но часто ругаются, кто главный и кто полезнее для дела. До этого они грабили на дорогах, иногда похищали кого-то за выкуп, но когда познакомились с ней, стали воровать девушек. Хватали в деревнях и на дорогах, продавали в богатые дома и замки, но часто ругались, что за крестьянок и бродяжек много не дают. Потом умыкнули дочь какого-то купца в Монпелье и за неё выручили хорошие деньги. Тогда и появилась эта Гермина. Её привёл Малье. Она сказала, что у провинциалов большой спрос на красивых и воспитанных барышень, а таких больше всего в Сен-Марко. Тогда кто-то возразил, что так просто богатую барышню не умыкнуть, но она сказала, что с роднёй можно поделиться, а чтоб скрыть пропажу, устроить похороны. Так они и делали.

— Сколько барышень успели украсть в Сен-Марко?

— Шесть. Я видел только двух. Их привозили ночью и до открытия ворот держали в доме. Потом давали им какое-то снадобье, чтоб они заснули мёртвым сном, и прятали в ящике под полом кареты.

— У кого какие обязанности были в шайке?

— Клиентов и девиц искала Гермина. Она жила где-то в городе, у неё свой дом, много знакомых, связи. Она же всё организовывала и со всеми договаривалась. Девиц похищали Дюмон и братья. Потом Блез и Роже увозили их из города, передавали заказчикам и получали деньги. Малье находил похожих девиц на улице, тех, кого не хватятся, и убивал. Трупы привозили в карете в дом. Мне потом приходилось всё там отмывать от крови. Ещё были две старухи, они занимаются тем, что обмывают трупы. Я носил им записки с адресом, куда они должны явиться, чтоб всё подготовить к похоронам. Они живут за блошиным рынком, Анна и Клемента. Их там все знают.

— А что делал ты?

— К счастью, мне не пришлось заниматься этим мерзким ремеслом. Я готовил еду, стирал, мыл, топил камин, чистил его. Иногда помогал Блезу ухаживать за конём. Он не такой злой, как остальные. Иногда мне приказывали следить за домами и какими-то людьми.

— Как ты передавал сведения о том, что узнал?

Мальчик настороженно взглянул на него.

— Ну, да, я в такие дни жил в ночлежке на окраине и мог немного отдохнуть от всего этого. Я умею писать, потому записывал всё на листочки и прятал в условленном месте.

— Ладно, я вижу, что ты вполне честен со мной, — кивнул Марк. — Тебя переведут в более удобную камеру и станут хорошо кормить, а потом я буду ходатайствовать о смягчении наказания для тебя. А теперь давай, расскажи более подробно об известных тебе похищениях.

Закончив допрос далеко за полночь, Марк решил не спешить с остальными и отправился домой спать. Но и утром он не торопился спускаться в подземелье Серой башни и вызывать узников. Он хотел больше узнать о тех, с кем имеет дело, и вместо этого отправился в южное крыло королевского замка, где размещались административные службы, королевские гвардейцы и военное ведомство.

Именно там он нашёл графа де Монфора, прославленного рыцаря, у которого не было ни земель, ни богатства, и его единственным достоянием были военный опыт, беспримерная отвага да проворный меч. Он всегда служил королям, и золотой порой для него были войны, когда он во главе своего отряда мчался на врагов под знаменем Сен-Марко. Но войны закончились, и боевые командиры были больше не нужны королю. Однако юный Жоан не мог допустить, чтоб герой, проливавший кровь за королевство, остался совсем уж не у дел. Да и новый коннетабль, молодой военачальник барон Аллар не прочь был использовать богатый опыт своего соратника, потому поручил ему организацию обучения молодых рыцарей, поступающих на военную службу.

В этот час де Монфор со скучающим видом читал какие-то аккуратно сшитые рукописи, и было видно, что они ему не нравятся.

— Скажи мне, Марк, — уныло произнёс он, увидев его на пороге своего кабинета, — как можно обучить стратегии и тактике избалованных юнцов, которые интересуются лишь пирами и турнирами, а военному искусству предпочитают рыцарские романы с трогательными сюжетами? Мне уже надоело погружаться в мир их романтических фантазий, которые они сочиняют вместо того, чтоб чётко описать диспозицию, дислокацию, построения, включая первый, второй эшелон и резерв, координацию атаки и тактику ведения боя. Горе нам, если мы ввяжемся в войну, имея таких командиров!

— Не все сразу становятся талантливыми полководцами, — рассмеялся Марк. — Я таким и вовсе не стал. Тактика на поле боя далась мне нелегко, а стратегию я и вовсе не освоил!

— Не прибедняйся, — проворчал де Монфор. — Я знаю, что обучение требует упорства, времени и опыта. Но вы, обучаясь, точно знали, что ещё год или два, и вам придётся встать рядом с нами в боевой строй. А эти бездельники слишком быстро усвоили, что наступил прочный мир, а потому военное дело — это парады, мундиры, знамёна и прочая мишура. Они хотят красиво выглядеть в доспехах и не желают знать о том, что война — это кровь и грязь бесконечных дорог, холодные ночи под открытым небом и вражеское войско, ощетинившееся копьями. А может, это занятие просто не для меня! Ладно, говори, зачем пожаловал? Не за тем же ты явился в такую рань, чтоб великодушно позволить мне отдохнуть от этого бесполезного занятия!

— Верно, — Марк присел в кресло напротив и спросил: — Помните ли вы некоего Грегуара Малье, служившего когда-то под вашим началом? — и, заметив, что граф погрузился в раздумья, выложил перед ним необычный кинжал с перекрестьем рукоятки в виде золочёной изогнутой ветки.

Увидев оружие, де Монфор вздрогнул и, вдруг схватив его, поднёс едва не к самым глазам.

— Ты нашёл его, Марк? Ты поймал этого негодяя? Отдай его мне! Я своими руками вырву ему сердце!

— Похоже, у него много врагов, готовых уничтожить его без всякой жалости. Так вы его знаете?

— Знаю, — мрачно произнёс де Монфор и положил кинжал на стол. — Это оружие когда-то принадлежало Риккардо Дежардену, моему лейтенанту. Ты знаешь, что у меня, как и у тебя, не было ни своего отряда, ни денег, чтоб собрать и вооружить его. Потому граф де Бове поставил меня капитаном в сводный отряд лучников и пехоты. Стрелки были из свободных городов, слаженные и отлично взаимодействовавшие друг с другом, а вот пехота… Это были наёмники, явившиеся кто откуда. Часть из них были опытными и