самогон, я про напиток, что нам давали на посвящении в студиозусы. Называется Промыватель. Сможешь достать?

— Думаю, смогу.

— Тогда договорились. Во сколько?

Ликаниэль и Эльмиэль сначала напряглись от моего ответа про планы на посещение неприличных заведений, но когда я согласился, расслабились.

— К двенадцати подходите к студенческому трактиру, — ответила Эль.

— Спасибо за приглашение, мне идти нужно. Хочу еще кое-что успеть сделать. Увидимся в столовой.

Эльфы кивнули, и я убежал. Мне еще предстояло забрать конспекты у леди Ванессы, если она мне их отдаст, конечно, и после первого занятия получить разрешение на использование водного шара вне полигонов.

Перед дверью в аудиторию по магическому конструированию я привел себя в порядок и постучал.

— Войдите, — услышал я голос преподавателя.

— Доброго утра, леди Ванесса. Могу я надеться получить ваши конспекты?

— Доброго. Надежда умирает последней, студиозус Тёмный.

— Полностью с вами согласен. Так вы подпитаете мою надежду или добьете, чтобы не мучилась?

Женщина улыбнулась.

— Вот, держите. У вас интересное логическое мышление, юноша. Возможно, вы добьетесь успеха там, где я потерпела поражение. Надеюсь, если это случится, вы про меня не забудете?

— Даже если этого не случится, я про вас точно не забуду. Такую женщину просто невозможно забыть.

Я почувствовал, как у леди Ванессы возникло непреодолимое желание больно стукнуть меня чем-нибудь тяжелым, но она сдержалась. А после, улыбнувшись, ответила:

— Идите уже на занятия, студиозус Тёмный!

После первого занятия я, как и обещал, подошел к аудитории целительской магии. У двери меня уже ожидал Каранарис.

— Привет. Готов?

— Всегда готов. Привет.

— Тогда идем.

Водник постучал в дверь.

— Войдите, — послышался из-за двери голос старого целителя.

— Студиозус Штиль, студиозус Тёмный, вы что-то хотели?

— Если честно, мы хотели бы задать вопрос мессиру Эльраду.

— А откуда вы вообще узнали, что я здесь? — изумился преподаватель по магии воды. Судя по всему, Каранарис действительно обладает недюжими способностями добывать информацию. А, скорее всего, он отлично умеет договариваться с разумными, отсюда и умение добывать информацию.

— Да я просто не нашел вас в вашей аудитории и спросил, не видел ли вас кто. Мне сказали, что видели, как вы зашли в аудиторию к мессиру Гримхольду.

— Да? И что же вы хотите?

«Ага, спросил он, как же. Да он еще вчера знал, что Эльрад к Гримхольду сегодня заявится. Ай, молодца парень. Надо будет взять на заметку и по случаю воспользоваться его талантом. За вознаграждение, разумеется».

— Дело в том, что студиозус Тёмный — универсал, и я обучил его заклинанию водный шар. Сами понимаете, в быту без него никак. Парень итак каждое утро в умывальную бегает. Ну, разве ж это дело? Ну и прежде, чем обучить его основному заклинанию для очистки тела, я решил, что неплохо было бы начать с водного шара. А практиковать такое заклинание на полигоне — не лучшая идея. Оно же абсолютно безопасное. Вот мы и подошли к вам. Хотим попросить у вас дать разрешение на использование этого заклинания вне полигона студиозусу Тёмному.

— Ну, просите, раз есть такое желание.

— Каранарис слегка опешил от такого ответа, чем вызвал улыбку на лице Эльрада.

— Мессир Эльрад, прошу вас разрешить мне использовать заклинание «водный шар» вне полигонов, — тут же попросил я.

— Сформируй его.

Я сформировал.

— А теперь переверни руку ладошкой вниз.

А вот это уже подстава. Я-то его еще не так хорошо контролирую. Точнее, я не пробовал так делать и не знаю, что будет, если попробую.

Сосредоточившись на заклинании, я медленно начал переворачивать кисть. Заклинание бы не изменило форму, не будь у меня в мозгу внушения, что вода, оставшаяся без дна, обязательно должна пролиться на пол.

Шар начал превращаться в элипсоид, а тот формироваться в каплю. Но я вспомнил, что когда он был расположен в обычном состоянии, то все равно имел форму шара. И стенок, не позволяющих вылиться, у него не было. А значит, это мое подсознание меняет форму шара. Я сосредоточился, и вода вновь приняла шарообразную форму, а я спокойно довернул кисть.

— Разрешаю, — ответил Эльрад и повернулся к мессиру Гримхольду, собираясь продолжить разговор, прерванный нами.

— Благодарю вас, — произнес я, и мы оба покинули аудиторию.

— Скажи, а как тебе удается так часто выбивать себе время на закрытом полигоне? — поинтересовался я у Каранариса.

— Прости, но это секрет. И надеюсь, ты не станешь об этом распространяться?

— Не стану. Жаль, но надеюсь, мы не нарушаем никаких правил академии и никого не принуждаем к тому, чего он делать не хочет?

— За это можешь не беспокоиться. Все чисто, и все довольны. Поверь. А рассказывать про это я не хочу потому, что это мой способ, и если о нем будут знать другие, то воспользоваться им станет куда сложнее.

— Понятно. Я тебе верю.

— Вот и хорошо. Тогда до встречи.

— До встречи.

После следующего занятия я решил подойти к преподавателю по магии огня. Ну, а почему нет? Ведь я уже довольно хорошо контролирую огненный лепесток.

— Что вам, студиозус Тёмный?

— Простите, мессир. Я хотел попросить вас разрешить мне пользоваться заклинанием огненного лепестка вне полигонов.

— Вы так в себе уверены?

— Да.

— Ну, показывайте, раз набрались наглости подойти с этой просьбой именно ко мне.

Я сформировал на ладони огненный лепесток. Этот вариант был куда лучше и больше того, что я показал ему в пошлый раз. Но преподаватель магии огня и в этот раз решил его задуть. Он набрал в легкие воздух и даже дунул. Но я заметил, что с его губ сорвалось заклинание ветра, и оно должно было погасить мой огонек. Слишком уж резким оно вышло. Но я вовремя отреагировал, придав огню плотности и подпитав его маной. А затем, на всякий случай, я сжег огарки маны, что успели сформироваться вокруг моего заклинания. И все это в купе дало очень интересный эффект. Такой же, который создают земные «укротители огня», разбрызгивая горючую жидкость изо рта на горящий факел.

Мое пламя вместо того, чтобы потухнуть на пару секунд, вспыхнуло и чуть не опалило преподавателю брови и ресницы. Я тут же попытался разрядить обстановку, видя, как маг огня начал хмурится.

— Да вы обладаете настоящим талантом, раз сумели так сильно раздуть огонь! Вот что значит настоящий стихийный маг огня!

Хмуриться он перестал и тут же отправил меня куда подальше.

— Идите уже отсюда, студиозус.

— Эм-м-м… а разрешение свое на использование мной «огненного лепестка» вне полигонов вы даете?

— Даю. А теперь идите и не мешайте мне работать.

— Большое спасибо. До свидания!

Я вышел в коридор, но, все