Наша поездка длится не больше двадцати минут. После чего водитель плавно останавливается возле ресторана под названием Zur Goldenen Gans — "У Золотого Гуся".

Внутри ресторана уже шумит толпа гостей. Мягкий джаз создаёт расслабляющую атмосферу, а официанты ловко лавируют между столиками, предлагая напитки и закуски. Лёгкое, почти невесомое прикосновение руки Романа к моей пояснице направляет меня вперёд, к столику, где нас уже ждут представители компании-юбиляра.

Вечер начинается с приветствий и поздравлений. Я впервые на таком мероприятии, поэтому чувствую себя немного скованно, но стараюсь улыбаться и поддерживать беседу.

— Очень рада познакомиться, — произношу я, пожимая руку седовласому мужчине в строгом костюме. — Ваш город просто очарователен!

— Спасибо, — отвечает он с тёплой улыбкой. — Надеюсь, у вас останется время, чтобы немного осмотреть его.

— Обязательно постараюсь, — заверяю я, понимая, что нет. Завтра мы улетаем.

Пока я увлечённо расспрашиваю о местных особенностях ведения бизнеса, я чувствую на себе взгляд своего босса. Когда мы встречаемся глазами, замечаю, что он смотрит тяжело, изучающе, словно пытается прочитать мои мысли. В глубине его глаз я вижу неясную тень — то ли насмешку, то ли вызов. Во время тоста за процветание компании я выпиваю бокал шампанского, надеясь расслабиться. Но ощущаю лишь нарастающее напряжение.

— Нервничаешь? — слышу тихий голос Романа.

Его внезапное появление рядом заставляет меня вздрогнуть.

— С чего ты взял? — отвечаю я, стараясь сохранить непринуждённый тон.

— Вижу, — коротко отвечает он, улыбнувшись уголком губ, и отходит, оставив меня в замешательстве.

* * *

После официальной части начинается неформальное общение. Гости расходятся по интересам, образуя небольшие группы. Я оказываюсь в центре жаркой дискуссии о новых логистических решениях, адаптированных под специфику Калининградского региона. Кажется, у каждого есть своё мнение, подкреплённое опытом и знанием местных особенностей.

Вдруг сквозь шум голосов, я слышу вопрос, адресованный Роме:

— Роман, позволите украсть вашу очаровательную помощницу на танец?

Я оборачиваюсь и вижу рядом с собой Николая Сергеевича — представителя "Транс-Балт" — компании, с которой мы на днях заключили выгодный контракт.

Букреев бросает взгляд на меня, затем снова на Мезенцева. Уголки его губ едва заметно дёргаются в подобии улыбки.

— Только если Екатерина сама этого захочет.

Мгновенно отреагировав, мужчина одаривает меня хитрой улыбкой и обращается ко мне с притворным обожанием:

— Екатерина, окажете мне честь?

Одна мысль о танце с кем-либо, а тем более с этим человеком, вызывает во мне протест. Его присутствие пробуждает мучительное дежавю, словно передо мной стоит призрак моего бывшего мужа — та же самоуверенность во взгляде, та же манера говорить, от которой веет холодом.

— С удовольствием, — неловко улыбнувшись, отвечаю я, вкладывая свою ладонь в его.

И вот мы уже движемся к танцполу, где в причудливом ритме двигаются другие пары. Музыка приятная, но я чувствую себя не в своей тарелке. Мезенцев придвигается слишком близко, его дыхание опаляет моё ухо, когда он начинает что-то бормотать о том, как прекрасно я выгляжу и как рад знакомству со мной.

— Катенька, вам когда-нибудь говорили, что вы неотразимы?

Какая банальщина. У меня возникает желание показать своё презрение. По спине пробегает струйка пота.

Мне неприятен этот человек.

Я стараюсь поддерживать разговор, сохраняя безопасную дистанцию. Слегка отстраняюсь, надеясь, что мужчина поймёт намёк.

Однако он, кажется, не замечает моего дискомфорта. Его рука скользит чуть ниже по спине, и я чувствую, как по телу пробегает неприятный холодок.

Весь танец я ощущаю жжение между лопатками. Чувствую пристальный взгляд Ромы, который прожигает меня насквозь. Я не могу понять, что означает этот взгляд — ревность, раздражение или просто профессиональный интерес?

— Как насчёт провести время в месте, где нам никто не помешает? — не унимается Николай, делая недвусмысленные намёки.

— У меня завтра рано утром самолёт. Я бы хотела выспаться.

Я на грани, дико хочется оттолкнуть его и выбежать на свежий воздух. Рука Николая напрягается, он раздражается на мой отказ. Я пытаюсь высвободиться, но он не даёт. В панике верчу головой, шаря глазами по помещению. Но никому нет дела. Все веселятся, выпивают, общаются.

— Ну, не ломайся, чего ты? Нам будет хорошо…

Он продолжает говорить, но я его не слышу из-за шума в ушах. Мне плохо и страшно.

Всё заканчивается, когда к нам подходит Рома.

— Николай Сергеевич, — улыбается он, и его улыбка больше похожа на оскал. — Какие-то проблемы? Позвольте и мне потанцевать с моей помощницей.

— Что ж, — Мой партнёр нехотя отлепляется от меня и недовольно поджимает губы. — Пожалуйста.

Мезенцев уходит в сторону столиков, а Рома берёт меня за руку и привлекает к себе. Я позволяю ему это сделать.

— Спасибо, Роман Николаевич, — тут же наиграно тянет он, словно пробуя слова на вкус, и в голосе отчетливо сквозит едкая ирония.

— За что это? — хмурюсь, не понимая подвоха.

— За то, что спас тебя, — парирует он, и я почти вижу, как играет у него усмешка на губах.

Мы оказываемся слишком близко друг к другу. Это дезориентирует. Пульс учащается, я чувствую, как кровь приливает к щекам, мурашки выступают на коже.

— Я тебя не просила, — вру я, потому что только и делала, что искала взглядом хоть кого-то, кто поможет отвязаться от Мезенцева. — Сама бы справилась…

— Ну да, ну да, — ухмыляется он, шевеля воздухом мои волосы на макушке. — Я, может быть, и поверил бы, если бы не видел твоё напряжение и твоё лицо. Ты была готова сбежать, Кать. И не нужно этого отрицать.

Я молчу, не зная, что ответить. Он прав, и это раздражает. Почему он всегда видит меня насквозь? Так легко читает мои эмоции?

— Тебе не стоило соглашаться на этот танец, если он доставляет тебе такой дискомфорт, — его голос становится мягче, почти заботливым.

— А что я должна была сделать? Отказать важному клиенту? Это не в моей компетенции. — Есть разные способы отказаться, не обидев человека. Но ты выбрала самый сложный.

Музыка заканчивается, и я чувствую облегчение. Но Рома не отпускает меня. Он продолжает держать мою руку, смотря мне прямо в глаза. — Пойдём, я закажу тебе что-нибудь выпить. Тебе нужно прийти в себя.

— Мне ничего не нужно, — отрезаю я, пытаясь вырвать свою руку. — Просто оставь меня в покое.

Я резко разворачиваюсь и направляюсь на выход из ресторана, чувствуя на себе взгляды. Мне нужно выбраться отсюда.

Глава 13. Роман

Мой кабинет — моя крепость, здесь всё функционально и современно. Не терплю беспорядок на рабочем месте. У каждой вещи есть своё место. Вот только