Актер низко поклонился, и музыка наконец притихла. Минас встал и зааплодировал.

— Великолепно! Выше всяких похвал! Представление потрясло меня до глубины души и было поставлено безупречно! Я даже растрогался!

Актеры все вышли на сцену и низко поклонились. Актеры все вышли на сцену и низко поклонились. Адена встала на ослабленные ноги и поблагодарила их, похлопав ладонью по культе. У самой все внутри переворачивалось и ныло. Она в ярких и ужасных красках со стороны увидела свою трагичную историю. А главное, ее не менее трагическое завершение. И поняла, что не хочет этого. Ни за что не хочет.

Ей стало трудно дышать, и захотелось выйти и подышать.

— Позвольте мне побыть в саду, — произнесла она.

— Конечно. Пойдемте, — улыбнулся Минас и проводил ее на улицу. — Как нагуляетесь, заходите обратно. Слуги вас сопроводят до покоев. А я откланяюсь, у меня еще есть важные дела, хорошо?

Адена кивнула, и Минас быстро зашел в замок. Она еще недолго смотрела на закрытую дверь, а затем сорвалась с места.

Ей нужно как можно скорее встретиться с Вирием. Рассказать ему искренне обо всем, что она думает и чувствует. Просто увидеть его еще хотя бы раз.

54. Приятное воспоминание

Адена зашла в комнату и заперла за собой дверь на задвижку. Увидела, как Вирий отложил кинжал на стол, быстро подошел к ней.

— Что-то случилось? — напряженно оглядев ее, спросил он.

Адена стиснула зубы, чувствуя, как в горле встал ком. Она помотала головой. Вирий молча смотрел на нее и терпеливо ждал, словно понимая, что она хочет успокоиться и сказать что-то важное. Адена, наконец сделав несколько глубоких вдохов, заглянула ему в глаза, больше не скрывая своих чувств. Желая раскрыться не только на словах, но и взглядом.

— Я просто больше не могу держать все в себе и хочу поделиться тем, что меня волнует, — сдавленно произнесла она.

Вирий отступил, сделав шаг назад. В его глазах отразилась тревога и волнение.

— Нет. Не нужно, это лишнее, — сказал он.

Глаза Адены стали влажными, но взгляда она не отвела. Она чувствовала сердцем и душой, что Вирий также испытывает к ней что-то. Иначе просто быть не может. Его забота и самоотверженность — яркое подтверждение тому. А остальное неважно.

— Мы пережили вместе столько всего. Ты тот человек, который разделил со мной все самые горькие моменты в моей жизни. Помог справиться с ними, защитил и спас. Я до конца жизни буду благодарна тебе за всё. И не забуду ни единого момента. Но… — она сделала к нему осторожный шаг. Вирий, замерев, смотрел на нее, словно не решался пошевелиться. Адена протянула руку к его лицу и пальцами провела по щеке. Ее сердце звучно билось от переполняющих душу чувств.

— Мне бы так хотелось еще разделить с тобой хотя бы один счастливый момент. Даже если… Даже если нам суждено расстаться, я… не смогу простить себя за то, что испугалась. Что не решилась сделать то, что очень хочу… — речь ее превратилась в сдавленный шепот, а из глаз покатились слезы.

— …О чем ты? — нерешительно прошептал в ответ ей Вирий, и в его глазах отразилась тяжелая боль, словно он чувствовал в этот момент всё то же самое, что и она. Словно полностью понимал ту тяжесть, что терзала ее душу, и невольно разделял ее, забрав часть себе.

— Ты мне нравишься… Как мужчина женщине, — прошептала она. Убрала руку с его щеки на плечо. Привстала на носочки и подалась к нему.

Всё кругом словно испарилось, и в груди образовалась небывалая легкость.

Губы нежно коснулись губ, соединяясь в робком, но самом желанном поцелуе.

В легкие проник уже до мурашек знакомый и приятный запах тела Вирия.

И душа словно воспарила высоко в небеса.

Адена наконец немного отстранилась и заглянула ему в глаза, испытывая множество приятных эмоций. Но столкнулась с напряженным взглядом Вирия и словно вернулась обратно на землю.

— …Прошу, уходи, — сказал он, глубоко дыша.

— Нет. Не хочу, — ответила она, понимая, что он гонит ее вовсе не из злости. Она вновь потянулась к его губам, но он схватил ее за талию, пытаясь остановить.

— Если ты продолжишь, я захочу большего. Поэтому… не дразни меня так жестоко, прошу, — с ноткой отчаяния в голосе вдруг прошептал он.

Душа Адены вновь воспарила, ведь она осознала наконец, почему он не хочет ее подпускать.

Она нежно улыбнулась ему, блестя глазами.

— Именно этого я и хочу. Хочу большего. Хочу не думать про то, что будет завтра, и создать с тобой то воспоминание, которое перекроет все плохие и будет согревать мою душу до конца жизни. Давай вместе создадим эти воспоминания друг для друга, Вирий, — выдохнула она, чувствуя, как колотится сердце.

Глаза Вирия блеснули бурей чувств.

Его лицо резко расслабилось, словно ему больше не нужно было ничего скрывать.

И вместо признаний и волнительных слов он в порыве подался вперед. Слегка наклонив голову, впился губами ей в губы.

Адена блаженно прикрыла глаза и едва не повалилась с ног от волны эмоций, захлестнувших душу. Но Вирий крепко и бережно обнял ее за талию, прижимая к себе.

Она ощутила жар его тела, и у самой все внутри воспылало.

Губы чувственно сминали губы в опьяняющем поцелуе.

По коже бегали приятные мурашки от сладостных ощущений.

Но едва Адена немного привыкла к этому, Вирий резко прервал поцелуй. Она охнула от неожиданности, когда он поднял ее на руки, словно пушинку, и понес к кровати.

Низ живота обдало жаром, когда Вирий уложил ее на матрац и стянул с себя рубашку. А затем навис над ней, встав на четвереньки, и заглянул в глаза.

Сердце пропустило удар от того, что Адена увидела в них. Трепет, желание и неприкрытую нежность.

— Я постараюсь сделать это воспоминание самым приятным и незабываемым для тебя, — тихо сказал он и с чувственной нежностью вновь поцеловал ее в губы.

Адена почувствовала как ее душу медленно наполняет что-то светлое, чистое и прекрасное.

Но Вирий отстранился от ее губ и начал так же нежно и чувственно осыпать ее кожу поцелуями, спускаясь ниже.

По телу побежали приятные мурашки, когда его губы достигли кожи чуть ниже мочки уха. В комнате словно стало жарче. Адена сама не поняла, как подставила шею и слегка запрокинула голову.

Но в следующий миг издала рваный выдох.

Ладонь Вирия коснулась шеи с другой стороны. И, гладя кожу, скользнула ниже и достигла груди. Он нежно смял ее сквозь ткань одежды.