class="p1">Их светский диалог прервала наемница, она выглянула на улицу и, обернувшись, процедила:

– Нам конец, сир, к ним подкрепление прибыло.

Маг секунду помедлил, как бы думая, стоит ли отвлекаться на такие мелочи. Потом проворчал:

– Людишки…

Повернулся и пошел к выходу, на ходу бросив женщине:

– Смотри за ним.

Как только колдун отвернулся, Соболь попытался выдернуть саблю, но вместо этого, только дернулся всем телом. Руки не слушались его. Они прилипли к телу, словно он был связан. Наемница ухмыльнулась:

– Не дергайся. А то он еще хуже что-нибудь с тобой сделает. Подожди, сейчас он поджарит твоих девок-спасительниц и опять тобой займется.

«Что еще за девки? – мысль мелькнула и исчезла. – Надо что-то придумать, пока колдун ушел». Однако, что можно сделать, оказавшись связанным без веревок, Радан не знал. Он впервые в жизни попал под магическое воздействие и ему это совсем не нравилось. Он собрал всю волю и попытался пошевелить руками – но тщетно, тело отказывалось повиноваться. Даже упасть не смог, так и стоял столбом в углу.

Однако, через минуту борьбы с самим собой он что-то почувствовал – рука, в обшлаге рукава которой был зашит пергамент, начала теплеть и понемногу зашевелилась. Соболь перевел взгляд на наемницу, она не смотрела на него. Вместе с испуганным хозяином лавки, который так не слова и не сказал после появления новых гостей, они заглядывали в окно, пытаясь разглядеть, что происходит на улице.

Тепло начало расходиться по всему телу и вместе с ним уходило онемение, наложенное колдовством мага. Соболь стоял, стараясь случайным движением не выдать того, что он уже не статуя. Сомнений у Радана не было – это пергамент сломал заклятье мага со шрамом. Не само же оно прошло?

На улице что-то произошло – даже здесь, в помещении было слышно, как один за другим прозвучали два взрыва, а потом, вдруг, запела боевая армейская труба. «Откуда тут армия?» – удивился Соболь, и поблагодарил богов за помощь – то, что происходило снаружи, приковало внимание врагов. Они просто прилипли к окну. Радан пошевелил сначала руками, потом ногами – все работает. Больше не скрываясь, он шагнул из угла и вырвал из ножен клинок.

Реакция наемницы оказалась великолепной – как бы не была она увлечена улицей, услышав за спиной движение, женщина мгновенно развернулась и рванула из ножен меч. Однако и Соболь уже стал нормальным – быстрым как зверек в честь которого ему дали его второе имя. Наемница только ухватила рукоять меча, а у её горла уже трепетало острие сабли Радана.

– Только дернись! – серьезно предупредил он. Потом, не отводя глаз от опасной женщины, спросил, окончательно побелевшего хозяина:

– Куда выходит вторая дверь?

– На другую торговую улицу, – быстро ответил тот. – Я там, правда, сам не ходил, только выглянул вчера.

– Так ты не хозяин? – не удержался Радан, однако ответа ждать не стал, а приказал: – Свяжи ей руки. Только быстро!

Тот задергался, оглядывая комнату:

– Я не знаю, чем.

– Пояс! Сними с нее ремень!

Трусоватый парень стараясь не глядеть в лицо наемнице, повернулся и протянул руки, но, вдруг, охнул и начал заваливаться на пол. Воительница не стала ждать, когда её свяжут, как только он загородил её своей спиной, она выхватила нож и воткнула ему в живот. Подхватив падающее тело, с силой толкнула его на Соболя и бросилась в атаку.

Радан увернулся от валящегося на него тела и краем глаза заметил падающий сбоку меч. Он нырнул в ноги нападавшей и снизу, молниеносно, воткнул клинок под короткую кожаную юбку. Наемница как раз шагнула в его сторону, чтобы усилить удар меча телом. Она захлебнулась и, продолжая движение, непроизвольно еще больше оделась на саблю. Меч выпал, женщина согнулась и схватив клинок сабли обеими руками, завалилась рядом с «хозяином».

– Помоги…, – прохрипела он, пуская красные пузыри. – Добей…

Соболь, закусил губу, стараясь ни о чем не думать, приставил клинок под левый нагрудник из белого металла и надавил всем телом. Потом выдернул саблю, вытер её о край кафтана мертвого «хозяина» и быстро пошел в другую комнату. Надо уходить отсюда – магу он точно не противник.

Комната была чем-то вроде склада и сразу столовой – в углу даже стояла узкая лавка, накрытая овчинным полушубком – кто-то ночевал здесь сегодня.

– Врал, гад! – выругался Соболь, комната была пуста, на столе у стены стояла одинокая чашка с остатками похлебки. Никто не собирался накрывать стол, «хозяин» был один. «А где же настоящий хозяин? – тревожно подумал Радан. Однако, задерживаться не стал – надо бежать отсюда как можно скорее. Выход был широким – двустворчатая дверь – для товара, понял Соболь. Он толкнул створку, та приоткрылась и застряла – что-то мешало с той стороны. Радан вспотел. «Вот демон! Неужели не открою?» Он уперся плечом, надавил, дверь еще немного поддалась и застряла окончательно. Он попробовал просунуть голову, та с трудом, но прошла. «Все, тогда проползу», – решил Соболь. Просунув руку с саблей вперед, он начал протискиваться.

За дверью оказался небольшой темный тамбур, не видя куда, он поставил ногу и почувствовал что-то мягкое. Уже догадываясь, что там и холодея от этой мысли, он все-таки встал на то, что там лежало и толкнул наружную дверь. Свет залил тамбур, и он разглядел на чем стоит – на полу друг на друге лежали два трупа. Сверху совсем молодая девушка, а под ней мужчина с короткой седой бородой. Стараясь не дышать, Соболь выпрыгнул наружу. Не отпуская дверь, еще раз оглядел мертвецов. Никаких ран, никакой крови, лежат словно просто заснули. У Радана сразу всплыла мысль о колдуне – так умертвить мог только он. «Значит, вот они – настоящие хозяева. Это им я должен был передать пергамент, – он вспомнил убитого в другой комнате другого «хозяина». – Гад, туда тебе и дорога».

С этой стороны лавки, на улице уже тоже никого не было, народ успел разбежаться. Соболь не стал открывать закрытые на массивный запор, высокие ворота, а просто перемахнул через забор и понесся вдоль улицы.

***

Хазимай не успела пройти и пары шагов, как дверь огненной лавки открылась и на пороге появился человек в плаще с откинутым капюшоном. Высокий, широкоплечий, с длинными, до плеч, вьющимися русыми волосами, с правильными чертами лица – мужчина был красив. Даже бледность лица и шрам на правой щеке, не портили общего впечатления, наоборот, придавали загадочности и мужественности.

Однако, появившаяся высокомерная улыбка, сразу лишила лицо привлекательности. Все затихли – маг уже показал себя, легко