вскоре из сумрака в лучах огней медленно, словно нехотя, выполз силуэт паровоза. Машинист Стенли высунулся из окна, его лицо, ещё не испачканное угольной пылью, освещалось отблесками топки. 223-й, пыхтя и выпуская клубы белого, а не чёрного пара — признак хорошей подготовки топки, — медленно протащил состав к перрону. Стоп.

— Ну что, Эзра, пора? — громко крикнул машинист.

— Давно пора, старина! Народ заждался!

Со скрипом и шипением локомотив замер у платформы, заслонив собой звезды. Воздух наполнился запахом раскалённого металла, угольной пыли и масла.

Стен повернул в кабине какой-то рычаг, потянул цепь, и из свистка паровоза вырвался уже не оглушительный рёв, а скорее протяжный, тоскливый вздох, низкий и густой. Звук не раскатился эхом, а будто впитался в бархат ночи и бескрайние просторы прерии.

Кондуктор открыл двери первого, а следом и второго пассажирского вагона. Народ неторопливо начал грузиться. Старый индеец беззвучно поднялся и вошёл в первый вагон. Миссис Клейборн медленно последовала за ним. Очередь таяла. Молодой человек поднялся последним, бросив прощальный взгляд на освещённую фонарём станцию.

А мы пошли ко второму, хвостовому, классом пониже.

Эзра подошёл к кабине.

— Счастливо, Стен! На вокзале в Ди-Си передай привет Джейку!

«Ди-Си» — это от английского District of Columbia, земное жаргонное прозвище Вашингтона.

— Передам. Держи тут ухо востро, Эзра!

…Поехали.

Для кого-то это был конец ожидания, для кого-то начало пути. А для станции «Последний Причал» — просто ещё один прожитый день. Ещё одна ниточка, связывающая отправкой состава этот забытый богом уголок Дикого Запада с точно таким же уголком, если по гамбургскому счёту, только напыщенным и самонадеянным. Весь остальной неведомый мир здесь, на этой платформе из песчаника, распущенного на доски кедра и ржавого железа, казался такой же далёкой сказкой, как и Соединённые Штаты Америки XXI века.

Старина Стенли дёрнул за цепь свистка ещё раз — короткий, прощальный гудок. Паровоз дёрнулся, колёса медленно провернулись, заскрежетав по блестящим рельсам. Состав, похожий на игрушечный, но исполненный невероятной решимости, тронулся с места. 223-й Рио-Гранде набирал ход неспешно, почти торжественно, увозя свои несколько огоньков в наступающую тьму по узкой стальной ленте, прижимающейся вдали к тёмным силуэтам Чёрных Гор.

…Эзра стоял на платформе, подняв фонарь, пока красный огонёк хвостового вагона не растворился в звёздной темноте. Он в который раз остался один под этими колючими и холодными глазами Вселенной.

Крошечная станция, узкая колея и бескрайние прерии… Казалось, что это последний оплот чего-то настоящего в мире, который не по своей воле вынужден начать всё сначала… И поэтому здесь, на новом Диком Западе пятого года первого века, кое-кто не спеша подливает отработанное машинное масло в фонари и ждёт следующего прибытия и отправления.

Глава 8

Сквозь ночь

Довольно скоро стало понятно, чем первый класс вагона отличается от второго. В первом мягкие сиденья, атласные занавески на окнах, небольшие картины на стенах, есть электрический свет. Вагон рассчитан на комфортное размещение шестнадцати человек. Там же находится кондуктор-контролёр, который любезно предложит респектабельным пассажирам горячий чай, печенье и плед, а днём включит музыку.

В нашем вагоне нет ни-хре-на. Только трубка проводного телефона для связи с кондуктором, бутыль с водой в плетёной корзине, к которой цепочкой прикована железная кружка, да табличка на стене с таким вот девизом:

WE DON'T CALL 911

WE USE COLT 1911

И рисунок легендарного пистолета под надписью.

