горько-сладкий привкус, я снова растопырила пальцы и остудила его так, чтобы можно было пить. Ну, хоть что-то не изменилось.

Выпив полчашки, я услышала из раковины хорошо знакомое бульканье, которого ждала все утро. Казалось, будто по узким трубам протискивалось что-то огромное, каждые несколько секунд слышалось неприятное хлюпанье, а потом чмоканье. Выжидая, я посмотрела на раковину, оттуда забил маленький фонтан, заливая все вокруг и пол в придачу. Прекрасно, я уже знала, кому потом придется убирать этот свинарник.

Тысячу раз я говорила Шен, чтобы она проделывала этот фокус где-нибудь в другом месте, но ей было наплевать. Шен не переделать. К тому же она была моей подругой, и я не могла на нее долго злиться, поэтому она спокойно вытворяла все эти глупости, которые прочно засели у нее в мозгу.

Фонтанчик иссяк, и чмоканье с хлюпаньем раздались в последний раз. Вскоре две маленькие ручонки с крошечными коготками схватились за край умывальника, и оттуда выглянула чешуйчатая голова с круглыми золотистыми глазами. Когда Шен увидела меня, тонкие губы изогнулись в прекрасной улыбке, показывая ряд острых как бритва маленьких зубов.

– Все чисто? – поинтересовалась она, покосившись на неубранную постель и сморщив курносый нос. – Мужики с голыми задницами мне, случайно, не встретятся?

– Как будто такое когда-то было, – парировала я.

– Мало ли, – ответила она, свесив ноги с края раковины. – Не хочется приобретать столь травмирующий опыт.

– А мне не хочется, чтобы в квартире появлялся бассейн всякий раз, когда ты приходишь.

Она пожала плечами, болтая ногами. Еще не пришел тот день, когда Шен извинится, и все-таки я была рада ее видеть. После смерти родителей маленький водный дракон был единственным членом семьи, который у меня остался. Поверить не могу, что мы уже пять лет терпим друг друга.

Мы познакомились вскоре после моего побега из Нью-Йорка. Я вылетела первым рейсом из аэропорта имени Джона Кеннеди и приземлилась в Париже. Перед глазами все время вставали ужасные картины, и избавиться от них не получалось. Мертвая мама, чье тело разрубили поперек. Глухой стук. Кровь на полу и на стенах. Ее пустые глаза. Беспомощность в голосе отца, когда он приказал мне бежать. Отец пообещал отправиться вслед за мной, но вскоре стало ясно, что он не сможет сдержать слово.

Я нашла гостиницу рядом с аэропортом Шарля де Голля и, как только дверь за мной закрылась, бросилась в ванную. Я была вся в слезах, и меня вырвало, хотя я ничего не ела. Все мышцы болели, и мне казалось, что я сейчас задохнусь от воспоминаний. Из горла вырывались хриплые рыдания, перед глазами мелькали черные пятна, я ничего не видела. Я вспоминала дом, которого больше не было, потому что мои родители умерли.

Их убили.

И виновата в этом была я.

Я снова ощутила тошноту, поэтому сжала руки в кулаки и прижала их к холодному кафелю. Ради меня родители остались в Нью-Йорке, потому что мне наконец-то захотелось почувствовать, что где-то у меня есть дом. Мне хотелось окончить учебу и найти друзей, с которыми не придется расставаться через несколько месяцев, пожить нормальной жизнью. Это я была виновата в том, что нас нашли. Я не знала, как мне жить дальше с этой виной. Я даже не знала, как дышать, чтобы острые грани разбитого сердца не разрезали мое тело. Возможно, я ждала прихода ноксов, которые заберут и меня.

И тогда я впервые услышала этот звук. Громкое хлюпанье и чмоканье, как будто по узким трубам протискивалось что-то огромное. Я присела на корточки рядом с унитазом, спрашивая себя, не показался ли мне этот шум. Вдруг у меня так помутилось сознание, что начались галлюцинации? Из умывальника рядом с унитазом забил фонтан, и я в ужасе вздрогнула, когда на меня обрушились холодные капли. Затем из сточной трубы вылезло какое-то совсем не знакомое мне существо.

Маленькое создание ростом с мое предплечье с головы до пят покрывали голубые чешуйки. У него были человеческие руки и ноги, заостренные уши и узкая полоска шерсти, которая спускалась с головы по спине до длинного хвоста, который мне напоминал ящерицу. На пальцах ног и рук были острые когти. Повернувшись ко мне, существо с любопытством посмотрело на меня большими золотистыми глазами.

– Не очень-то уютно, – отметило оно детским голоском, наклонив голову.

Я отползла назад, прижавшись спиной к кафелю, зажмурилась и досчитала до десяти. Этого не может быть. Потом я опять открыла глаза. Существо никуда не исчезло.

– Ты не очень хорошо себя чувствуешь, да? – встревоженно спросило оно. – Понимаю. Кстати, меня зовут Шен.

– Шен, – эхом откликнулась я.

– Да. А ты Реган.

Я машинально кивнула. Это мне снилось или я и правда сходила с ума? Похоже на то. Впрочем, честно говоря, меня бы уже ничего не удивило.

– Ты кто? – спросила я.

– Водный дракон, – ответило существо, указав вниз. – Это видно по чешуе и хвосту.

Шен села на крошечный зад, положила хвост, о котором только что шла речь, себе на колени и начала когтистыми ручонками расчесывать шерсть.

– Не так-то легко было найти. К счастью, у меня был кулон Грейс, без него ничего бы не вышло.

– Грейс? – повторила я и задышала, пытаясь справиться с тут же возникшей пульсирующей болью в груди.

– Да. Мы с твоей мамой подруги.

– Вы были подругами, – прошептала я дрожащими губами, чувствуя пустоту как раз в том месте, где остановилось сердце. Меня как будто ударили хлыстом. – Мама умерла. И папа тоже… Они оба… умерли.

– Я знаю.

Шен плавно поднялась и спрыгнула на пол. Я заметила маленькие перепонки у нее между пальцами, когда она неуклюже протопала ко мне. Приходилось признать, что не похожа она на галлюцинацию – слишком уж настоящая. Я разглядела каждую чешуйку, светлый ободок вокруг зрачков и даже мокрые следы, которые она оставляла на кафеле.

Подойдя ко мне, она протянула руки. Я задержала дыхание и прижалась еще сильнее к стене. Стоит ей прикоснуться, и сон закончится, и я снова окажусь в ужасной реальности, где все кончено. Я этого не хотела. С этим я жить не могла.

Меня и водного дракона разделяло всего несколько сантиметров. Я так крепко сжала кулаки, что ногти впились в ладони. Мне так не хотелось просыпаться.

Но когда Шен дотронулась до меня, забираясь на колени, ничего не произошло. Вместо этого я почувствовала, как ее острые коготки впились сквозь джинсы в мою кожу, а сама она придавила меня теплым телом, устраиваясь поудобнее.

Дракончик осторожно разжал мои судорожно сведенные пальцы и