре миномёта пятьдесят миллиметров. У некоторых солдат я видел подсумки с винтовочными гранатами…

Услышав упоминание об этом оружии, я невольно поморщился. В памяти ещё было свежо воспоминание, как немцы убийственно удачно отстрелялись по варгам такими гранатами.

– … в целом, с нашими силами даже не стоит и пытаться в открытую нападать на аэродром. Мы, конечно, там всё и всех побьём, но наши потери будут огромные, – подытожил Иван. – Нужно тихо, как мы с Ванькой, прокрасться мимо постов, забраться внутрь самолётов перед вылетом и сидеть там под амулетами скрыта. Места там мало, но пилоты под воздействием магии не заметят вас даже в том случае, если будут прижиматься к вам боком. Потом перебить экипаж, который не нужен для полёта, загипнотизировать лётчика и лететь сюда.

– Эх, жаль танк в самолёт не засунуть, – вздохнул Прохор. – Энто ж сколько бы хорошей стали привезли бы сюда!

– Борода, да танк твой весит, как два самолёта, – хохотнул Семянчиков. – Как же его тащить по воздуху-то?

– Сам борода, – не остался в долгу беролак. – Магия ещё не то могёт.

Их перепалку прервал Илья. Он мельком взглянул на них, потом посмотрел на меня и спросил:

– А когда пойдём за самолётами?

Эти слова заставили всех замолчать и уставиться на меня.

– Через несколько дней. Мне нужно отдохнуть после амулетов, восстановить резерв маны, – ответил я им. – Без магии на такое опасное дело я не пойду. Такой риск мне не нужен.

В глазах помощников мелькнуло разочарование. Они-то считали, что я сорвусь в путь чуть ли не сегодня вечером. А тут такой ответ.

А на следующий день в лагерь пришёл на лыжах Тишин с интересной новостью, которая отодвинула рейд на аэродром ещё на несколько дней. Алексей сообщил, что в Лепеле среди немцев появились несколько кандидатур для вербовки в «кровники». Подразумеваю тех, кто даст мне на своей крови рабочую клятву верности. Двое кандидатов занимают хорошие должности в комендатуре, ещё главврач военного госпиталя и командир механизированной роты. Последний командовал несколькими десятками водителей и двумя дюжинами грузовиков,