Зато в наш второклассный вагон можно битком набить двадцать четыре пассажира в грязной одежде. Дорожных рабочих с лопатами и в спецовках, например. Высадил, протёр тряпочкой деревянные лавки, и сойдёт — вагон готов к новому путешествию.

Впрочем, едут в нём лишь восемь пассажиров — мы с сыном да семья мормонов в количестве шести человек. Не лучшие попутчики. Угрюмый и неразговорчивый папаша-мормон сразу после посадки достал заготовленные стойки и сноровисто натянул на них тёмную ткань, отгородив семейство от мира грешного вагона. Теперь оттуда слышно лишь монотонное унылое бормотание. Так что прощайте, несостоявшиеся дорожные споры, рассказы соседей о жизни и бородатые анекдоты.

— Падре, назад мы вторым классом не поедем, — процедил Дино, с большим неудовольствием глядя на изуродованный цыганской изгородью вагон.

— Не торопись, давай посмотрим, а? Может, нам ещё понравится ехать без свидетелей.

Быстро выяснилось и преимущество: места навалом, свободных лавок полно, можно относительно удобно устроиться лёжа!

— Хоть так, — проворчал мой попутчик.

Со стороны посмотреть, так это поезд в никуда… Миниатюрный ретро-вагон, выкрашенный в кроваво-красный цвет, показался бы наблюдателю затерянной скорлупкой в бескрайнем океане прерии. А ведь это настоящий раритет с узкоколейки Рио Гранде Вестерн, с причудливой надстройкой по центру крыши, где по кругу тянутся маленькие запыленные оконца. Внутри царит полумрак с единственным керосиновым светильником, чье пламя трепещет и пляшет в такт покачиванию на стыках рельсов. Воздух был прохладным, настоянным на запахах дыма, дёгтя и старого дерева, с хорошо уловимыми нотками крепкого табака.

Спать не хотелось. Вообще. Пока.

Может, позже повалит?

Я прильнул к холодному стеклу. За ним раскинулась ясная, безлунная ночь. Мириады звезд, холодных и беспощадно ярких в разреженном воздухе Новой Америки, усыпали бархатный купол неба. Бескрайняя прерия, окутанная мраком, жила своей жизнью, проявляясь лишь звуками: отдаленный, тоскливый вой койота, стрекот невидимых в темноте огромных местных кузнечиков, внезапный шелест перьев в ковыле, где охотится ночная птица. Вдали, у самого горизонта, высились угрюмые силуэты Черных Гор, когда же они закончатся? Надоели, честное слово.

— Ни огонька, — тихо произнес я. — Дикий край, целина с бандитами.

Бернадино сидел напротив. Парень не смотрел на звезды. Его взгляд блуждал по почти пустому вагону, задерживаясь на занавеске из грубой ткани, которой отгораживалась семья мормонов. Затем Дино потянулся к рюкзаку и с сухим щелчком карабина отстегнул от него винтовку.

— Зачем? Уже готовишься? — спросил я, не отрываясь от окна.

— И тебе советую. Наслушался, знаешь, от парней на аллее… — отрывисто ответил Дино, проверяя затвор. Металл блеснул в свете лампы. — Говорят, банды действительно орудуют в округе. Могут на ходу заскочить, или рельсы заблокировать чем-нибудь, а потом… грабеж. Или того хуже. Как в кино.

Я усмехнулся, хотя в смехе не было веселья.

— Сказки для зелёных переселенцев.

— А на трассе Санта-Фе тоже были сказки? А у Форт-Массак?

— Да кто пойдет на грабеж в этой глуши? Как сюда добираться? А главное, куда бежать с добычей? Здесь даже вороны летают с запасом провизии, на всякий случай… Скоро Дейтон, деревенька в два десятка домов. Какие уж тут банды.

Дино упрямо помотал головой. Ну