его пропажи. — Саймон, есть проблема. Нам здесь не место. Нужно найти способ вернуться — ну, понимаешь, обратно в реальный мир.

Саймон нахмурился. По-моему, идея ему не понравилась.

— Знаешь, приятель, это не так-то просто сделать.

— Просто или непросто, но надо попытаться, — настаивал я. — И чем скорее, тем лучше. — Мне все-таки пришлось коротко рассказать ему о сплетениях, а также об идее профессора Нетлтона о взаимозависимой реальности и обо всем прочем. Закончил я изложением сильно сокращенной версии «Теории распутывания сплетения» Нетлтона и той опасности, которой мы все подвергаемся из-за нее.

Саймон слушал, глядя в землю. Он ничего не сказал; просто кивнул и сорвал пару травинок, которые начал катать между ладонями. Я не очень понимал, слышал ли он меня вообще, и если да, то что думает по этому поводу.

— Ты меня услышал, Саймон?

— Да, да, услышал. — Он взглянул на меня и нетерпеливо отбросил травинки. — Так в чем проблема?

— Ни в чем, — поперхнулся я. — Все просто замечательно. Лучше не бывает.

— Тогда почему ты такой грустный?

— Я думал, ты будешь рад меня видеть. Я тебя чудом нашел. И вообще, до сих пор не могу поверить, что я здесь.

— Они там скучают по мне? — не слишком заинтересованно спросил он.

— Еще бы! Твои родители обеспокоены. Думаю, тебя уже полиция ищет. Еще немного, и тебя объявят пропавшим без вести. Говорю же, чем скорее мы вернемся, тем лучше будет для всех.

Саймон отвел взгляд. Я думал, он что-нибудь ответит. Вместо этого он начал рассказывать мне о том, что случилось с ним после перехода.

— Поначалу было тяжеловато, — говорил он, и я снова заметил его отстраненный взгляд. — Когда я только попал сюда, стоял конец лета, можно было найти кое-какие ягоды и плоды, чтобы поесть. Когда Ллвидди нашли меня, я бродил по холмам… понятия не имею, как долго, наверное, не меньше недели. Охотники наткнулись на мой лагерь у реки. По одежде и всему прочему они сразу поняли, что я чужой, и потащили меня к принцу. Главный Бард взглянул на меня и с ходу объявил гостем из Потустороннего мира. Можешь представить, какой тут переполох случился…

Я кивнул, хотя и не представлял ничего подобного. Я и про себя-то не мог поверить. Хотя провел уже несколько часов в этом странном мире.

— Меня приняли в племя на правах почетного члена, — продолжал Саймон. — Но ни статуса, ни имени у меня не было.

— Почему? Ты же мог назвать свое имя?

— Здесь это так не работает. Имя надо заслужить. И я успешно двигаюсь к этому. Поверь, имя у меня будет громкое!

Я вспомнил древнюю кельтскую практику. Имя человеку дают лишь после какого-нибудь подвига или особого поступка. Кроме того, человек вообще не склонен был называть свое имя первому встречному-поперечному. Многие герои легенд хранили свое настоящее имя в тайне, никогда и никому его не называя, чтобы враг не узнал его и не мог причинить вред носителю.

— И как же они тебя назвали? — заинтересованно спросил я.

— Сильфену. Найденыш. Меня же нашли у реки. Победа над предводителем Круин сегодня здорово помогла бы. — Он пожал плечами и добавил: — А-а, неважно. Будут еще шансы.

— Они сделали тебя воином?

— Нет, это я сам выбрал. Здесь это вообще самый быстрый путь к вершине. У воина высокий статус, он может приходить и уходить, когда ему вздумается. У воина только и забот, что охота и сражения. В награду — золото и слава.

— Звучит здорово, — кивнул я. — Только ведь их убивают. И некоторых довольно быстро.

— Если не везет, — согласился он. — Но мне пока везло. — Он как-то недобро ухмыльнулся. — Между прочим, ты тоже воин, не забывай.

— Спасибо, что напомнил. — Я не собирался оставаться здесь надолго, тем более принять участие в очередной битве вроде той, свидетелем которой я стал. Поэтому я постарался сменить тему. — А зачем ты выбросил мои часы?

Саймон рассмеялся.

— Вот уж ни к чему, чтобы тебя видели с ними. Время здесь мало значит.

— Где здесь, Саймон? Где мы вообще? Что это за место?

— Это Каэр Модорн, — сказал он, вставая. Он подпоясался широким тканым поясом с зелеными и черными полосами. — Пойдем. Покажу тебе окрестности.

Мы прошли через лагерь, и я заметил, что в каэре совсем нет женщин. Я поделился наблюдением с Саймоном.

— Конечно нет, — кивнул он. — Мы же простой рейдовый отряд. Женщины в таких прогулках не участвуют.

— Но в другое время они есть?

— Еще увидишь, — он иронически поднял одну бровь.

Мы дошли до выхода и направились по узкой тропинке ко рву за деревянной стеной. Впереди под нами текла широкая река, которую мы пересекли ранее.

— Это река Модорн, — объяснил Саймон. — Здесь проходит восточная граница земель Ллвидди. На другой стороне, там, где мы сегодня сражались, находится земля Круин.

Мы прошли еще немножко. Я повернулся в том направлении, куда указывал Саймон, и увидел в туманной дали, окаймленной холмами, серебристый блеск еще одной реки.

— За теми холмами на северо-западе находится Мир Ллвидан, большой залив.

Обходя каэр, я заметил, что земля изменилась, превратившись в неровное предгорье, переходящее в плато. За ним виднелись острые зубцы гор — ряд за рядом уходящие вдаль и теряющиеся в облаках и голубом тумане.

— Это Кетнесс, — махнул рукой Саймон. — В самом сердце Кетнесса расположена каменная крепость Ллвидди. Другой такой нет. Она называется Финдаргад, там древнее место клана.

Я всмотрелся в сплошные ряды гор на горизонте, а затем мы двинулись дальше. Когда мы остановились в очередной раз, я опять увидел пологие холмы и широкую речную котловину, а за ними — леса и леса.

— Там на юге, — сказал он, указывая на извилистое русло реки, — лежит Сихарт, дворец и крепость Мелдрона Маура. Отсюда, от Финдаргада на севере и Сихарта на юге он правит большей частью Запада.

— Запада чего? — спросил я.

— Придейна, — ответил он. — Одного из трёх миров. Остальные — Каледон на севере и Ллогрис на юге.

Из старых легенд мне были знакомы эти названия.