произнес Версей, и его светлые глаза встретились с моими. – Гром-баба, так вас называют в деревне? Звучит как издевательство, но по сути – комплимент. Гром – это громко и мощно.

– Обзывательства деревенских дурачков – это важно? – спросила я.

– Мне – да. Я пытаюсь узнавать людей и по их собственным определениям и по тому, что говорят о них другие.

– Если уж так прилипло, называйте Гром-девицей. Но ты со своей дотошностью и обзывательствами тоже бесишь меня, как и тот громила своим пафосом, а седой бородатый начальник – своими подвохами.

Версей перевел взгляд на Иду, и его выражение чуть смягчилось – едва заметно, самую малость.

– А вы, Ида, – сказал он. – Про вас говорят, что вы умеете чертить печати, которые не под силу городским магистрам. Это правда?

Ида, которая до этого момента стояла чуть позади меня, вышла вперед. Я чувствовала, как она напряжена, но голос у нее был ровный и спокойный.

– Я долго училась, – сказала она. – И у меня были хорошие наставники.

– Эрвин, отшельник с восточного склона, – кивнул Версей. – Я его знаю. Угрюмый старик, но гениальный маг. Если вы его ученица, это многое объясняет. – Он улыбнулся – легкой, едва заметной улыбкой, которая не затронула его глаз. – Добро пожаловать в отряд. Надеюсь, мы сработаемся.

– Я тоже надеюсь, – ответила Ида.

Мейрой, который все это время возился со своими деталями, вдруг вскочил с лавки и подбежал к нам. При ближайшем рассмотрении он оказался еще более чумазым, чем я думала: по его лбу тянулась полоса сажи, а под ногтями чернело машинное масло. Но его улыбка была такой широкой и искренней, что на него трудно было сердиться.

– Итак, – сказал Торн, – теперь, когда вы друг друга знаете, перейдем к делу.

Он подошел к стене, на которой висела большая карта местности. Карта была старая, пожелтевшая, с потрепанными краями, но очень подробная. Я узнала нашу деревню, город, гарнизон, реки, леса. А выше – горы. Беспредельные горы, уходящие за край карты, словно нарисовавший их картограф в какой-то момент просто отчаялся и оставил остальное белой пустотой. Выше известного. Выше того, куда добирались люди.

– Вот здесь, – Торн указал на участок карты, обведенный красным, – находится территория, которую мы называем Верхним пределом. Это примерно три дня пути вверх от Старого Карьера. Выше – неизвестность. Мы знаем, что там есть муравьиные города, драконьи гнезда, места обитания перепончатых змей и горгулий. Знаем, что там водятся демоны – и довольно крупные. Знаем, что иногда оттуда падают камни. Но мы не знаем главного: что находится еще выше. И не угрожает ли нам оттуда какая-то опасность.

– Почему именно сейчас? – спросил Версей, и я заметила, что его монетка перестала вертеться. – Мы десятилетиями не лезли ни наверх ни вниз дальше известных маршрутов. Что изменилось?

Торн помолчал. Потом ответил:

– Снизу угрозы для нас минимальны. А сверху – сами знаете. То обвал, то провал, то речка бурно польется… Три месяца назад наша наблюдательная станция на пике Коготь зафиксировала странную активность. Колебания магического фона. Порождения нечисти стали появляться чаще.

– То есть, – медленно произнес Версей, – вы предполагаете, что источник проблем находится выше, в неизведанных областях.

– Именно. Король хочет, чтобы мы разведали обстановку. Узнали, что там происходит. И, если возможно, устранили угрозу до того, как она спустится к нам.

– Шесть совершенно разных человек, – проворчал Гор из своего угла. – Против неизвестно чего. Отличный план. Просто замечательный.

– Семь, – поправил Торн. – Я иду с вами.

В комнате повисла тишина. Даже Гор, казалось, удивился. Первый Воин лично возглавит разведку – это означало, что дело действительно серьезное.

– Наша задача, – продолжал Торн, обращаясь ко всем нам, – разведать территорию выше Верхнего предела. Составить карту, по возможности вступить в контакт с местными разумными существами. Всех опасных существ устранить.

Я кивнула.

– Ида – маг. Мейрой поможет вам всякими техническими штуками, также может обработать раны и лечить. Гор и Береника – лучшие воины королевства.

На этом признании мое лицо расплылось в улыбке.

– Я первый раз такое слышу про какую-то Беренику, - запротестовал Гор.

– Версей – продолжал Торн – отвечает за сбор и анализ информации.

– А вы? – не задумываясь я сморозила глупость

– А без меня – вы просто кучка ругающихся друг с другом воинов.

Мы с Гором сверкнули друг на друга соперничающими взглядами

Что поделать, если он мне сразу не понравился, а я – ему.

– Есть вопросы? – Пытливо спросил Торн.

– Мы возьмем мулов? – лениво протянула слова я, уже находясь в раздумьях, как это все осуществить.

– Хороший вопрос, – отметил Торн. Мулы идут вверх по тропинкам, которые проложены в виде серпантина. Это сэкономило бы нам силы, но, боюсь, сейчас главное для нас – время. Думаю, сами мы залезем наверх быстрее.

– Прошу прощения, – поднял руку Мейрой. Все обратили взгляд на него. – Вы сказали, мы кучка ругаюшихся воинов. Я просто уточнить. Я не собираюсь ни с кем ругаться. Особенно с новенькими. Ида маленькая и хрупкая, ее надо оберегать. А Береника…

Все начали ждать, что же он такое сморозит про меня.

– А Береника, – самое прекрасное создание в жизни, какое я только видел.

Все заулыбались, а я покраснела. Этого я не ожидала.

– Да, эти идеальные суставы, действующие как рычаги, – продолжал он, перейдя на какой-то бред, – Эти большие мускулы в идеальном балансе и чтобы носить собственное тело и чтобы достаточно резво двигаться…

– Все, все, Мейрой, – заговорил Торн, – мы поняли, Береника для тебя, – технически совершенная биологическая машина.

– Ну, я не совсем это имел в виду… – замялся Мейрой.

Я вздохнула и закатила глаза. Забрав у него со стола моток добротной веревки, я перекинула его на плечо.

– Ты все равно не унесешь, а нам вверх лезть, – пояснила я. Когда мы идем? – взглянула я на Торна.

Торн посмотрел на меня, и в его желтых глазах промелькнуло что-то похожее на удовлетворение от признания лидерства.

– Через три дня. Времени мало, но экипироваться нужно как следует. Мейрой, на тебе – подготовка снаряжения для всей группы. Версей – собери все доступные сведения о том,