звука, с которой произносятся ключевые речевые формулировки…»

– Карис? – позвала с лестницы Винола.

Услышав голос ученой, Хаеки замерла. Затем кинулась собирать разбросанные по полу листы. Карис отбросила книгу и вскочила с кровати, чтобы помочь, но Ферайн опередил ее. Тень метнулась вперед, выхватила листы и ручку из рук Хаеки, засунула все это под койку Линдли и опустила на пол край одеяла, чтобы было не видно. Тело Карис запротестовало против неожиданного вытягивания сил, и она резко села.

– Спасибо, вонючка, – прошептала Хаеки.

– Пожалуйста.

Секундой позже в дверях появилась Винола с очередной стопкой книг в руке. Ее щеки раскраснелись от напряжения, а лоб покрывал пот. Казалось, она бежала всю дорогу из библиотеки.

– Я знаю, как снять эффект конструкта, – без предисловий выпалила она.

Карис шумно вздохнула и выпрямилась.

– Придумала наконец?

– В теории. На практике… не совсем. И есть еще одна проблема. – Винола рассеянно осмотрела комнату – бросила взгляд на Хаеки, на упавшую книгу, на смятую постель. Она переложила книги в другую руку. – Или возможно, есть проблема, пока не знаю. Перемещение твоего шрама может свидетельствовать об ускоренном распаде чар. Со всеми вытекающими.

У Карис свело живот.

– Что это значит?

– Это значит, что привязка может срастись навсегда, поэтому нам нужно разделить вас как можно скорее, если мы хотим иметь хоть какую-то надежду. – Винола вытерла лоб. – Если еще не поздно. Мне нужно поговорить с Ревином. Он должен знать, какое разрешение…

– Но эффект конструкта… – перебила Карис. – С ним можно что-нибудь сделать?

– Думаю, да. Принцип я поняла, но пока не до конца разобралась, как… – ученая пыталась подобрать слово, – убавить… сместить эффект. По сути, это как камень, катящийся с горы. Теперь, когда он в движении, я не могу его остановить, но, возможно, у меня получится изменить его траекторию. Думаю, эффект можно полностью перенаправить в безопасное русло, но для принудительного смещения требуется большая сила, приложенная с предельной точностью.

– А если что-то пойдет не так?

– Уверена, ты догадываешься. Эффект идет своим чередом – мы теряем Ферайна. Будь у меня больше времени, думаю, я сумела бы подобрать средства защиты, но если перемещение шрама действительно указывает на распад чар, то этого времени у нас нет. Мне следовало подумать об этом раньше.

Тень Карис расползлась по полу и пересекла тень Винолы.

– Тогда, может, стоит пересмотреть наши приоритеты? – спросил Ферайн.

– В смысле? – Винола сдвинула брови.

Ферайн заговорил на торайгианском, и Карис, хотя не поняла ни одного слова, догадалась, в чем суть его предложения по потрясенному лицу Винолы.

– Нет. – Она поднялась с кровати. – Я понимаю, о чем ты, Ферайн, и говорю: нет!

Тень со вздохом вернулась к ней, чтобы не слышали остальные.

– Будь практична, – сказал Ферайн. – Тебе нужно время.

– А еще мне нужны деньги. Твой отец не заплатит моему трупу. – Она сжала кулаки.

– Заплатит, если я буду настаивать… – Ферайн сохранял раздражающее спокойствие. – То есть я хотел сказать, что мы не можем позволить себе ждать каких-то гарантий или защитных мер – не говоря уже о распаде чар: чем дольше это тянется, тем выше риск для тебя. Если слишком затянуть, оплата станет бессмысленной.

– Что это может значить?

– Карис, ты прекрасно знаешь, что это может значить. Деньги тебя не спасут, если Сабастер…

– Да пошел ты… – взорвалась она.

Хаеки и Винола вздрогнули.

– Ты тоже об этом думаешь, – не смутившись, парировал Ферайн. – Я знаю, что думаешь.

– Мы проделали этот путь не только ради того, чтобы ты совершил благородное самоубийство. – Она словно бы выплюнула последнее слово. – Твоя жизнь за пятнадцать тысяч кретов, Ферайн. Я дала тебе обещание. Если ты хотел умереть, мог бы сделать это в Святилище, ни дна ему, ни покрышки.

– Это не самоубийство. Это просчитанный риск.

– Твои расчеты – дерьмо.

– Сабастер может отозвать твой контракт хоть завтра. – Он сказал это без эмоций, просто и прямо.

Карис будто под дых ударили. Она открыла рот, чтобы ответить, но не смогла выговорить ни слова.

– Двенадцать лет, так? С тех пор как вы заключили договор, – продолжил он тем же равнодушным, холодным тоном. – Сабастер сказал, что призовет тебя, когда созреет вместилище. Может быть, завтра, или в следующем месяце, или через несколько лет – но с каждым днем шансы растут. Нам обоим известно, чем ты рискуешь, ожидая. Мы оба знаем его намерения. Когда придет время, ты должна оказаться вне досягаемости своего господина, а это значит – Торайг.

Он точно знал, в чем ее слабость. Она сама показала ему, куда вонзить острие.

– Лучше бы я тебе не говорила, – прошептала Карис.

Тень заколебалась, силуэт распался и собрался вновь. Когда Ферайн опять заговорил, голос его звучал тише, но ровнее.

– Как только Винола разберется в механике, позволь мне рискнуть, – сказал он. – Пока не поздно. Пожалуйста, Карис.

«Нет, – подумала она. – Меня этим не запугаешь. Ты считаешь себя самым умным, но я-то знаю, что ты пытаешься сделать». Атмосфера в комнате накалилась до предела. Хаеки застыла в оцепенении, Винола встревожилась. Они слышали только то, что говорила Карис, и, должно быть, это звучало нелепо, но никто из них не смеялся.

Но прежде чем Карис успела продолжить спор, заговорил графин с водой в глубине комнаты.

– Позволь мне помочь, Сын Ночи, – сказала Нульер.

Винола вскрикнула, и книги упали на пол. Шуму от этого было много, обложки раскрылись, корешки хрустнули.

– Ой, простите, – сказала она, торопливо нагибаясь, чтобы подобрать их.

Не говоря ни слова, Хаеки присела, чтобы помочь Виноле. Она осторожно разглаживала страницы, опустив голову. Даже когда встала и протянула книги Виноле, Хаеки не подняла глаз. Не нужно было гадать, кто подсолил воду.

– Чего тебе, слизняк? – резко бросила Карис.

Из графина послышалось шипение, словно вода внутри находилась под сильным давлением. Карис хотелось перевернуть сосуд и вылить содержимое на пол или выбросить графин за окно. И вообще совершить что-то жесткое и бессмысленное. Хотелось выскочить из комнаты. Хотелось, чтобы все остальные убрались прочь.

Нульер лучше удалось справиться со своим гневом.

– Несмотря на всю твою безграничную неблагодарность, – произнесла она напряженным свистящим голосом, – я тебя обезопасила от врага.

– Как? Ты их всех убила?

Вестница не клюнула на подначку.

– Я направила их на восток, к столице, – сказала она. – Пусть они рыщут по всей Вареслии, чтобы тебя найти. Только это не продлится вечно. Времени мало, отступница.

– Мне все так говорят. Чего ты хочешь, Нульер?

– Того, чего я хотела всегда. – Вода в графине успокоилась, шипение стихло. – Помочь Сыну Ночи. Исцелить его недуг.

Карис вздрогнула.

– Что?

– Он тронут вражеской силой. Я верю, что