глаза, а через секунду рядом с ней появилась ледяная повозка, в которую могли поместиться минимум пятеро.

Марьяна, чертыхнувшись, создала нечто похожее для остальных. Она старательно делала вид, что не замечает обмякшее тело своего мужа в руках Сидорчука и Григория.

— А где Новиков? — спросил я.

— Все еще собирает вещи, — фыркнула Нина. — Или спрятался.

— Нужно его найти, грузите вещи. И будьте наготове каждое мгновение.

Тем временем петля продолжала разрушаться. Крыша главного дома уже лишилась части бревен, они просто растворились, как и все остальное. Марьяна смотрела на это все пустым взглядом и обхватив себя руками. Я понимал ее печаль. Она больше двухсот лет выстраивала этот уютный мирок, а теперь огромная часть ее жизни стремительно исчезала.

— Его нигде нет! — крикнула Зельда, выскочив из лаборатории. — Я все обыскала.

— А вон он бежит, руками машет, — криво улыбнулся Сидорчук.

Новиков действительно бежал, но не к нам, а от Пушка. Граница купола пропала, и теперь зверь жаждал до нас добраться.

— Готовьтесь, господа, нас ждет славная битва, — в руках Сидорчука появилась серебристая водяная нить.

У Шипова вокруг пальцев образовались комья земли, а Григорий вооружился вилами. Только он один помнил про свойства шкуры Пушка.

— Помогите! — орал Новиков, едва не падая. — Он меня убьет!

И в это мгновение мир содрогнулся.

Над головой раздался тонкий хрустальный звон, а затем временная ловушка схлопнулась, навсегда прекратив свое существование. Лес исчез, и возникло широкое поле без единого куста.

Все застыли и даже задержали дыхание, с удивлением оглядываясь. Все, принесенные в петлю вещи, повисли в воздухе, а потом упали на зеленую траву с глухим стуков. Чуть дальше трясли головами наши лошади. Они, слава небу, не пострадали.

Запыхавшийся Новиков, который не сразу заметил, что вокруг все изменилось, удивленно оглядывался в поисках Пушка.

Но он тоже пропал.

Мишель встряхнулся, пригладил волосы, поправил камзол и с гордо поднятой головой подошел к нам.

— Так все закончилось? Мы выжили? Это же прекрасно, — сказал он, широко улыбнувшись.

— Но что нам делать дальше? — спросила Иварская. — Куда ехать? На что жить? Где жить?

— У меня в банке был один секретный счет, — негромко сказал ей Карелин, — могу дать в долг на первое время.

Он поднял свой и ее чемодан — повозки исчезли вместе с петлей, — и предложил ей свою руку.

Шипов и Зельда обнялись, прижавшись лбами, Сидорчук все улыбался, а Марьяна, наконец, обратила внимание на мужа. Тот еще не пришел в себя, но думаю, это вопрос времени.

Убедившись, что никто не пострадал, я кивнул Григорию, и мы, взяв лошадей под уздцы, отправились к дормезу, который сейчас стоял посреди поля в метрах пятидесяти от нас. Предлагать поехать с нами, я никому не собирался. Люблю путешествовать без случайных попутчиков.

Шагов через десять я все же остановился, обернулся и глянул на растерянного Новикова.

— Кстати, Мишель! С днем рождения! Живи и процветай!

И пошел дальше.

Глава 8

С помощью магии и такой-то матери, мы смогли все же преодолеть несколько километров по полю и выехать на нормальную дорогу. Дальше дормез покатил без остановок до самых Больших Вяток. Лошади шли бодро, явно соскучившись по хорошей прогулке за столько времени.

И когда через часов пять показались ворота города, я украдкой перевел дух, а первое, что я спросил у встретившего нас стражника — это какой сегодня день.

К моему изумлению, по датам выходило, что мы провели во временной петле больше недели, и уже наступил август. Вот такой странный выверт магии!

Это приключение оставило неизгладимый след в памяти, и сейчас мне просто хотелось ощутить вкус жизни, спокойно побродить по городу и ни о чем не думая. А еще поесть мяса. Много мяса! Ребрышки, шашлыки, стейки — все, что могли предложить местные повара.

Утолив острый голод, в голове мелькнула мысль запереться с книгами в номере гостиницы хотя бы на пару суток, но в итоге меня хватило всего на три часа. То ли книга попалась не интересная, то ли быть в замкнутом пространстве мне уже опостылело, но так или иначе, уже вечером мы с Антипкиным осматривали достопримечательности Больших Вяток.

Их оказалось целых три: нелепое здание суда, узкий парк с тремя фонтанами и памятник императору Георгу Второму, который был изображен сидящим на троне.

— Негусто, — вздохнул я, уже второй раз обходя постамент. — Даже не знаю, куда тут еще можно сходить. В театр?

— Тогда можа я пока запасы пополню? — от перспективы культурно просветиться, Григория перекосило так, что вернулся деревенский говор. — Вы еще сколько дней планируете здесь задержаться?

— Не знаю, Гриша, дня три, не меньше. Тут такая скукота вокруг, что не могу не нарадоваться. Никто не нападает, не экспериментирует с магией, не строит безумные теории.

— Никаких странных тварей, — усмехнулся Антипкин. — Хотите заскучать перед дорогой?

— Именно. Заскучать, — рассмеялся я.

— Алексей Николаевич, а вам разве не интересно, что будет дальше с нашими случайными знакомцами?

— Считаешь, что я поступил некрасиво, бросив их там? — я с любопытством посмотрел на Григория. — Им это только на пользу. Не забывай, что они архимаги, а значит, голова на плечах есть. Сами разберутся, — потом Марку напишу список их фамилий, чтобы он приглядел за ними. — Не думай о них. Лучше давай костюм тебе поприличнее найдем.

— Алексей Николаевич, а может, не надо? Мне и так вроде неплохо… — неуверенно ответил Антипкин. — Чего на меня деньги тратить?

— Как у вас в армии было? Повседневный комплект и парадный, правильно?

— Так…

— А на тебе сейчас что? Рабочий. Значит, нужно найти парадную и повседневную. Мало ли где мне нужно будет появиться, а ты мой помощник, должен соответствовать в парадном, а повседневный — для вот таких прогулок. А эту носи в дороге.

Антипкин всерьез задумался, не отрываясь смотря на памятник. Я же обратил свое внимание на местных барышень, которых стало подозрительно больше за последний час. Они неторопливо вышагивали в компании экономок, прицельно стреляя в меня взглядами. Фигуристые, лицом чистые, носики вздернутые, а глаза лукавые.

— Алексей Николаевич! Вы видели⁈ Статуя мне подмигнула! — внезапно напряженным голосом проговорил Григорий.

— Если ты не хочешь сейчас идти в ателье, — я перевел на него взгляд, — так и скажи, не нужно придумывать небылицы.

Но на памятник все же посмотрел. Высеченная из мрамора фигура, устремила свой взор далеко за наши спины и не двигалась.

— Да точно вам говорю, что подмигнула.

Антипкин не на шутку взволновался. Но даже если каменные глаза действительно на мгновение закрылись, я точно понимал, что не