всех наций общий проект* который обязательно должен предоставить великим державам специальную роль в деле сохранения мира при помощи силы».

«Точные положения относительно процедуры голосования по вопросам этого характера, – говорится далее в этом послании, – не содержались ни в советском, ни в американском меморандумах, представленных в Думбартон-Оксе».

«Наши представители там, конечно, не имели возможности притти к определенному соглашению по этому вопросу».

«Вы, – писал президент Рузвельт Генералиссимусу И. В. Сталину, – и я должны теперь найти путь к завершению дела, столь успешно продвинутого ими от нашего имени».

В этом письме все обращает на себя внимание, – и то, что пять великих держав объявляются главными хранителями мира, и что без единогласия среди них невозможно этот мир сохранить и укрепить, и что в деле сохранения мира пять великих держав играют специальную роль, особенно когда им придется применять, для сохранения мира, силу. Не случайно же статья 47 Устава Организации Объединенных Наций, говорящая о военно-штабном комитете Совета безопасности, устанавливает, что военно-штабной комитет состоит из начальников штабов постоянных членов Совета безопасности или их представителей. Это и разъясняет смысл формулы, употребленной президентом Рузвельтом в цитированном выше письме, когда он говорил о специальной роли великих держав для сохранения мира при помощи силы.

Достойно внимания и то, что президент Рузвельт обращался в этом письме с призывом найти путь к завершению дела, начатого в Думбартон-Оксе, и этот путь к завершению такого дела был найден в решении, принятом на конференции в Сан-Франциско, вошедшем в наш Устав в качестве статьи 27, установившей принцип единогласия при решении в Совете бозопасности непроцедурных вопросов.

В этом письме говорилось далее о том, что, в силу основной ответственности постоянных членов, от них нельзя ожидать при настоящих условиях, существующих в мире, принятия на себя обязательств действовать в таких серьезных делах, как поддержание международного мира и безопасности, в соответствии с решением, с которым они не были бы согласны. Поэтому для того, чтобы принятие решений Советом безопасности большинством голосов было возможным, единственным практическим методом будет предусмотреть, в отношении непроцедурных решений, единогласие постоянных членов плюс совпадающие голоса, по крайней мере, двух непостоянных членов. По всем этим причинам, указывалось в письме президента Рузвельта, четыре приглашающих правительства согласны с формулировкой и представляют ее конференции, как необходимую для того, чтобы была создана международная организация, через которую все миролюбивые нации могут наиболее эффективно нести их общую ответственность для поддержания мира и безопасности. Таким образом, принцип единогласия признавался в качестве основного условия создания самой международной организации, получившей впоследствии свое нынешнее название Организации Объединенных Наций.

В этом заявлении покойного президента Соединенных Штатов Америки были очерчены основные политические тенденции, цели, задачи принципа единогласия. Но более развернутую картину дает, однако, другой документ, о котором сейчас тоже следует напомнить, ибо о нем некоторые основательно, кажется, стали забывать или уже забыли. Я имею в виду заявление американской делегации на Ялтинской конференции 6 февраля 1945 года, сделанное тогдашним министром иностранных дел США Стеттиниусом 29. В заявлении американской делегации содержится анализ упомянутого выше предложения президента Рузвельта. В этом анализе указывалось, что данное предложение находится в полном соответствии со специальной ответственностью великих держав за сохранение всеобщего мира и что это предложение «требует безусловного единогласия постоянных членов Совета по всем важнейшим решениям, относящимся к сохранению мира, включая все экономические и военные принудительные меры».

В заявлении американской делегации указывалось, что это предложение признает желательность откровенного заявления постоянных членов Совета о том, что мирное урегулирование любого могущего возникнуть спора есть дело, имеющее международное значение, – дело, о котором суверенные государства – члены имеют право изложить свою точку зрения без произвольного запрещения. В заявлении американской делегации указывалось на то, что предложение, представленное делегацией США, излагает текст положений и специальный перечень тех решений Совета, которые, согласно этому предложению, потребуют безусловного единогласия, и отдельно перечень тех вопросов в области споров и мирного урегулирования, при котором любая сторона в споре должна воздержаться от голосования.

Нельзя не отметить также и того обстоятельства, что в этом американском заявлении подчеркивались два важных момента в вопросе о процедуре голосования, о «вето».

Первый момент – или первый элемент, как говорилось в этом заявлении, – заключается в том, что для сохранения всеобщего мира необходимо единогласие среди постоянных членов.

Второй элемент, который подчеркивался в заявлении, это то, что для народа США исключительно важно, чтобы была предусмотрена справедливость для всех членов Организации. В заключение в этом заявлении указывалось, что задача, которую ставит перед собой правительство США, состоит в том, чтобы примирить эти два элемента.

Так была поставлена задача в документе, который мы можем назвать предложением правительства США о введении в Устав ООН принципа единогласия при голосовании в Совете безопасности непроцедурных вопросов.

3. Роль принципа единогласия в деле международного сотрудничества

По вопросу о роли и значении принципа единогласия, или, как его называют, «вето», Министр иностранных дел Советского Союза В. М. Молотов в 1946 году на Парижской конференции говорил, что основной смысл его заключается в побуждении великих держав к совместной работе, в том, чтобы затруднить интриги одних против других, что будет, без сомнения, в интересах всех Объединенных Наций и в интересах всеобщего мира.

«Таким образом, вето направлено на то, чтобы действия великих держав шли на пользу всех миролюбивых государств как больших, так и малых», – говорил В. М. Молотов. *

Так была сделана «попытка создать, наконец, действенную организацию для обеспечения всеобщей безопасности. Именно вето играет здесь главную роль. Принцип вето требует от всех великих держав внимания к их общим интересам и к интересам всеобщего мира, затрудняя создание узких блоков и группировок одних держав против других держав и тем более затрудняя возможность чьих-либо сделок с агрессором за спиной и против интересов миролюбивых стран» (Молотов).

«Отказ от права вето, – говорил В. М. Молотов в 1946 г. на Парижской конференции, – конечно, облегчит создание узких группировок и блоков среди великих держав и во всяком случае развяжет руки тем, кто является противником единого фронта Объединенных Наций в защите дела мира».

Эти слова Министра иностранных дел СССР В. М. Молотова бьют не в бровь, а в глаз всем тем, кто пышет ненавистью к «вето», кто, как аргентинский и некоторые другие делегаты, дали, видимо, аннибалову клятву уничтожить принцип единогласия. Борьба против так называемого «вето» не случайное явление и не выражение каких-либо личных взглядов.

В этой борьбе находит свое отражение борьба двух основных направлений