Она чувствовала себя потерянной – даже в большей степени, чем когда их с Т’руук изгнали из Эльвинии, ведь тогда они были вместе, а теперь она осталась одна. Будь у Инис выбор, она предпочла бы потерять руку или ногу, чем Т’руук.

– Если грифонам Костопада нравится, что их постепенно убивают люди, это их дело. – Она обвела всех взглядом. – А я пойду спасать сестру.

– Как ты найдешь ее, скажи мне? – спросила Фрост раздражающе рассудительно. – Мы же не знаем, куда она отправилась на охоту.

Инис мрачно улыбнулась. Она вспомнила о Брокен, которая явилась ей в горячечном бреду: пятно лунного света на стене, тихий голос. Дух Брокен спрашивал ее о нитях судьбы, и теперь она знала почему.

– Я пойду по нити нашей с ней судьбы, – сказала она. – Между нами есть связь, и я буду просто идти по ней, пока не приду к сестре.

Услышав это, грифоны зашептались. Инис заметила взгляд, который Скри кинул на Фрост, обратила внимание и на необычайное, ледяное спокойствие наставницы.

– Эрроу, все не так просто, – печально заговорила Фрост. – Увидеть судьбу – значит подойти к Краю, оказаться у обрыва, который есть смерть, и посмотреть вниз. Мы, провидцы, делаем это добровольно, но редко. Долго стоять у обрыва… опасно.

– Что вы за грифоны такие? – Инис покачала головой. – Какая мне разница, опасно это или нет? Т’руук – моя сестра, и она попала в беду.

– Как ты отправишься за ней? – повысила голос Фрост, и по спине Инис побежали мурашки. Она никогда не слышала, чтобы ее наставница сердилась. – Ты же не умеешь летать, йенлин.

У Инис даже дыхание перехватило, как от удара в грудь. Сначала она потеряла Т’руук, а теперь ей напоминают о том, какая она слабая и беспомощная. Для грифонов она, существо без перьев и когтей, была вечным младенцем, и это еще в лучшем случае. Сознавать это было невыносимо.

– Я пройду пешком весь мир, если понадобится, – процедила она сквозь стиснутые зубы.

– Тебе не придется этого делать. – Фестус шагнул к Инис, глядя на нее ярко-зелеными глазами. – Я понесу тебя, ведьма-провидица Эрроу.

Инис удивленно моргнула:

– Ты?

Фестус покачал головой и оглядел стоявших вокруг грифонов.

– Конечно, я не разбираюсь в обычаях краеходов. Я попал сюда, когда провожал отца к месту его кончины, и это стало самым тяжелым испытанием в моей жизни. А Т’руук была ко мне добра. И этот человек тоже. Она помогла мне излечиться. В Эльвинии мы не отказываем в помощи тем, кто о ней просит.

– Пусть уходят, – сказал Скри, едва скрывая свою радость. – Человек и так живет у нас слишком долго. Ты же знала, Фрост, что рано или поздно все закончится именно так. Стремление йенлина-человека стать ведьмой-провидицей так же тонко и хрупко, как ее кости.

Остальные грифоны, услышав это, заговорили разом. Фрост подняла крылья и расправила их, качая головой. Она показалась Инис маленькой, печальной и очень одинокой.

– Чего бы это ни стоило тебе, Эрроу, я надеюсь, что ты найдешь ее. И вернешь сестру в ее новую семью.

«Семья – это те, кто ищет, – яростно подумала Инис. – Семья – это те, кто борется за своих».

Она встретила ярко-зеленый взгляд Фестуса и кивнула ему. На остальных она даже не смотрела.

– Спасибо тебе, Фестус. Пожалуйста… отнеси меня на Костопад. Там тихо, и мне будет легче увидеть нити судьбы.

* * *

Фестус легко приземлился среди костей, и Инис спустилась на землю. Находиться на спине другого грифона было неуютно, и она воспользовалась моментом, чтобы отряхнуться. Вокруг них, позолоченный мягким предвечерним сиянием, лежал Костопад. Недавно шел снег, и сине-зеленые кости покрылись пушистыми белыми шапками. Воздух был густ и влажен, обещая новый снегопад, так что Инис надела меховой капюшон.

– Поспеши. – Фестус беспокойно оглядывал Костопад. – Каждое потерянное мгновение грозит твоей сестре новыми опасностями. Почему ты думаешь, что именно здесь ты увидишь эти… нити?

Инис осторожно прошла под чьей-то грудной клеткой, ребра которой вздымались выше ее головы.

– Фрост говорила мне, что некоторые места по самой своей природе ближе других к Краю. Там чаще встречаются привидения, и вообще грань между миром живых и миром мертвых тоньше. Костопад – одно из таких мест.

Поднялся ветер, и разбросанные кругом кости загудели. Фестус взъерошился совсем по-кошачьи. Инис подумала: «Интересно, что его беспокоит больше – холод или духи?»

– Как вообще можно видеть свою судьбу? Ты видишь?

– Пока не знаю. – Инис поняла, что не может встретиться с ним взглядом. – Но я должна была что-то сделать. Я знала, что никто из них мне не поможет.

Найдя место, почти свободное от костей, она встала коленями на каменистую землю.

– Сейчас посмотрим.

Чтобы отрешиться от всего, Инис глубоко вдохнула, потом медленно выдохнула и стала вспоминать, как выглядел Костопад, когда она увидела его впервые. Тогда по нему бродили духи грифонов, мерцающие, как свет далеких звезд. Она стала думать о том, каково это – быть рядом с миром духов, в присутствии самой смерти. Дыхание вдруг стеснилось, окружавшие ее предметы как будто утратили плотность. Инис явилось воспоминание, как дух Брокен отделялся от остывающего тела и как погибшая грифоница пришла к девушке пятном света на стене пещеры. Тишина, призрачный свет и мертвецы…

– Ну как, получается?

– Проклятье. – Инис взглянула наверх – на всякий случай, вдруг нити судьбы все же проявились, но там ничего не оказалось. – Фестус, тише.

Молодой грифон фыркнул, отвернулся и провел клювом по перьям.

– Я думал, что у тебя получается, раз ведьма-провидица взяла тебя к себе в ученицы.

– У меня получается. – Инис моргнула, осознавая смысл его слов. Ее дар нечасто встречался даже среди грифонов, не говоря уже о людях. – Только не так быстро. Нужно время.

Инис, чувствуя, что у нее затекли ноги, с трудом поднялась, медленно развязала свой меховой плащ, сняла его и, свернув в несколько раз, подстелила под себя. Едва девушка снова опустилась на колени, как ее начала бить сильная дрожь. Выросшая в горах Эльвинии, Инис легко переносила холод, но здесь, в стране ледников и снега, холод был злой, зубастый и грыз без пощады. У нее защипало пальцы, уши и нос. Фестус перестал прихорашиваться и стал наблюдать за ней.

– Зачем ты это сделала? Ты же замерзнешь.

– Чем мне холоднее, тем ближе я к миру духов. И тем скорее я увижу свою судьбу.

– Если уж ты собралась замерзнуть насмерть, то хотя бы скажи: мне оставить твой труп здесь или ты предпочитаешь, чтобы мы его съели?

– Дай мне сосредоточиться. – Инис глубоко вздохнула. – Я должна смириться с холодом и смертью, стоящей