мило улыбайтесь и как бы невзначай иногда касайтесь его грудью… НУ НЕ МОГУ Я ТАКОЕ ДЕЛАТЬ С ДРУГИМ МУЖЧИНОЙ!!! Я люблю только императора!!! Остальные мне противны до омерзения!!! Ну, вот и послушали. Теперь Артём с нами не разговаривает. Я его, конечно, не виню. Если он почувствовал то, что ощущали мы обе, то ему вдвойне противней было. И сейчас я понимаю, почему он так напился. Я бы на его месте послала бы нас обеих и отсела, а он весь вечер терпел…

Надо бы извиниться. Но где и когда? Не в столовой же? Да и сейчас тоже подходить не стоит. Наверное, стоит попытать счастья и, все же, подойти к леди Лии. Если император примет нас, то всем будет только лучше. И ему, и даже Артёму. Ведь нам не придется его мучать, а ему терпеть нас. И если надо, я стану такой девушкой, которая будет нравиться императору. Пусть только выскажет свои требования».

— Ликаниэль.

— Что?

— Предлагаю сейчас сходить к леди Лие и попросить ее поговорить с императором по поводу нас. Ну, или хотя бы спросить совета о том, что нам сделать, чтобы он нас принял.

— Я тоже об этом думала.

— И что решила? Идем?

— Пошли! Я так больше не могу. Если мы этого не сделаем, то и дальше будем мучать и себя, и Артёма. А если он сорвется, то мы рискуем его больше никогда не увидеть. А будучи пустышкой, остаться без нейтрализатора… да я лучше умру.

Вскоре эльфийки сидели в удобных креслах в отдельном доме, который выделили для проживания декана факультета магии крови.

— Чем обязана столь позднему визиту? — поинтересовалась вампиресса, потягивая кровь из очень красивого и древнего кубка.

— Мы можем говорить с вами откровенно, леди Лия? — поинтересовалась Ликаниель.

— Ну, запретить я вам этого не могу.

— Льета Ликаниэль имела в виду, можем ли мы быть уверенными в том, что этот разговор останется исключительно между нами для того, чтобы быть с вами откровенными? — пояснила Эльмиэль.

Лие хотелось пошутить на эту тему, но видя, что девушки очень нервничают, просто ответила:

— Я обещаю вам, что не стану распространятся о нем без вашего на то разрешения. Надеюсь, моего обещания вам будет достаточно?

— Вполне, — ответила Лика. — Не стану ходить вокруг да около и скажу сразу: мы обе любим императора и жить без него не можем.

— А от меня что вам нужно?

— Мы просим вас рассказать о том, какие девушки нравятся императору. Мы сделаем все, чтобы быть рядом с ним. Простите. Мы знаем, что вы его любовница.

— Вот даже как? Все-все?

— Все.

— Н-да. Глупенькие молоденькие девочки.

— Мы не глупенькие, — твердо заявила Эльмиэль.

— Я просто не хотела называть вас кончеными дурами. Поэтому слегка смягчила формулировку.

— ЧТО?! Да как вы смеете?!

— Льета Эльмиэль, прошу вас успокоиться, — остановила темную светлая.

— Простите, леди Лия. Не люблю, когда меня оскорбляют.

— Я вас и не оскорбляла. Это лишь была констатация факта. Но перейдем сразу к делу. Вы уверены, что любите его?

— Полностью.

— И вы хотите стать его женами?

— Это в идеале, но нам бы хоть иногда бывать с ним рядом. А если еще и изредка греть ему постель, мы бы были просто счастливы. Мы станем такими, как он пожелает.

— И у вас хватило духу сказать мне это прямо в глаза?

— Да… простите.

— Вынуждена вас огорчить, девушки. Пока только ваша внешность соответствует вкусам императора.

— Ему нравятся толстые?

— Во-первых, вы не толстые. Возможно, по эльфийским меркам, где девушки должны быть чуть полнее, чем их скелет, вы и считаетесь толстыми, но по людским меркам, вы очень стройные. Император любит, когда у его избранницы есть за что подержаться. Во-вторых, если вы считаете себя толстыми, то и я, по вашему мнению, тоже толстая?

— Простите.

— А по поводу вашей просьбы. Я подумаю. Я не готова вам ответить прямо сейчас.

— Спасибо, что приняли нас, леди. Всего вам наилучшего.

— До свидания.

Королевство ИрУндия. Магическая академия ЗАгхарда

Утром нас всех троих вызвал к себе магистр Рон. Мессир Мэл тоже находился в его кабинете.

— Доброго утра, студиозусы, — поприветствовал нас магистр.

— Доброго утра.

— Хотел бы с вами побеседовать на тему работы в наемных отрядах. Правилами академии это, конечно, не запрещается. Но я прошу вас воздержаться от подобного времяпрепровождения, — магистр держался хорошо, но он не встал со своего кресла, и я уловил в его движениях боль. Нет, она не было постоянной, она доставляла ему неудобства, когда он делал определенные движения. Он явно откуда-то недавно вернулся, и там ему определенно не было сладко. Он побывал в смертельной схватке и, возможно, даже не в одной. Похоже, мы принесли неприятности магистру, поэтому мне стало стыдно, и я тут же ответил:

— Простите за то, что доставили вам неприятности. Я обещаю, что до окончания первого курса без уважительной причины не стану наниматься в охрану караванов и в наемные отряды.

Гал и Трон не заметили того, что заметил я, но поняв, что я не спроста дал такое обещание, пообещали магистру то же самое.

В столовой ко мне подошел какой-то студиозус из богатеньких дворян. Почему из богатеньких? Ну, во-первых, он сосал такой же леденец, что и Дзин, а во-вторых, его манера общения сразу возвысила его над остальными, не говоря уже про то, что подошел он ко мне не один, а в компании нескольких прихлебателей.

— Привет, — обратился он ко мне, когда я сидел за столом простолюдинов.

Я поднял взгляд и ответил:

— Привет.

— Я пришел оказать тебе честь. Я дозволяю тебе заниматься со мной магическими техниками, описанными в книгах Высшей библиотеки академии.

«Ох, ты ж, етишкин-качерыжкин, он мне честь пришел оказать! Охренеть, какого он о себе мнения. С таким мы точно не сработаемся! Жаль, конечно, но теперь с учетом скидки за обучение мне необходимо будет заработать еще сто золотых! Надеюсь, если еще появятся желающие обучаться секретным техникам из Высшей библиотеки, они будут не такими же нарциссами, как этот», — подумал я, а вслух ответил:

— Мне твоя честь не нужна, оставь ее себе.

— В смысле?! Ты мне отказываешь?

— Отказываю в чем? Насколько я понял, ты не о чем не просил. Ты с чего-то вдруг решил, что это я возжелал тренироваться с тобой и даже попросил тебя об этом. Смею тебя заверить, я ни о чем тебя не просил и не испрашивал твоего дозволения. Поэтому и дозволять мне нечего. А если это была твоя просьба, то ты определенно выбрал неверную