Но когда он рассказал, что если в стеклянную бутылку налить воды, бросить кусок карбида и быстро закупорить, то в результате химической реакции произойдёт взрыв — мне пришлось поверить.

О таких вещах не врут. Это святое.

Но ещё папа сообщил, что карбид мне не подойдёт. Типа это заморочено и реально опасно (то есть другими словами: ему можно было, а мне нельзя!). Но обижаться было некогда. Потому что мы начали думать, рисовать и в конце концов вместе сделали чертёж современной версии гниломёта:

Его можно собрать из пластиковых труб для канализации, которые продаются в любом строительном магазине. А в качестве вещества, создающего давление, мы будем использовать классическое убойное сочетание «кола + ментос». Погуглив, я узнал, что лучше всего использовать диетическую колу. Да без проблем!

Ромычу идея ОЧЕНЬ понравилась. Испытания он предлагает проводить на школьном стадионе и стрелять при этом по живой мишени — то есть по убегающему Петьке-Ужасу. Потому что при попадании он будет очень здорово орать.

Но мы-то понимаем, что это просто шутка. Во-первых, по Петьке сложно попасть, потому что он вёрткий и маленький. Во-вторых, Петьку жалко. Чувак-то он неплохой.

На самом деле испытания лучше проводить на подхалиме Ханкевиче. Каждый раз, как вижу эту умильную рожу, которая вечно про всех ябедничает учителям, так и хочется вре́зать. И из гниломёта расстрелять.

30 марта 2020

Пока я болел, зима закончилась. От снега не осталось и следа.

На удивление, сегодняшний день в школе пролетел без проблем. То ли накал учёбы снизился, то ли я поумнел после болезни. Получил четвёрку по истории (ну, это несложно) и пятёрку по математике (а вот это у Варендры заслужить почти нереально!).

Так что я доволен собой. Жизнь налаживается.

31 марта 2020

Завтра же великолепный день — первое апреля! Это значит, что нужно какой-то прикол срочно подготовить. Вызвал Ромыча. Сели вдвоём, начали думать.

В общем-то, над кем прикалываться, было понятно с самого начала — конечно же, над Ханкевичем. Вопрос только один: КАК именно это сделать?

Включив креативную часть мозга, мы принялись творить. Разыскали фотографию с какого-то школьного мероприятия, где физиономия Ханкевича получилась крупным планом. Загрузили в «Фотошоп», убрали фон и лишние детали.

Затем Ромыч принялся что-то мудрить с фильтрами, растягивая рожу на экране до состояния широкого прямоугольника, так, чтобы она заняла целиком лист бумаги, развёрнутый горизонтально.

Когда всё было готово, распечатали картинку на цветном принтере. Идея такая: если налить в трёхлитровую банку воду и вложить туда эту распечатку, то будет создаваться впечатление, будто в банке плавает реальная голова.

Получилось немного жутковато, весьма прикольно, но длилось это ОЧЕНЬ НЕДОЛГО. Краска потекла, а бумага раскисла в воде, испортив всю задумку.

Но мы с Ромычем упёрлись! Дело-то серьёзное! Выкинув предыдущий (размякший и обесцвеченный) вариант головы Ханкевича в мусорку, мы заново её распечатали. Потом очень-очень аккуратно обклеили полученный рисунок полосами прозрачного скотча. В итоге получилась почти идеальная гидроизоляция. На несколько часов точно хватит.

Ай да мы, ай да молодцы!

1 апреля 2020

Какой-то очень странный день получился. Неоднозначный. С новостями.

Вставать пришлось рано-рано. Прямо скажу, это было непросто. Но хороший прикол требует тщательной подготовки. Поэтому мы с Ромы-чем мужественно припёрлись в школу раньше всех. Налили в банку воду, засунули внутрь распечатку. Рисунок красиво выгнулся, плотно прижавшись изнутри к стеклянным стенкам. Побегав туда-сюда по пустому классу, мы решили установить голову Ханкевича на подоконнике, рядом с цветочными горшками.

Затем мы тихонько вышли, прикрыли дверь и снова спустились на первый этаж, в раздевалку. Потолкались там несколько минут с нейтрально-деловым видом, и уже вместе со всем народом поднялись в класс.

Как мы и рассчитывали, сперва никто ничего не заметил. Кто-то лихорадочно списывал у соседа домашку, кто-то играл в телефоне, кто-то растёкся по парте в надежде подремать ещё хоть пару минуток.

Сметанкина делала очередное утреннее селфи, а её сосед Игнатьев сосредоточенно выковыривал что-то из своего помятого носа.

Прилизанный Ханкевич просеменил на своё место и аккуратно присел на краешек стула, бережно раскладывая на парте карандаши и линейки.

Одновременно со звонком в класс вошла Галина Михайловна, а вместе с ней какая-то девчонка нашего возраста. Короткие тёмные волосы топорщатся, словно иголки у ёжика. Огромные серые глаза смотрят прямо и открыто. А на щеках весёлые ямочки. Я даже засмотрелся…

— Дети, познакомьтесь! Это наша новая ученица Катя Громова. Её семья переехала в наш город из Пскова. Проходи, Катенька, садись на это место.

И новенькая расположилась за нами, заняв вечно пустующее место рядом с Петькой-Ужасом. А я сидел и пытался осознать, что это за новое ощущение возникло у меня… Где? В голове? В животе? Непонятно…

Но ОЧЕНЬ хотелось развернуться и ещё разок взглянуть на неё.

А Ромыч довольно оскалился. Он уже представлял себе реакцию новенькой, когда Петька неожиданно раскроет свой рот по какому-либо вопросу.

Тем временем урок начался. Галина Михайловна принялась мучить нас вопросами про определения причастия и деепричастного оборота. Мы все сидели сонные, будто пыльным мешком прихлопнутые. Внятно никто ничего не мог ответить.

Тогда наша классная рассердилась:

— Так, сейчас начинаю спрашивать по журналу! Быстро дать определение причастия и деепричастия! Кто не ответит — сразу двойку ставлю!

Афонина резко погрустнела. Её всегда спрашивали первой на подобных челленджах, и она почти всегда сразу получала двойку. А вот до её соседки Ярцевой очередь почти никогда не доходила, за исключением редких случаев, когда спрашивать начинали с конца.

Взглянув на класс поверх очков, Галина Михайловна неожиданно кивнула куда-то мне за спину:

— Да, Громова? Хочешь попробовать? Давай!

И я услышал, как сзади меня отодвинулся стул, и затем звонкий голос стал уверенно излагать:

— Причастие — это часть речи, образованная от глагола и отвечающая на вопросы прилагательного. Она одновременно обладает свойствами и глагола, и прилагательного. Деепричастие — это особая форма глагола…

И дальше как по писаному. Класс затих.

— Молодец, Громова! — обрадовалась