пересмотрел полученные воспоминания, но как бы со стороны, не пропуская через себя. Назвать меня отъявленным негодяем, наверное, будет неправильно. Но прошлый я был мерзок и противен моему нынешнему сознанию. Самодовольный, эгоистичный, самоуверенный. Таким я был. Ещё и Ильдар оказался человеком с садистскими наклонностями который при этом еще и не пропускал мимо ни одной юбки. Думаю, это тоже оказало влияние на мой характер. Рядом со мной не было человека, который стал бы положительным примером. Отец после моего поступления в академию магии практически не уделял мне времени, сосредоточившись на дочери и проблемах, что навалились на королевство. Решил, что я уже достаточно повзрослел. И его трудно в этом винить.

И да — великая цель не всегда оправдывает средства, тем более, моя цель была эгоистичной: вернуть себе молодость и здоровье. Идя по этому пути, я не видел преград. Что мне человеческие судьбы, которые мешают достичь поставленной задачи?

Прав Серкх: если бы я со всеми своими знаниями и с прошлым характером появился в этом мире — или натворил бы бед, или влип бы в такую историю, которая привела бы меня в тюрьму, а то и стоила жизни.

Усталость взяла своё, и я наконец уснул.

Проснувшись, решил отбросил все тяжёлые мысли. Сейчас я — Максим Андер, и точка. Всё. Никаких сомнений. Буду жить эту жизнь так, чтобы мне не было стыдно за себя, тем более, завтра должен приехать Адик, а он — ходячий калибратор благородства. Что, безусловно, будет мне полезно.

Чувствовал я себя великолепно. Аглая как целительница оказалась хороша, и нога совершенно не болела. При мыслях о девушке моё настроение поднялось. Вечером мне предстояло свидание.

До мастерской я шёл пешком. Погода по-прежнему была чудесной, и прогулка доставляла истинное удовольствие. С деревьев опадали пожелтевшие листья, которые дворники собирали в небольшие кучи. Ночью прошёл слабенький дождь, пахло свежестью, а в лужах отражалось яркое солнце.

— Привет! — поздоровался Виктор, стоило мне переступить порог мастерской. — Отлично выглядишь. Подлечился? Как тебе Аглая?

— Очень хороший целитель, — я широко улыбнулся в ответ.

— Ты это, — Виктор слегка замялся, — сорян, короче, за то, что не рассказал о её некоторых особенностях, — выдал он и слегка покраснел. Видать, вспомнил эти самые особенности и свою реакцию на них.

— Пошутить хотел? — сразу раскусил его я.

— Ну да, думал — с тобой пойду, а ты один ушёл. В общем, был неправ. Мир? — Он протянул мне руку.

— Нормально всё, — я пожал протянутую ладонь. Не было смысла обижаться на такие мелочи.

За работой время пролетело незаметно. Под вечер пришёл Колычев и позвал меня в свой кабинет.

Устроившись в кресле за столом и плеснув на донышко бокала виски, он кивнул мне:

— Рассказывай! — На этот раз в голосе мастера не было недоверия или подозрения. — Что случилось с княжной, и как ты там оказался, — уточнил он.

Рассказал, как всё было. Скрывать мне нечего.

— Геннадий мне примерно так и обсказал, — поделился со мной Матвей Фёдорович.

— И что дальше? Меня вызовут на какой-нибудь допрос? Как вообще это всё работает? — решил уточнить я. Надо понимать последствия.

— На месте Виктора, это отец Анны, я бы выразил тебе благодарность за спасение дочери. Но у Анны что-то заклинило в голове, и она ничего слышать не хочет. Обвиняет тебя не пойми в чём. Кстати, — он внимательно уставился на меня, — что за заклинание ты использовал?

— Огненный дождь. Не особо сложное, но, как оказалось, весьма эффективное.

Честность — лучшее оружие. Скрывать знание этого заклинания — значит, вызывать лишние подозрения.

— И откуда ты его знаешь? Да ещё и на таком серьёзном уровне? Анна говорит, что такое или похожее заклинание является родовым секретом Медведевых. И вообще заявляет, что ты не мог его использовать, так как всего лишь ученик рунолога и даже не окончил школу магии.

— Но, как вы видите, я его использовал, — пожал я плечами и прямо посмотрел на Колычева, — что-то доказывать с пеной у рта я не намерен. Считаю, что у меня могут быть свои тайны. Могу в вашем присутствии под руной «правды» подтвердить, что не крал секретов рода Медведевых, но сочту подобную процедуру оскорблением.

— Будь ты аристократом из древнего рода, к тебе бы не было никаких вопросов, — Колычев поднялся из-за стола и в задумчивости прошёлся по комнате. — Виктор Аркадьевич Медведев — влиятельный генерал. На хорошем счету у императора. Очень любит свою дочь.

— А та, в свою очередь, почему-то невзлюбила меня, — улыбнулся я. Тут, возможно, причина была во вмешательстве Серкха в естественный ход событий. Я бы сказал — слишком грубом вмешательстве неумелого малыша. Но это не факт. Одна из теорий.

— Да. Не знаю, что на Анечку нашло. Я днём приезжал к ней. При упоминании твоего имени она мечет искры из глаз. Сегодня девочка отправится домой. Действий генерала я не могу предвидеть. Но, надеюсь, он прислушается к словам Геннадия, а не Анны. А насчёт следствия не переживай. О тебе нигде не упоминалось, так что дёргать не будут.

— Благодарю за предупреждение, — я слегка поклонился, — как вообще Анна оказалась в Нижнем Новгороде? Она что, будет учиться со мной в одной школе? Почему не в Москве?

Матвей Фёдорович задумчиво посмотрел на меня, решая, стоит ли делиться информацией.

— У неё личные трения с одним из отпрысков влиятельного московского рода. Я не должен тебе рассказывать подобные вещи, ты понимаешь?

— Понимаю, — кивнул я. Внутренние дела родов были тайнами. Мне действительно не стоило в это лезть, — покушение на неё связано именно с этим? Я перешёл дорогу влиятельным людям, оказав ей помощь?

— Разбираются, — Колычев недовольно побарабанил пальцами по столу, — ситуация вырисовывается серьёзная и неприятная, ты прав. Мало того, что Анечка теперь может настроить своего отца против тебя, так ещё и это непонятное покушение. Сомневаюсь, что отпрыск Меньшиковых опустился бы до того, чтобы похитить Анну, но если это он, и ты сорвал покушение… — Матвей Фёдорович посмотрел на меня долгим взглядом, — младший Меньшиков очень злопамятен. Напрямую мстить не станет, но будет помнить о тебе.

— Значит, Меньшиков, — кивнул я, делая в голове пометку собрать о нём информацию, как о возможном враге. Нарочно или нет, но Колычев проговорился.